За кулисами Met Gala: смешные моменты, которые затмили наряды
02.05.2026 21:03:06
Нобелевский комитет в своём пресс-релизе 13 октября 1986 года назвал открытие фактора роста нервов «захватывающим примером того, как искусный наблюдатель может создать концепцию из видимого хаоса».
Риге Леви-Монтальчини было семьдесят семь лет, когда она получила это признание. Она стала четвёртым лауреатом Нобелевской премии из итальянского еврейского сообщества — насчитывающего менее 50 000 человек — после Эмилио Сегре, Сальвадора Лурии и Франко Модильяни.
Её ответ на вопрос, как стало возможным это открытие, поразил журналистов своей прямотой: «Я должна благодарить Муссолини за то, что он объявил меня представителем низшей расы. Это привело меня к радости работы — уже не, к сожалению, в университетских институтах, а в спальне».
Рита Леви-Монтальчини родилась 22 апреля 1909 года в Турине в итальянской еврейской семье. Она и её сестра-близнец Паола — ставшая уважаемым художником — были младшими из четырёх детей. Мать, Адель Монтальчини, — художница; отец, Адамо Леви, — инженер-электрик и математик.
В детстве, когда гувернантка детей Леви-Монтальчини, Джованна Бруттата, заболела злокачественной опухолью, блокировавшей желудочно-кишечный тракт, Рита впервые задумалась о том, как помочь больным людям.
В юности она мечтала стать писательницей и восхищалась шведской писательницей Сельмой Лагерлёф. Но, увидев, как близкий друг семьи умирает от рака желудка, решила поступить на медицинский факультет Туринского университета.
Видя, как мать играет подчинённую роль по отношению к отцу, и наблюдая подчинение многих окружающих её женщин, Леви-Монтальчини рано приняла решение никогда не выходить замуж и не иметь детей.
Отец был строг в своих взглядах: дочери не должны посещать университет, поскольку он опасался, что это нарушит их потенциальную жизнь жён и матерей. Но в конечном счёте он поддержал стремления Леви-Монтальчини стать врачом.
В двадцать лет, ощущая, что не вписывается в предписанную традиционную женскую роль, Леви-Монтальчини попросила у отца разрешения на профессиональную карьеру.
Разрешение было дано — и оно изменило историю нейробиологии.
В медицинском университете в Турине она встретила умного, прямолинейного, антифашистского профессора Джузеппе Леви, которого называла «Маэстро». Именно благодаря ему у неё зажёгся интерес к изучению нервной системы. Именно под руководством Леви она освоила технику серебряного импрегнирования — метод, позволяющий наблюдать нервы под микроскопом с идеальной чёткостью.
Её университетский класс включал трёх будущих нобелевских лауреатов: Сальвадора Лурию, Ренато Дульбекко и её саму.
В 1936 году она окончила медицинский факультет с отличием (summa cum laude) и осталась на кафедре ассистентом Леви. Но её академическая карьера была прервана расовыми законами Муссолини 1938 года, запретившими евреям работать в академических и профессиональных учреждениях.
Запрет на работу в университете означал конец науки — для кого угодно, но не для Риты Леви-Монтальчини.
Она своими руками оборудовала лабораторию в спальне, изготавливая скальпели из швейных игл, используя крошечные ножницы офтальмолога и пинцет часовщика. Этими инструментами, вдохновлённая статьёй эмбриолога Виктора Гамбургера, она препарировала куриные эмбрионы и изучала их двигательные нейроны под микроскопом.
В итоге она взяла даже ассистента — тоже изгнанного из академии из-за вероисповедания: своего университетского наставника Джузеппе Леви. Вместе они разработали теорию о нервных клетках эмбриона — что они размножаются, начинают расти, а затем умирают — которая противоречила модели, описанной в статье Гамбургера. Эта теория заложила основу современной концепции гибели нервных клеток как части нормального развития.
Когда союзники бомбили Турин, Леви-Монтальчини перенесла свою самодельную лабораторию в деревню. Когда немцы вторглись и начали облавы на евреев, она и её семья путешествовали на юг под вымышленными именами.
Вынужденная скрываться во Флоренции во время немецкой оккупации Италии (1943–45) из-за еврейского происхождения, она умудрялась продолжать исследования в небольшой квартире.
В 1944 году, когда освобождение Италии союзниками уже шло, она оказывала медицинские услуги американской армии в лагере для итальянских беженцев. В 1945 году вернулась в Турин и стала исследователем в Туринском университете.
В 1947 году она приняла предложение Вашингтонского университета в Сент-Луисе и приехала к зоологу Виктору Гамбургеру, изучавшему рост нервной ткани в куриных эмбрионах.
Её появление в лаборатории Гамбургера поначалу планировалось как кратковременный визит. Оно растянулось на десятилетия.
