Том Хэнкс и Мариэль Хеллер снова вместе: Sony снимет бейсбольную драму «Возвращение»
17.04.2026 07:17:37
В июле 1917 года, когда немецкие части врезались в позиции русских войск у городка Крево, сквозь грохот артиллерии и свист пуль раздался женский голос: «За мной, девочки! За Россию!» Впереди атакующих бежала небольшая фигура в солдатской гимнастерке — Мария Бочкарева, которую товарищи звали Яшкой. Она была единственной женщиной в российской истории, ставшей полным георгиевским кавалером, и создала первый в мире женский батальон смерти. Ее называли русской Жанной д'Арк, но судьба отмерила ей всего тридцать лет жизни — от крестьянской избы до встреч с президентами и королями, от фронтовых окопов до расстрельной стенки.
В июле 1889 года в селе Никольском Кирилловского уезда Новгородской губернии, среди лесов и болот русского Севера, родилась девочка Маша. Семья Фролковых была многодетной и бедной — отец Леонтий перебивался случайными заработками, мать Ольга растила пятерых дочерей. Жили в покосившейся избе, где зимой по углам намерзал лед, а летом кишели мухи.
Когда Марии исполнилось шесть лет, родители решились на отчаянный шаг — продали нехитрое хозяйство и двинулись в Сибирь. Там обещали переселенцам большие наделы земли и льготы. Семья добралась до Томской губернии, где им выделили участок в деревне. Но мечта о богатстве так и осталась мечтой — земля оказалась неплодородной, климат суровым, а соседи недоброжелательными.
Маша росла крепкой и своевольной девочкой. В школе не училась — родители считали грамоту барской затеей, да и работы в хозяйстве хватало. С малых лет она пасла скот, таскала воду, помогала матери. Характер у девочки был буйный — могла подраться с мальчишками, если те обижали младших, не терпела несправедливости.
Отец любил выпить и в пьяном виде становился жестоким. Часто бил жену и детей, устраивал дебоши. Мария рано поняла, что такое мужское насилие и несправедливость. Возможно, именно детские впечатления сделали ее такой бесстрашной в борьбе с любой агрессией.
В пятнадцать лет родители выдали Марию замуж за Афанасия Бочкарева — мужчину на восемь лет старше, солдата местного гарнизона. Свадьба была скромной, но для бедной семьи даже это было разорительно. 22 января 1905 года в книге Воскресенской церкви появилась запись: «Первым браком Афанасий Сергеевич Бочкарев, 23 лет, взял в жены девицу Марию Леонтьевну Фролкову».
Молодожены обосновались в Томске, в Горшковском переулке. Сначала работали на укладке асфальта, затем на разгрузке барж — тяжелый физический труд за гроши. Но главной бедой была не нищета, а характер мужа. Афанасий оказался пьяницей и драчуном, точной копией отца Марии.
Медовый месяц закончился первыми побоями. Муж требовал, чтобы жена тоже пила, бил ее за малейшее неповиновение, унижал на каждом шагу. Мария пыталась бежать, но Афанасий каждый раз возвращал ее домой. Развода в те времена добиться было практически невозможно, особенно простой крестьянке.
Систематические избиения довели Бочкареву до отчаяния — она даже думала об убийстве мужа. Спас случай: участковый пристав, войдя в ее положение, помог получить отдельный паспорт. Как только документы были на руках, Мария немедленно бросила мужа и уехала к сестре в Иркутск.
В Иркутске Мария работала прачкой, затем на стройке — готовила бетонный раствор. Тяжелый труд и сырость подорвали здоровье, она заболела. После выздоровления снова искала работу и получила приглашение от хозяйки магазина в Сретенске. Приехав туда, с ужасом обнаружила, что «магазин» оказался публичным домом.
Мария немедленно бежала из этого заведения, но денег на дорогу не было. В отчаянии она даже пыталась покончить с собой, но ее спас случайный прохожий — Яков Гершевич Бук, мясник еврейского происхождения. Он был старше Марии на десять лет, но между ними вспыхнула страстная любовь.
Три года они прожили счастливо — Мария впервые в жизни почувствовала себя любимой и защищенной. Но в мае 1912 года их идиллия разрушилась: Якова арестовали по обвинению в разбойных нападениях и отправили отбывать наказание в Якутск. Оказалось, что ее возлюбленный промышлял в банде хунхузов.
Но любовь оказалась сильнее здравого смысла. Мария пешком последовала за Яковом в ссылку, пройдя сотни километров по тайге. В Якутске они для прикрытия открыли мясную лавку, но Бук продолжал свои темные дела. Вскоре полиция вышла на след банды, и Якова перевели на поселение в таежный поселок Амга.
