пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ: Андрей Пуминов [17.08.2006]

Актриса, которой не нужен грим

+– Раиса Ивановна, если посмотреть список фильмов, в которых вы снимались, создается ощущение, что у вас и не было перерыва в работе. – Да нет, конечно же, был период простоя, когда кино у нас вообще почти не снималось. Государство почти не выделяло средств на кино, и снимали в основном те, кому удавалось найти спонсорские деньги. И мне приходилось, как и многим людям нашей профессии, искать какие-то возможности заработка. Помогало то, что меня довольно часто приглашали на творческие встречи со зрителями, на различные концерты, на кинофестивали. В общем, много занималась этой деятельностью. А потом снова кино начало потихоньку налаживаться, сериалы стали снимать, и не только про бандитов, но и мелодрамы. Я оказалась снова востребованной и в последнее время играла по десять-двенадцать ролей в год. Хотя мне даже как-то неудобно называть их ролями, ведь есть роль главная, а есть «не очень», вот у меня были эти «не очень». Даже внешне они, может быть, похожи – но по нутру все разные, и каждую я стараюсь как-то по-своему играть. +– Мы, зрители, ворчим на молодых актеров, что мимика у них не меняется, пластика не меняется, во всех сериалах одинаковы, скучно смотреть на них… – Ну, во-первых, опыт много значит, ведь сейчас и съемочный процесс бывает так организован, что нет времени на подготовку, на репетиции, и если опытный актер может сходу сориентироваться, то молодым это сделать труднее; а во-вторых, может быть, дело еще и в том, что мне всегда как-то на режиссеров везло, и я постоянно попадаю к тем, с которыми или учились вместе, или когда-то уже работали. Меня даже и Раисой Ивановной-то редко называют. Когда идешь по студии, только и слышишь: Раечка, Раечка. Как родные. А почему? Они же – кто постарше, кто помоложе, и по характеру, и по темпераменту, и по режиссерским запросам к актеру все разные. В зависимости от того, как режиссер говорит, как он смотрит, что он мне объясняет, – я понимаю, что этот эпизод для картины значит, какой смысл надо вложить в эту сцену. И свой эпизод играю с первого дубля – так, как я его поняла. В результате почти всегда получается так, что мое видение и видение режиссера совпадают. +– Кажется, что это не так уж сложно – присматриваться, прислушиваться… Почему же на молодых актеров порой так скучно смотреть? – К сожалению, приходится признать, что сейчас во многом изменилось отношение к нашей профессии. Часто молодые актеры не вдумываются в то, что делают. Приходят на площадку как модели на подиум: пофорсить, показаться. Вот на одной картине наблюдала я такой случай. Режиссер говорит молодой актрисе: «Деточка, понимаете, тут вот надо бы заплакать». А она: «Да-да, я же профессионалка, у меня слезы с собой!» И вынимает из кармана… пузыречек такой – со специальной жидкостью: закапал в глаза – вот тебе и слезы. Помилуйте, разве это актерский профессионализм? В пузыречке? Это просто обман, обман и зрителя, и себя. Настоящий профессионал сыграет так, чтобы зритель сочувствовал герою, чтобы эта эмоция постепенно рождалась, накапливалась, чтобы мы видели, как человек наполнен, как его распирает изнутри и как он не может удержать переживание в себе – вот тогда происходит взрыв. И вообще актер не должен плакать: плакать или смеяться должен его зритель. Часто бывает, что по ходу съемок гримеры-художники спрашивают: «Раиса Ивановна, ничего, если мы сделаем грим не очень красивый: грязное лицо, лохматые волосы?» – «Да конечно, делайте, – отвечаю я, – если это надо для роли!» Молодые же актеры часто возражают: то мне не идет, этого мне не надо, не хочу выглядеть такой страшной. Ну а если ты играешь войну, что же ты, из парикмахерской сразу в окоп пошла? Красота – она же изнутри идет. Много есть редких красавиц, но у них внутри такая пустота… Таким противопоказано выходить к зрителю. Ведь зачем актер выходит на сцену, на экран? Для того чтобы людям что-то сказать – эпизодом, словом, вздохом, глазами! А когда ты выходишь только для того, чтобы показать, что у тебя на скулах провал, как у Софи Лорен, или показать свою фигурку, свои