В 1948 году в лаборатории Гамбургера было обнаружено, что особая опухоль мыши, имплантированная в куриные эмбрионы, стимулировала рост нервов. Леви-Монтальчини и Гамбургер проследили эффект к веществу в опухоли, которое они назвали фактором роста нервов (NGF).
Но до полного открытия оставался ещё один решающий шаг — лабораторная верификация в тканевой культуре.
Леви-Монтальчини подтвердила эти результаты, используя тканевую культуру в Университете Бразилии с Гертой Мейер — подругой со времён Туринского университета.
Леви-Монтальчини дополнительно показала, что опухоль вызывала аналогичный клеточный рост в нервной тканевой культуре, поддерживаемой живой в лаборатории.
Эксперименты в Бразилии подтвердили: опухоль выделяет растворимое вещество, которое заставляет нервы расти — даже на расстоянии от самой опухоли. Это был прорыв: NGF существовал.
В 1953 году американский биолог и зоолог Стэнли Коэн присоединился к ней в Вашингтонском университете. Коэн очистил фактор роста нервов, определил его химическую природу и произвёл антитела к NGF. Он также открыл другой фактор роста — эпидермальный.
В 1951 году она открыла NGF — гуморальный фактор, играющий существенную роль в росте и дифференциации сенсорных и симпатических нервных клеток. В течение следующих тридцати лет она продолжала исследования функции этого белка и других специфических факторов роста.
NGF был первым выявленным фактором роста — за его действие на морфологическую дифференцировку нервных клеток, производных от нервного гребня. Открытие NGF Ритой Леви-Монтальчини в 1950-х годах представляет важную веху в процессах, приведших к современной клеточной биологии.
NGF играет важную роль в росте нервных клеток и волокон периферической нервной системы. Работа Леви-Монтальчини над NGF оказала значительное влияние на фундаментальные исследования нескольких заболеваний, включая рак, болезнь Паркинсона и болезнь Альцгеймера.
Это открытие не просто объяснило один механизм. Оно открыло целый класс молекул — сигнальных белков, управляющих развитием, выживанием и гибелью клеток. Вся последующая нейробиология строилась на этом фундаменте.
В 1962 году Леви-Монтальчини основала Институт клеточной биологии в Риме и с тех пор делила время между институтом и Вашингтонским университетом.
К 1958 году она стала полным профессором кафедры биологии Вашингтонского университета. В 1961 году начала курсировать между США и Италией. С 1968 по 1978 год была директором Института клеточной биологии Итальянского национального исследовательского совета в Риме и сохраняла статус профессора в Вашингтонском университете до 1977 года.
В 1986 году Леви-Монтальчини и Стэнли Коэн получили Нобелевскую премию по физиологии и медицине, а также премию Альберта Ласкера за базовые медицинские исследования.
В 1987 году ей была вручена Национальная медаль науки — высшая американская научная награда. В 1988 году вышла её автобиографическая работа «В похвалу несовершенству».
Название мемуаров — «In Praise of Imperfection» — перекликается с её подходом к науке: не ждать идеальных условий, а работать с тем, что есть. Спальня вместо лаборатории. Швейные иглы вместо скальпелей.
1 августа 2001 года президент Италии Карло Адзелио Чампи назначил её пожизненным сенатором.
В 2006 году, в возрасте 97 лет, она располагала решающим голосом в итальянском парламенте при бюджетном споре. Она пригрозила отозвать свою поддержку, если правительство не пересмотрит решение о сокращении финансирования науки. Финансирование было восстановлено, и бюджет принят — несмотря на попытки оппозиции заставить её замолчать, высмеивая её возраст.
Девяносто семь лет. Решающий голос. Сокращение финансирования науки — восстановлено. Это и есть практическое выражение принципа «В похвалу несовершенству».
22 апреля 2009 года она стала первым в истории нобелевским лауреатом, достигшим возраста 100 лет. Событие было отмечено торжеством в римской Ратуше.
Леви-Монтальчини начала свой научный путь в опасности — как еврейка в фашистской Италии. Она завершила его в триумфе — как нейроэмбриолог, соткрывшая фактор роста нервов, как видная фигура в итальянской политике, как активный исследователь и наставник вплоть до своей смерти в возрасте 103 лет.
Турин, 1909. Скальпели из швейных игл. Куриные эмбрионы при свете настольной лампы. Вашингтон, Бразилия, Рим. Нобелевская премия в семьдесят семь. Сенатор в девяносто два. Решающий голос в пользу науки в девяносто семь. Сто лет в Ратуше Рима.
Препятствия были для неё мотивацией. В этом и состоит её главный урок — не как нейробиолога, а как человека.
Фото с сайта stmegi.com
| Родилась: | 22.04.1909 (103) |
| Место: | Турин (IT) |
| Умерла: | 30.12.2012 |
| Место: | Рим (IT) |