И снова Мария последовала за любимым. Но в глухой тайге Яков окончательно спился, стал заниматься рукоприкладством и изменять жене. Мария поняла, что и этот мужчина оказался недостоин ее любви и верности.
В августе 1914 года до глухого таежного поселка дошли вести о начале Первой мировой войны. Прозвучал призыв к мобилизации, и что-то глубоко патриотическое проснулось в душе простой крестьянки. Мария приняла решение, которое казалось безумным: она хотела идти на фронт не сестрой милосердия, а солдатом.
Разорвав все отношения с Яковом Буком, Мария добралась до Томска и явилась к командующему 25-м резервным батальоном. Записать женщину в солдаты военные категорически отказались и посоветовали ей стать сестрой милосердия. Но Мария хотела сражаться с оружием в руках, а не перевязывать раны.
Тогда она совершила поступок, поразивший всех: отправила телеграмму самому императору Николаю II с просьбой разрешить ей воевать наравне с мужчинами. К всеобщему удивлению, пришел положительный ответ — царь разрешил «крестьянке Марии Фролковой» вступить в армию.
Надев праздничное платье, существовавшее в единственном экземпляре, Бочкарева торжественно явилась в военкомат. Ее зачислили вольнонаемным рядовым в 4-ю роту 5-го полка 25-го Томского резервного батальона. Так началась военная карьера женщины, которая войдет в историю под именем «Яшка».
Февральским днем 1915 года полк получил назначение следовать в Полоцк в распоряжение 2-й армии генерала Василия Смирнова. Товарищи по полку поначалу встретили женщину с насмешками и недоверием, но она быстро доказала, что не уступает мужчинам ни в выносливости, ни в храбрости.
По традиции русских солдат, Марии дали прозвище Яшка — в память о бывшем гражданском муже Якове Буке. Под этим именем она и прослужила всю войну. Женщина-солдат выделялась среди товарищей не только полом, но и характером — она не курила, не пила, не сквернословила, строго соблюдала православные посты.
Первое боевое крещение Яшка получила в марте 1915 года. С тех пор она участвовала во всех операциях полка, проявляя удивительную храбрость. Особенно отличилась в боях у деревни Занарочь в марте 1916 года, где в течение двух недель работала на поле сражения, оказывая помощь раненым под артиллерийским и ружейным огнем противника.
18 марта 1916 года во время атаки у деревни Близники Бочкарева под губительным огнем вынесла тяжело раненого прапорщика Гришанова. За этот подвиг ее наградили Георгиевской медалью 4-й степени. Всего за время войны Мария получила четыре ранения и была награждена Георгиевскими крестами всех четырех степеней, а также тремя медалями «За усердие».
Февральская революция 1917 года ударила по армии как цунами. Дисциплина рухнула, солдаты начали создавать комитеты, многие части разбегались с фронта. Мария видела, как разлагается армия, и это приводило ее в ярость. На одном из солдатских митингов она выступила с яростной критикой нарушений воинской дисциплины, призывая продолжать войну до победы.
Патриотическая речь едва не стоила ей жизни — разъяренные солдаты хотели расправиться с «контрреволюционеркой». Только благодаря преданным товарищам Мария избежала самосуда. Но инцидент показал, насколько глубоко зашел процесс разложения армии.
В мае 1917 года председатель Госдумы Михаил Родзянко, приехавший на фронт с агитационной поездкой, специально попросил о встрече с легендарной женщиной-солдатом. Выслушав ее рассказ, он забрал Бочкареву в Петроград для агитации «за войну до победного конца» среди войск столичного гарнизона.
В Петрограде Мария выступала перед делегатами съезда солдатских депутатов Петросовета, призывая их к выполнению долга перед Родиной. Именно тогда у нее родилась идея создать ударные женские «батальоны смерти», которые личным примером пристыдили бы дезертиров и подняли боевой дух армии.
Идею поддержали в Временном правительстве. Александр Керенский, ставший к тому времени военным министром, увидел в женском батальоне мощное пропагандистское орудие. К участию в проекте привлекли даже супругу премьера и петербургских институток.
Верховный главнокомандующий генерал Алексей Брусилов первоначально сомневался в идее: «Не могут ли женщины осрамить Россию?» Но Бочкарева убедила его: «Я сама в женщинах не уверена, но если вы дадите мне полное полномочие, то я ручаюсь, что мой батальон не осрамит России».
На призыв записаться в женский батальон откликнулось более двух тысяч добровольцев. Это были женщины самых разных сословий: дворянки и крестьянки, курсистки и работницы, солдатки и казачки. В батальоне Бочкаревой оказались представлены как девушки из знаменитых дворянских родов, так и простые прислуги.
Но Мария с самого начала установила железную дисциплину. Она категорически запретила организовывать в батальоне любые советы и комитеты, не допускала туда партийных агитаторов. Женщин заставляли коротко стричь волосы, носить мужскую форму, соблюдать строгий распорядок дня.
