Виктор Вембаньяма: 10 моментов, которые взорвали сезон
18.04.2026 01:48:00
Юная Эрдман подрабатывала в двух местах, помимо учебы в старших классах, плюсом добровольно помогала в церкви и заботилась о семейном благополучии. У нее появился парень по имени Майкл, и девушка не знала, к чему готовиться, когда расскажет ему о раке.
Болезнь начала проявляться за полгода до постановки диагноза. Доктора подозревали мононуклеоз. Пациентку беспокоили сильные боли в ногах, которые, в конечном итоге, отказали. Эрдман оказалась в инвалидной коляске. Последующие исследования крови навели на мысли о раке.
После встречи с онкологом девушка пережила 40 долгих часов испытаний – от МРТ, ПЭТ/КТ сканирования до спинномозговой пункции и биопсии костного мозга. После Лорен узнала об анапластической крупноклеточной лимфоме с отклоняющимися T-клетками – неходжкинской лимфоме.
Доктора посоветовали без промедлений 'брать быка за рога', и Эрдман буквально на следующий день прошла свой первый из многочисленных сеансов химиотерапии по программе Hyper-CVAD. К сожалению, уровень оказываемой медицинской помощи, по мнению ее родных, оставлял желать лучшего.
Мать девушки вспомнила про Центры лечения рака Америки (CTCA), в один из которых, Среднезападный региональный медцентр, привезла Эрдман, которая изначально была настроена скептически.
'Первым, что растопило мой лед, стала еда, – вспоминает Лорен. – После трех-четырех порций курицы и рыбы, фаршированных грибами портобелло, с кедровыми орешками и шпинатом, я почувствовала себя на седьмом небе. Такую вот полезную и вкусную еду подавали здесь. Вовсе не такого ожидаешь от больничной столовки'.
Затем впечатлений добавила беседа с доктором Редейем, с уверенностью и спокойствием рассказавшим пациентке, какой для нее подобран план лечения. После Лорен продолжила свои собственные исследования неходжкинской лимфомы и курс химиотерапии – в CTCA. Она встретилась с диетологом, объяснившим, как восстанавливать силы и бороться с тошнотой, вызываемой агрессивным лечением.
Когда закончился курс химиотерапии, Эрдман прошла процедуру по пересадке стволовых клеток. Другой специалист, доктор Абуталиб, вновь разложил для Лорен все по полочкам. Она узнала, что получит препарат, провоцирующий стволовые клетки оставить костный мозг и войти в кровоток. Далее следовал забор стволовых клеток и их заморозка до момента пересадки.
'Я знала, что мне придется туго, но не подозревала, что настолько, – заявила Эрдман. – И все же я начала лечение с высоко поднятой головой. Я сказала, что готова дать болезни пинка под зад'.
'Мои стволовые клети собирали в конце ноября 2010-го. Процесс забора клеток из тела напомнил мне процедуру забора крови для переливания. Впрочем, мне потребовалось просидеть шесть часов, пока мою кровь качал некий аппарат. Приставленные ко мне медсестры отвлекали меня от долгого ожидания'.
В январе 2011-го состоялась долгожданная пересадка. 'Несколько месяцев после пересадки я практически ничего не делала, – вспоминает пациентка. – Я была сосредоточена на своем восстановлении. Я чувствовала себя изможденной все время. Я чувствовала себя так, словно попала под пятитонный грузовик. После того как на моем теле нажали на кнопку 'перезагрузка', мой организм испытал страшный шок'.
'Потеря волос из-за химиотерапии не стала такой уж разрушающей. С этим справиться оказалось куда проще. Еще до рака у меня были густые, прямые волосы длиной до талии. Я испытывала смущение, только когда приходил Майкл, потому что мне хотелось для него лучшего'.
'Я всегда была в парике или шляпе, когда Майкл был рядом. Но однажды вечером он снял с меня шляпу, поцеловал в лоб и сказал, что для него никаких проблем нет. В этот день я поняла, что он любит меня, несмотря ни на что'.
Лорен потеряла целый год жизни. Она лишилась возможности поступить в колледж в тот же год, что и ее сверстницы. Еще большим разочарованием стала скорбная новость о вероятной невозможности иметь детей. Рак разъел нижние позвонки Эрдман, и врачи считают, что пациентка просто не сможет выносить ребенка.
Старающаяся всеми силами сохранить позитивный настрой, Эрдман вспоминает: 'Центр лечения рака Америки сделал для меня самый огромный подарок. Сегодня я могу оглянуться в прошлое и посмеяться над многими вещами, который со мной случились'.
'Я откалывала шуточки в адрес докторов, сестер и работников лаборатории. Я доставляла хлопот доктору Абуталибу каждый раз, когда он подталкивал меня пройти очередную процедуру или просто объяснял суть лечения. Мы также о многом смеялись вместе с моей мамой'.
'Когда меня лечили от рака в других больницах, я покидала свой дом, чтобы добраться до места, но в остальное время сидела в четырех стенах. Я запиралась и отстранялась ото всех. Я не ходила на вечеринки, не посещала церковь, чтобы изучать Библию. Я так боялась словить микробов, что не выходила никуда'.
Эрдман продолжает: 'Однако позже доктор Редей помог мне понять: того, что я могу делать, гораздо больше, чем того, чего я не могу. Он воодушевил меня на то, чтобы я продолжала контактировать с обществом. Он посоветовал мне выходить на улицу, посещать кинотеатр с подругами, и просто не забывать при этом носить маску'.
Выпавшие на долю Лорен и ее семьи испытания помогли им всем сблизиться еще крепче. Эрдман постоянно навещали ее сестры, подруги и ее парень Майкл. Она завела новые знакомства с другими пациентами из CTCA. Она стала взрослее и совершенно под новым углом взглянула на жизнь.
30 мая 2012-го Лорен отпраздновала свой 21 день рождения. По сей день девушка продолжает раз в шесть месяцев проходить проверку в Центре лечения рака Америки. Во время визитов она любит знакомиться с пациентами и заводить дружеские беседы, исцеляющую силу которых не стоит недооценивать никому в этом мире.
Лорен Эрдман - пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ
пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ
