Звезда «Кошмара на улице Вязов» Роберт ИНГЛУНД: «Я тоже боюсь Фредди Крюгера»

— Я не могу спать… Мне страшно… Не давай мне спать…

— Что с тобой? Что случилось?

— Фредди… он ждет, пока я усну… чтобы прийти за мной…

КТО не помнит этих диалогов из культового сериала «Кошмар на улице Вязов»? Сожженный родителями своих жертв, маньяк Фредди Крюгер (в вечном полосатом свитере и перчатке с пятью лезвиями) приходит к подросткам в их снах. Согласно опросам в США и в России, Крюгер признан самым колоритным персонажем фильмов ужасов за всю историю кино, оставив позади коллег — вампира Дракулу и людоеда Лектера. Как свидетельствует статистика, «Кошмар на улице Вязов» смотрела половина населения Земли, то есть три миллиарда человек!

В ЭТОМ году исполняется 20 лет с тех пор, как первый «Кошмар» вышел на экраны. А не так давно зрители стояли в очереди на «Фредди против Джейсона» — Крюгер после 10 лет отсутствия снова вернулся в кино, чтобы устроить очередное опустошение на улице Вязов. Неизменным исполнителем роли Фредди и создателем образа злодея является актер Роберт Инглунд, с 1984 года не вылезающий из грима монстра. Послав письмо в его студию, мы ждали ответа недолго — помощник Инглунда связался с редакцией и сообщил, что актер позвонит сам в условленное время, — на интервью отведено 40 минут. Поздно ночью раздался звонок. Я снял трубку…

«Любая сказка — фильм ужасов»

+— АЛЛО?

— Да-а-а…Узнаете, кто это? (Инглунд произносит слова зловещим шепотом, как в фильме.)

+— Я говорю с Фред… простите, с Робертом?

— С ними обоими! Знали бы вы, как часто в своей жизни я слышу такие оговорки. Люди настолько «пришили» меня к этой роли, что иногда приходит в голову мысль — если я зайду ночью в магазин и скажу фирменным голосом: «Привет, детки», не начнут ли посетители разбегаться оттуда с криками?

+— Когда вы впервые накладывали на себя грим Фредди Крюгера, думали, что этот фильм принесет вам такую сумасшедшую популярность?

— Нет, конечно. Мы думали — сработаем рядовое кинцо, страшилку, где девочки визжат и кровь льется. Денег на съемки и то не хватало, дважды приостанавливали процесс: декораторы увольнялись из-за задержки зарплаты, а оператор кричал, что не будет снимать такую дешевку, «потому что она все равно провалится». Короче, настроение у нас было поганое, и то, что «Кошмар на улице Вязов» стал хитом, вызвало у меня шок.

+— Как вы думаете, хорошо ли это, что отвратительный убийца с ножами на пальцах стал кумиром целого поколения подростков, сплошь заклеивших свои комнаты его плакатами?

— А в вашей комнате в свое время висел плакат Крюгера?

+— Нет, хотя само кино, разумеется, произвело на меня огромное впечатление, это вообще был один из первых фильмов ужасов, что я посмотрел.

— Ну и вы же не пошли после просмотра кого-то на ломтики шинковать, правильно? «Кошмар на улице Вязов» — подростковый фильм, а дети любят страшные сказки, и я их любил, и, думаю, вы тоже. Взять хотя бы сказку братьев Гримм про Гензеля и Гретель, где ведьма-людоедка хочет съесть брата с сестрой, а они ее сжигают в печи. Только представьте, какой фильм ужасов со спецэффектами можно было бы снять! Так что рецепт популярности Фредди прост — дети обожают бояться.

«Шекспира я уже играл»

+— ЧЕМ можно напугать лично вас?

— Если я войду в темную комнату, а вы неожиданно заорете у меня над ухом (смеется). А вообще мне нравятся рассказы Эдгара По типа «Колодец и маятник», вот это действительно страшная вещь — когда я их читаю на ночь, сплю с включенным светом.