Многие не выдержали такого обращения. Полковник В.И. Закржевский вспоминал: «Стараюсь немного ее укротить, но она свирепа и, выразительно помахивая кулаком, говорит, что недовольные пускай убираются вон». За короткий срок количество женщин сократилось до трехсот — остались только самые стойкие.
21 июня 1917 года на площади у Исаакиевского собора состоялась торжественная церемония вручения новой воинской части белого знамени с надписью «Первая женская военная команда смерти Марии Бочкаревой». Батальон был готов к отправке на фронт.
Летом 1917 года женский батальон был направлен на Западный фронт, в 1-й Сибирский корпус 10-й армии. 7 июля они получили приказ занять позиции у городка Крево. Это стало первым и последним боевым опытом батальона смерти.
Противник нанес упреждающий удар и врезался в расположение русских войск. В критический момент Бочкарева подняла своих девушек в контратаку. «За мной, девочки! За Россию!» — кричала она, бросаясь на немецкие окопы. Женщины шли в атаку со штыками наперед, подавая пример храбрости мужчинам-солдатам.
Полковник Закржевский писал в рапорте: «Отряд Бочкаревой вел себя в бою геройски, все время в передовой линии, неся службу наравне с солдатами. При атаке немцев по своему почину бросился в контратаку; подносили патроны, ходили в секреты, а некоторые в разведку».
По свидетельству самой Бочкаревой, в том бою она потеряла более половины личного состава батальона ранеными и убитыми. Сама получила пятое ранение и попала в столичный госпиталь. Здесь ей присвоили чин подпоручика, а затем поручика — Мария стала одной из первых женщин-офицеров в русской армии.
Тяжелые потери в женском батальоне привели к тому, что верховный главнокомандующий генерал Лавр Корнилов запретил дальнейшее формирование женских частей для фронта. Существующие подразделения должны были нести тыловую службу.
Осенью 1917 года один из женских батальонов (не бочкаревский, а сформированный позже) оказался в центре политических событий. В октябре женщины-солдаты вместе с юнкерами участвовали в защите Зимнего дворца, где размещалось Временное правительство.
7 ноября батальон должен был отправиться на Румынский фронт, но получил приказ явиться в Петроград «на парад». На самом деле женщин привлекли к охране правительства. Однако защитить власть они не смогли — большевики захватили дворец, а женский батальон сложил оружие.
Узнав об этом, Бочкарева окончательно разочаровалась в боевых способностях женщин. По требованию представителей советской власти она расформировала свой батальон. Эксперимент с женскими военными частями закончился.
После Октябрьской революции Бочкарева оказалась в сложном положении. Большевики пытались привлечь ее на свою сторону, но она считала их предателями России. Белые также предлагали сотрудничество, и в конце концов генерал Корнилов поручил ей особую миссию.
В 1918 году Мария, переодетая сестрой милосердия, тайно выехала во Владивосток, где села на американский корабль. Ей предстояло отправиться в США и Великобританию с дипломатической миссией — добиться помощи для формирующейся Белой армии.
В апреле 1918 года Бочкарева прибыла в Сан-Франциско. При поддержке влиятельной американской суфражистки Флоренс Харриман она пересекла всю страну, выступая на митингах и собраниях, рассказывая о ужасах большевистского режима.
10 июля 1918 года в Белом доме состоялась встреча, которая потрясла даже видавшего виды американского президента. Вудро Вильсон принял русскую женщину-солдата в своем рабочем кабинете. Беседа началась довольно официально, но когда Мария заговорила о страданиях русского народа, атмосфера резко изменилась.
Не дожидаясь перевода, Бочкарева стала рассказывать о зверствах большевиков, о разрухе и голоде в России. Выражение ее лица постоянно менялось, голос дрожал от переживаний. Внезапно она опустилась на колени перед президентом, протянула к нему руки и стала умолять о помощи — о продовольствии, войсках, оружии.
Потрясенный Вильсон, с мокрыми от слез щеками, вскочил со своего места и помог Марии подняться. Он заверил ее в готовности помочь России и поручил государственному департаменту проработать вопрос о поддержке антибольшевистских сил.
Из США Бочкарева отправилась в Великобританию, где ее с почестями принял король Георг V. Встреча состоялась в Букингемском дворце — простая крестьянка из Новгородской губернии беседовала с британским монархом о судьбах России.
Король был поражен рассказом Марии о ее жизни и военных подвигах. Он обещал поддержку Белому движению и выделил значительные средства для борьбы с большевиками. Кроме того, Бочкарева встретилась с Уинстоном Черчиллем, который в то время занимал пост военного министра.