туфельки… Разве кино – для этого? +– Раиса Ивановна, в вашем послужном списке много главных ролей, а как вы относитесь к эпизодическим ролям, которых тоже пришлось сыграть немало? – Я всегда старалась и эпизод, и большую роль сыграть-прожить по-настоящему. Ведь сцена, которую играешь, – это всего лишь вершина айсберга. Чтобы персонаж получился интересным, у него должна быть судьба, история, которая была до и будет после его появления на экране. Надо домысливать какие-то его оттенки, проявления характера, индивидуальные черточки… Тогда человек получается на экране живым и объемным. А что касается больших и маленьких ролей… Когда ты снимаешься в течение всего двух-трех дней, есть возможность распределить смысловую нагрузку, выделить тот самый важный эпизод, который будет сыгран на максимуме. А большую роль – ее невозможно охватить всю сразу, пропадает настрой, эмоция, и иногда смотришь отснятый материал и понимаешь: вот в этой сцене надо было бы сделать акцент, но уже поздно исправлять, все снято… Еще так бывает: смотрю сценарий и вижу, что даже в этой моей эпизодической роли много лишнего. Я тогда прямо спрашиваю режиссера: а вот эта сцена зачем? Что она прибавляет – в действии, в сюжете, в характере? Если это просто так – лучше вычеркнем. Не нужно это никому. Так относиться к эпизоду меня научила… Валентина Петровна Телегина. Помните, она снималась у Чухрая в «Балладе о солдате», сыграла женщину-шофера, которая подвозила Алешу Скворцова, мать, у которой сыновья на фронте, и она ничего о них не знает? Так эта роль сначала была в три раза больше! Но она сказала – не надо. Оставим только самое главное: мать страдает, убивается по сыновьям. И какая роль у нее получилась! Как она помнится! И у меня так бывало: если я вижу, что роль в фильме не нужна – не буду играть. +– Вы так серьезно, ответственно относитесь к профессии… Совсем как в старые добрые времена, когда были сняты фильмы, составившие славу и гордость нашего киноискусства. Да и сейчас многие, в том числе и молодежь, с удовольствием пересматривают старые кассеты: ту же «Балладу о солдате» или «Летят журавли» … – Согласна, потому что все-таки современному кино не хватает искренности, жизненной правды, теплоты, того человеческого смысла, который был в прежних картинах. Да и расслоение общества – причем очень резкое – может привести к исчезновению общих ценностей, а значит, и нации как таковой. Мы же раньше в кино сидели – все рядом, локоть к локтю. И как переживания, чувства передавались от одного к другому! Какая была гордость за «наших», как хотелось, чтобы мы победили! Вот фильм «Чапаев» – его же смотрели по двадцать, по двадцать пять раз! И обязательно какой-нибудь мальчишка скажет: «А я видел, что Чапаев выплыл! Вот выплыл!» Потому что так хотелось ему победы! Чапаев победил – значит все мы. Такие были чувства, которые делали единой нацию, народ. Кино вообще очень много для нас значило. +– Но вы-то пошли поступать «на актрису», чтобы играть в театре? – Вообще-то я сначала закончила Рязанское музыкально-педагогическое училище по классу баяна и даже целый год преподавала в музыкальной школе, но… в Рязани тогда был прекрасный драматический театр, и они как раз поставили «Ромео и Джульетту». И я пропала. Пришла на спектакль, и все: влюбилась в Ромео, и для меня белый свет померк. Весь год ходила в театр – и поняла, что мне мои ученики уже не в радость. И все немило стало, потому что сижу на уроке, а сама думаю про спектакль: воображаю себе, как бы я сыграла и в той сцене, и в этой… Потому и решила поехать в Москву, поступать в театральный – назло Ромео. Думала: вот закончу институт, стану артисткой, приеду в этот театр и буду играть Джульетту. Он со мной сыграет, и как в меня влюбится, а я ему скажу: «А вот нет!..» +– Это решительный поступок: из Рязани – и сразу на экзамены в ГИТИС… Без влиятельных родственников, без нужных связей, без подготовки… – Ни о чем таком я и понятия не имела. Я так и представлялась на экзаменах: «Я – Рая Рязанова из Рязани, и мне 20 лет…» До сих пор не понимаю, почему меня тогда взяли? Я совершенно была не искушена в актерских делах, выучила не что-нибудь, а… диалог деда Щукаря с