+— Скажите откровенно — вы-то сами любите смотреть фильмы ужасов или давно уже втайне от поклонников перешли на мелодрамы?

— Это все равно что я спрошу: а вам в принципе не скучно читать газеты, вы же как-никак в прессе работаете? Безусловно, я люблю жанр ужасов, но смотрю фильмы больше как актер-профессионал — ага, тут ушло на грим столько-то, вон там сэкономили на спецэффектах, а здесь пожадничали на клыки монстра и сделали их из картона.

+— Следующий вопрос вам наверняка задавали миллион раз…

— Не надоело ли мне на протяжении последних двадцати лет играть кровожадное чудовище в полосатом свитере, грязной шляпе и с сожженной рожей?

+— Ну, можно сказать, почти так.

— Я бы покривил душой, если бы сказал — нет, всегда был рад до смерти этой роли. Сначала я восторгался — вот она, слава, популярность, гонорары… Потом стали приходить мысли: «Мужик, тебе уже сорок… А вот тебе уже пятьдесят… Неужели ты и на старости лет собираешься кривляться в шкуре Крюгера?» Когда я ушел из сериала, меня почти перестали снимать, а если и приглашали, то только на роли киноманьяков.

+— А вы-то, конечно, лелеяли надежду сыграть Гамлета?

— Я вас разочарую, может быть, но в пьесах Шекспира я уже играл. Так вот я понял: нет ничего плохого в том, что образ Крюгера приклеился ко мне намертво. Ведь я в кино уже 30 лет и знал актеров лучше меня, которые блистали, а сейчас у них дела идут настолько плохо, что они страховки продают. У меня же популярность до сих пор такая, что я по улице не могу пройти спокойно. Так что я рад, что мне было суждено создать образ, который стал легендой жанра. Знаменитый Борис Карлофф тоже остался в памяти как Франкенштейн и ничуть от этого не страдал.

+— Ваши дети тоже любят образ Крюгера?

— К сожалению, у меня нет детей, только собаки. Женился очень поздно — в 48 лет, потому что у меня не было времени на личную жизнь. Я постоянно находился на съемках, в разъездах, на кинофестивалях — это было как бесконечный конвейер, спал по три часа в сутки. Времени на то, чтобы завести детей, не оставалось, о чем я теперь жалею: может быть, они заставили бы моего персонажа как-то измениться.

Фредди в России!

+— А КАК Фредди Крюгер может измениться? Он начнет сниться международным террористам или вести во сне курсы реабилитации для раскаявшихся маньяков?

— Запросто. Был такой сценарий, который не стали воплощать в кино… В общем, там одна девушка, поклонница фильмов с Крюгером, сходит с ума и начинает убивать детей в небольшом городке, а Фредди приходит, чтобы ее остановить. Но этот сюжет «не покатил» — добрый маньяк никому не нужен, зрители не этого от него ждут. Хотя из первой части «Кошмара» пришлось вырезать несколько моментов, которые показались нам чудовищно страшными, — особенно там, где Крюгер поит жертву кровью. Режиссер посмотрел на это и сказал: «Да ну на фиг, я же потом ночью спать не буду», — и убрал.

+— Вы несколько раз были в России на съемках. Понравилось ли что-то?

— Наверняка бы понравилось, если бы я это что-то хоть увидел. Я был в Санкт-Петербурге, но видел город проездом, из окна автомобиля — гостиница, студия, работа. Хотел ночью погулять — пока одевался, присел на кровать и уснул в одежде. Последний вопрос?

+— Фредди Крюгер вам при этом приснился?

— Уже через пять минут. Но, поскольку я был в России, он пришел с бутылкой русской водки (смеется) и сказал: «Хорошая страна. Приезжай еще». И я обязательно приеду. Но, может быть, весь этот разговор вам тоже приснился и вы говорили не со мной.

+— Простите, а с кем же?!

— (Тем же зловещим шепотом, что и вначале.) Кто знает, приятель… Кто знает.

пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ

Роберт Инглунд - пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ

пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