Черчилль был одним из главных противников большевизма в британском правительстве. Он с энтузиазмом поддержал идею интервенции в России и обещал Марии военную помощь белым армиям. Успех дипломатической миссии превзошел все ожидания.
В конце лета 1918 года Бочкарева вернулась в Россию через Архангельск, где высадились войска Антанты. Она рассчитывала активно включиться в борьбу с большевиками, но реальность оказалась сложнее ее ожиданий.
Белое движение переживало не лучшие времена. Армии терпели поражения, в тылу процветали коррупция и произвол, население устало от войны. Мария поняла, что гражданская война — это совсем не то, что она представляла себе, находясь за границей.
В Омске она встретилась с адмиралом Александром Колчаком, который к тому времени стал «Верховным правителем России». Но участвовать в братоубийственной войне Бочкарева не захотела. Вместо военной части она сформировала женский санитарный отряд для помощи раненым.
После поражения белых армий Мария вернулась в Томск. Она сняла военную форму, которую носила почти пять лет, надела женскую одежду, стала ходить в церковь и много молиться. Война закончилась, и нужно было начинать новую жизнь.
Когда в 1919 году красные заняли Томск, они предложили Бочкаревой свои услуги — большевики помнили о ее популярности и хотели использовать ее имя в своих целях. Но Мария отказалась от сотрудничества. Ее отпустили домой, но держали под наблюдением.
В январе 1920 года Бочкареву арестовали по обвинению в контрреволюционной деятельности. Несколько месяцев она провела в тюрьме, где следователи пытались добиться от нее признания в преступлениях против советской власти. Но сломить бывшую солдатку не удалось.
16 мая 1920 года в Красноярске был приведен в исполнение смертный приговор. Мария Леонтьевна Бочкарева, поручик русской армии, полный георгиевский кавалер, создатель первого женского батальона, была расстреляна по приговору революционного трибунала. Ей было всего тридцать лет.
Советская власть боялась Бочкареву даже мертвой. В течение десятилетий ее имя замалчивалось, а если и упоминалось, то с презрением. Владимир Маяковский в поэме «Хорошо» назвал женщин-солдат «бочкаревскими дурами». Героиня Первой мировой войны была вычеркнута из официальной истории.
Существует версия, что Бочкарева не была расстреляна, а была тайно вывезена из тюрьмы и прожила долгую жизнь в Китае под чужим именем. Эту версию выдвигал российский биограф Сергей Дроков, но документальных подтверждений она не имеет.
Только в 1992 году, через 72 года после смерти, Мария Бочкарева была официально реабилитирована. Прокурор Омской области признал ее невиновной в предъявленных обвинениях и констатировал, что приговор был вынесен без достаточных оснований.
В 2016 году в селе Ново-Кусково Томской области, неподалеку от места, где когда-то жила семья Бочкаревых, был установлен памятный камень в честь легендарной женщины-воина. На нем высечены слова: «Мария Леонтьевна Бочкарева — единственная женщина — полный георгиевский кавалер».
В 2017 году в деревне Новоспасск Сморгонского района Гродненской области Белоруссии, где когда-то сражался женский батальон, установили закладную доску будущего памятника. Беларусь помнит о подвиге русских женщин-солдат.
История Марии Бочкаревой — это история женщины, которая опередила свое время. В эпоху, когда женщинам полагалось сидеть дома и заниматься хозяйством, она взяла винтовку и пошла защищать Отечество. В мире, где война считалась исключительно мужским делом, она доказала, что храбрость и патриотизм не имеют пола.
Бочкарева создала первый в истории женский боевой отряд — на полвека раньше, чем подобные части появились в армиях других стран. Ее батальон смерти стал прообразом женских военных формирований, которые сыграют важную роль во Второй мировой войне.
Но главное в наследии Марии Бочкаревой — это пример беззаветного служения Родине. Простая крестьянка, не умевшая толком читать и писать, сумела подняться до офицерского звания, встречаться с правителями великих держав, войти в мировую историю. Ее жизнь доказала, что истинное величие определяется не происхождением и образованием, а силой духа и готовностью к самопожертвованию.
Мария Бочкарева прожила короткую, но яркую жизнь. От крестьянской избы до георгиевских крестов, от фронтовых окопов до дипломатических салонов, от всемирной славы до расстрельной стенки — такой была судьба русской Жанны д'Арк, женщины-воина, которая сражалась не за корону и не за власть, а за свою страну и свой народ.
Бойцы женского батальона.
пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ
Фото: Борис Лосин / РИА Новости
пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ
Фото: Новгородские ведомости
пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ
Мария Бочкарева - пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ
пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ
| пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ: | 01.07.1889 (30) |
| пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ: | с. Никольское (RE) |
| пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ: | 16.05.1920 |
| пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ: | Красноярск (RU) |
| пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ | 12 |