Давыдовым из «Поднятой целины» Шолохова. Играла сразу за двоих мужиков. А на втором туре вдруг напрочь текст забыла. Пришлось монолог досказывать своими словами. Казалось бы, надежд на поступление совсем никаких, но нет, с удивлением нашла свою фамилию в списках. Наверное, потому, что педагоги подошли ко мне не формально, а старались заглянуть глубже. +– Но ведь в Рязанский драмтеатр вы так и не поступили работать? – Я уже на третьем курсе ГИТИСа начала сниматься, в 1967 году вышел фильм «Гуля Королева» по повести Елены Ильиной «Четвертая высота», я в нем у режиссера Ии Мироновой сыграла главную роль – Марионеллу Королеву, киевскую спортсменку, участницу Великой Отечественной войны. И пошло, и пошло… Один фильм за другим. Вот только в прошлом году впервые я попробовала играть в театре. Молодой режиссер Александр Мохов пригласил меня в свой спектакль «Кукла для невесты» на роль Андреевны (спектакль идет в «Табакерке». – Прим. ред.). У меня до этого был небольшой опыт работы на сцене в антрепризном спектакле, но такая роль на профессиональной столичной сцене – впервые. Помогает гитисовская выучка. Я благодарна режиссеру, который осмелился пригласить актрису с улицы… (протестующая реплика журналиста: – Как «с улицы»?! Да у вас же сотня ролей в кино!) Да-да, я это называю «с улицы», потому что театрального опыта как такового у меня нет… Со мной в спектакле играют актеры, в общем-то, молодые, но они уже на сцене кто шесть, кто семь лет, значит, на этот срок они меня профессиональнее! Поэтому, когда я говорю: «Ребята, а вдруг я текст буду забывать или что-нибудь сделаю не так?», они успокаивают меня: «Раиса Ивановна, не волнуйтесь, мы выплывем, даже не переживайте». И сейчас у нас на сцене так бывает: вдруг вижу, что партнеры делают такие глаза, и я начинаю лихорадочно вспоминать: ой-ой, пропустила чего-то, не сказала… На сцене, конечно, мне пока гораздо тяжелее, чем в кино. Ведь спектакль идет сплошным потоком. Эмоции, эмоции, действие по нарастающей… Но мне играть на сцене очень интересно. +– Этот спектакль получает хорошие отзывы и зрителей, и критиков: отмечают, что в нем как раз есть та самая человеческая теплота, душевность, которая и была в фильмах «золотой коллекции». Кстати, на Ларису Садилову тоже возлагают большие надежды как на режиссера, который способен вернуть драматический психологизм и правду жизни в наше кино. – Мне сразу понравился сценарий «Требуется няня». И роль тети Маши мне близка: когда она начинает понимать, что ее племянница Галка творит неблаговидные дела, она всеми силами пытается ее остановить, удержать от этого, в одной сцене даже до драки доходит. Я бы и в жизни так же поступила. С Мариной Зубановой было очень приятно работать, она милый, обаятельный человек и тонкая актриса. А с Ирой Шиповой (Алькой) мы просто подружились. Мы ведь не первый раз вместе играем, она очень талантливая девочка. Получила приз «Кинотавра» за лучшую женскую роль в 2005 году. Вообще эта картина отмечена крепкими актерскими работами: отлично сыграли и исполнители главных ролей Виктория Исакова и Алексей Макаров, и мой партнер Валерий Баринов. +– Раиса Ивановна, вы работали и с опытными режиссерами советского кино (Александром Роу, Марком Донским, Станиславом Говорухиным, Ярополком Лапшиным), и с молодыми, уже российскими (Валерием Тодоровским, Тимофеем Федоровым). В чем разница и есть ли она? – Если бы мне предоставили возможность выбирать, я бы предпочла сниматься у режиссеров старшего поколения. Хотя бы потому, что с ними мы вместе уже много лет, и сложились определенные отношения, какое-то понимание, доверие, можно сказать, дружба. Вот, например, вместе со мной в картине «Инспектор ГАИ» у режиссера Эльдора Уразбаева снимался мой сын Даня, он тогда был еще школьником и сыграл небольшую роль племянника Сергея Никоненко. А в следующей картине режиссер предложил ему роль уже побольше, посложней. Получилось, что я ему сына как бы передала. А с молодыми режиссерами работать тоже интересно, потому что они, как правило, приходят в кино, полные замыслов и необычных идей, им хочется экспериментировать, придумывать что-то свое, новое, удивлять мир. У них другие взгляды, молодая энергия, и это хорошо, так и должно быть. +– На данный момент мир удивляет невероятная популярность сериала «Не родись красивой». Как вы считаете, почему зрители проявили такой интерес к Кате Пушкаревой? – Это сериал смотрят в основном девочки, девушки, молодые женщины, и в особенности те, которые считают, что им не повезло с внешностью. Они смотрят на Катю и примеряют ее жизнь к себе: а как нам быть, некрасивым, а что с нами будет, а если у нее что-то получится, если она будет счастлива, может, и мы тоже? Это важные для каждого, жизненные вопросы, отсюда и зрительский интерес. Да и молодые актеры, мои партнеры – все они в основном студенты или выпускники театральных училищ – очень искренне, правдиво играют. У нас очень хорошие отношения, они ко мне так же внимательно, уважительно относятся, как и на экране. Конечно, режим съемок труден, случалось, что и «скорую помощь» вызывали на студию, но все стараются. Правда, мне непривычно, что очередной кусочек сценария я получаю, приходя утром на съемочную площадку. То есть сценарий создается на ходу, параллельно со съемками. Неизвестно, что произойдет дальше, чем закончится история, к какому финалу придет. А хотелось бы охватить всю роль целиком. Иногда даже кажется, что некоторые поступки героев противоречат логике событий. Ну, что ж поделать, зато в следующий раз, если придется сниматься в подобном сериале, у меня уже будет полезный опыт. +– Понимаю, что задаю банальный вопрос, но без него не обойтись: а могли бы вы назвать свои самые любимые картины, роли? – Вообще за сорок лет роли были разные, но все любимые, потому что я всегда работала больше сердцем, чем головой. И Гуля («Четвертая высота»), и Катя («День и вся жизнь»), и Евдокия («Золотые рога»), и баба Люба («Клетка»)… Низкий поклон всем моим героиням! Мне они помогали набирать жизненного и актерского опыта, мудрости, и сейчас они мне помогают жить. А я при помощи своих героинь стараюсь с экрана нести добро людям. +– Принято считать, что актерская профессия не способствует созданию крепкой семьи. Вечная занятость, поездки, увлеченность работой отвлекают женщину от семейной жизни. Мужу и детям достается слишком мало заботы и внимания. – Может быть, отчасти это и так, одно могу сказать: мы с мужем разошлись не по этой причине. А сын Данила никогда не был обделен моим вниманием. Очень рано я стала брать его везде с собой, и он сам начал сниматься еще в школе, так что вполне представлял себе, что такое актерская профессия. (Сейчас Данила Перов – актер Театра «Содружество актеров Таганки». – Прим. ред.) Кстати, внук, которому 15 лет, пока не хочет этим делом заниматься. У него совсем другие увлечения. +– Раиса Ивановна, а есть ли у вас какие-то домашние хобби? Например, в кулинарной области, сейчас это модно… – Готовить я совсем не люблю и не умею. По мне – лучше это время как-нибудь более интересно провести. Если честно, люблю обычную нашу еду: супчик, картошечку, селедочку – это вот самое вкусное. Думаю, что и самый крутой бизнесмен, придя домой после какой-нибудь презентации с японской кухней, спросит у мамы, а нет ли чего-нибудь покушать вроде картошечки в мундире. И это вкусно, потому что мама сварила и спрятала сыну под подушкой, чтоб не остыло.

Биографическая справка

Раиса Ивановна Рязанова родилась 31 октября 1944 года в г. Петропавловске (Казахстан). Мама не имела отношения к кино или театру. Закончила музыкально-педагогическое училище в Рязани (после седьмого класса средней школы учиться четыре года, получается среднее образование плюс профессия педагога). Год работала преподавателем в музыкальной школе, потом поступила в ГИТИС на курс Платона Владимировича Лесли. Вышла замуж за сокурсника. На четвертом курсе родился сын Данила Перов. Сейчас не замужем.

Избранная фильмография

«Четвертая высота» «Москва слезам не верит» «Белый Бим – Черное Ухо» «Инспектор ГАИ» «Женатый холостяк» «Любовь» «Барышня-крестьянка» «Му-му» «Подари мне лунный свет» «Требуется няня»

Tags: #очень #сцене #раиса #ивановна #вообще #играть #спектакль #ролей #значит #режиссера #молодые #сразу #конечно #часто #бывает

пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