Ждем спортсменов, которые не хотят быть тренерами

+– Рудольф Максимович, говорят, что на последней Олимпиаде в Афинах в составе китайской делегации было больше тридцати спортивных психологов, в американской – около сорока. У нас же, как и в Солт-Лейк-Сити, на всю команду вы один…

– Именно потому, что проблема давно назрела, после Афин по решению Федерального агентства по физической культуре и спорту был создан Институт фундаментальных и прикладных проблем физкультуры и спорта, а при этом институте – центр практической психологии спорта, которым доверили руководить мне. Это было моей давней мечтой. И сейчас мы взялись решать проблему, как говорится, всем миром – вместе со мной работают ведущие спортивные психологи России, профессора Родионов, Сопов, Непопалов…

+– Какие перед вами поставлены задачи?

– Главная задача – подготовка психологов для сборной России. Лично я взял обязательство – обеспечить все сорок две команды, входящие в олимпийскую сборную России, профессиональными спортивными психологами уже на Играх-2008 в Пекине.

+– А на предстоящей в следующем году зимней Олимпиаде в Турине?

– До Турина слишком мало времени, поэтому я не могу дать никаких гарантий за результат своей работы. Подготовка спортивного психолога – процесс непростой и длительный. Поверьте моему опыту, завоевать доверие спортсмена очень и очень трудно. Вот почему, проводя тестирование, мы уделяем особое внимание тем, кто когда-то был спортсменом или только что закончил карьеру в большом спорте. Им в новой профессии будет гораздо легче ориентироваться. Так что ждем спортсменов, которые не хотят быть тренерами. Хотя главное в работе психолога, конечно, не спортивное прошлое, а умение сопереживать другому человеку. Этому мы и постараемся научить. Уже с самых первых уроков наши студенты будут проводить много времени в командах по различным видам спорта, проходить своего рода практику.

+– Как вам кажется, почему на проблему отсутствия психологов в сборных командах наши спортивные чиновники обратили внимание только сейчас?

– Возможно, потому, что Олимпиада в Афинах как никакая другая обнажила многие проблемы в нашем сегодняшнем спорте. Уже ни для кого не секрет, что на этих Играх в российской команде, к сожалению, не было единства. Мы перестали любить друг друга. Такого безразличия к результатам товарищей по сборной я давно не встречал. Не было и единого командного духа, особого олимпийского микроклимата. Команды прилетали на Игры за два дня до старта, выступали и тут же улетали домой. Словом, не прочувствовали до конца событие, которое, может быть, в жизни многих спортсменов уже никогда не повторится. А те же японцы за месяц до начала Олимпиады поселились в Олимпийской деревне, жили ее атмосферой, втягивались в режим… Знаю, что многие наши сборные специально таким образом берегли нервы, «бежали» от предстартовой лихорадки. Но это же неправильно. Нужно закаляться. В эти дни абсолютно всем, кто живет в Олимпийской деревне, приходится нелегко. Но если нет микроклимата, ощущения единства, создание которого тоже входит в работу психолога, тогда тяжелее вдвойне. Разве ситуацию, о которой говорил, к примеру, батутист Александр Москаленко, шокированный тем, что в деревне люди в форме сборной России даже не здоровались друг с другом, можно назвать нормальной?

+– Вы лично кого-то опекали в Афинах?

– Помогал всем, кто обращался ко мне за помощью. Накануне старта подошел велогонщик Вячеслав Екимов и признался, что мечтает об одном – заснуть и проснуться свежим. И я, зная, какое значение имеет для спортсмена последняя ночь перед стартом, «укладывал» его спать у себя в номере. Результат Екимова вы помните (гонщик завоевал серебряную медаль. – «НИ»). Потом в этой фартовой – так ее потом называли спортсмены – кровати провел ночь Миша Игнатьев, ставший олимпийским чемпионом на треке. И до последнего дня Олимпиады постель ни разу не пустовала… Я всегда говорю: работа практического психолога простая, но самое сложное – сделать ее простой. Сейчас работаю с гимнастом Алексеем Бондаренко, тем самым, которого в Афинах после опорного прыжка унесли с помоста на носилках. Побывал на сборе с гандболистами Владимира Максимова… Сейчас опекаю примерно девяносто человек. И очень надеюсь, что с нашей помощью в Пекине у сборной России все будет по-другому.

пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ

Рудольф Загайнов - пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ

пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