Папа Лев призывает к миру, игнорируя оскорбления из Вашингтона
18.04.2026 08:40:28
Семья Михалковых всегда в числе ньюсмейкеров. Жена Никиты Сергеевича Татьяна возглавляет благотворительный фонд «Русский силуэт», который активно готовится провести в июне финал шестого конкурса молодых дизайнеров. Несмотря на занятость, Татьяна Евгеньевна нашла время для встречи с «Собеседником», пригласив нас в «родовое имение» на Николиной Горе.
+– За 10 лет существования фонда стали больше уважать российских модельеров?
– Интерес к нашим дизайнерам огромный. Везде нужна молодая кровь. На финал в Москву приезжают ведущие модельеры мира, приглашают наших победителей на практику. Брайан Ренье, дизайн-директор дома моды Escada, даже хотел оставить у себя после стажировки Александру Шадрину (победительница V конкурса), которая потрясающе работает с мехами. Но она решила вернуться в Санкт-Петербург.
Во всем, что касается идей, нашим дизайнерам, я считаю, нет равных. Но мода – не только искусство, это еще и бизнес. Российская мода, которой аплодируют в Италии, Франции, Англии, так и не стала частью нашей промышленности. Даже если байеры в Париже захотят приобрести у нас коллекции, мы не сможем изготовить их в нужных количествах. Правда, сейчас все ведущие мировые дизайнеры размещают свои заказы в Китае – там дешевле...
+– И все-таки светит ли что-то нашим модельерам в ближайшее время?
– Это вопрос к нашим министрам и депутатам. Нужны законы, создающие условия для развития малого бизнеса. Мы пишем в Думу, рассказываем о проблемах... Любовь Слиска приезжала на конкурс в Курск. Была в восторге, что у нас такие талантливые ребята, и от себя поддержала двух человек.
+– Какой приз был?
– Денежный. А это, считайте, новая коллекция...
Когда мы создавали фонд, все преклонялись перед западными домами моды. Сейчас другая ситуация: существует много различных конкурсов российской моды. Но все они, как правило, коммерческие – плати и участвуй. Главное отличие конкурса «Русский силуэт» в том, что участие в нем бесплатное. Ежегодно мы объезжаем 30 городов России в поисках талантов. Российские школы моды – омская, санкт-петербургская, московская, где педагоги работают за символическую плату, – ничуть не хуже тех же итальянских.
+– Вы состоявшийся человек, могли бы сидеть тут на Горе и указания раздавать...
– Наверное, это потребность души. Я или училась, или работала, или детей воспитывала. Дети выросли, и теперь можно отдаться любимому делу – моде и всему, что с ней связано.
+– Как видели свое будущее до встречи с Михалковым, когда работали моделью?
– Это был период, когда все выходили замуж за иностранцев и уезжали. Многие мои подружки уехали... Я знала язык, и если бы не встретила Никиту, то, наверное, как и другие, была бы сейчас где-то. Счастлива, что все так сложилось. В России все намного интереснее. Европа стала какой-то однотипной.
+– Вы занимаетесь активной деятельностью. Как Никита Сергеевич к этому относится?
– Так уж глубоко он моду не воспринимает, но к «Русскому силуэту» относится уважительно, приходит на финальные показы. Он видит: это не Москва, которую он называет «песочницей», а вся страна. Он и раньше много ездил по городам, но когда теперь возвращается из глубинки, рассказывает: «Слушай, если раньше говорили: «Здесь Никита Сергеевич ночевал», то теперь замечают: «Здесь была Татьяна Евгеньевна с показом».
+– Странно, что вы снялись у мужа только в одном эпизоде да и то во сне («Свой среди чужих». – Авт.).
– Жена в его понимании – мать детей, домохозяйка. У него, наверное, было бы невозможно, чтобы жена была актрисой, которая кочует из фильма в фильм. Наверное, у Никиты может и бревно сыграть… Но мне он ролей не предлагал. Хотя другие режиссеры приглашали...
+– А вы что?
– Я так боялась его ослушаться… А сейчас уже не приглашают.
+– Наверное, обрадовались, когда Никита Сергеевич оставил Союз кинематографистов?
– Да, потому что он потрясающий режиссер. Общественная работа забирала его целиком. Сейчас он много снимается и сам снимает два фильма – «12 разгневанных мужчин» и «Утомленные солнцем-2». Мы рады, что общественная нагрузка, которая очень часто бывает неблагодарной, с его плеч спала. В этом клубке друзей очень трудно всех объединить.
+– Зато признание каково: кто был здесь у Никиты Сергеевича на 60-летии, вся страна видела...
– Друзей у Никиты много – от президента до ассистента режиссера. Главной проблемой празднования дня рождения было разместить всех гостей. В итоге Никита придумал свободную рассадку. Еще он решил отойти от моды транслировать юбилей на экране и обойтись без стула на сцене... И, я даже не ожидала, начал с того, что поблагодарил меня за терпение. Мы 35 лет вместе.
+– Свекровь сильно влияла на отношения в вашей семье?
– Наталья Петровна была редкая женщина. Сильнейшая, властная. Я мягче во всем. Конечно,
многому у нее научилась – и как строить быт, и философии жизни, и мудрости. Я очень бережно отношусь к кустам, которые она сажала: сирень, жасминная аллея, слива, из которой мы делали варенье. Если кто-то что-нибудь сломает, переживаю безумно. Потому что все эти кусты она специально сажала – возле кабинета Никиты, под окном нашей спальни...
+– Словом, вы легко вошли в их семью?
– Все Михалковы властные и жизнелюбивые. Но мне было легко, потому что мы жили своей жизнью, на свои средства. Не то чтобы я сразу очутилась в одной квартире с депутатом Сергеем Владимировичем и писательницей Кончаловской... Мы были молоды, влюблены, поэтому все было легко.
+– Самостоятельность – великая вещь.
– Да, я за то, чтобы и дети наши были независимы. Конечно, висят картины Кончаловского, на полке стоят фильмы Никиты Сергеевича, в книжном шкафу – произведения Сергея Владимировича. Все Михалковы настолько сильные, яркие личности... хотелось бы, чтобы детей это не раздавило.
+– В какие моменты больше всего за них волновались?
– Я волновалась, когда Артем поступал во ВГИК на режиссерский факультет. Там учились те, кому было уже лет по 40, с опытом. А у него что? Где-то бегал на площадке, папе помогал. Никита Сергеевич даже не знал, куда Артем поступает. Я, кстати, очень переживала, что, когда Аня поступала на актерский, он даже не подсказал, какие ей выбрать стихи.
Волновалась, когда Аня, которая три года отучилась в Европе и была лучшей в швейцарской школе, вдруг заявила, что хочет переехать в Москву и поступать на актерский. А Надя и не пыталась уехать... Конечно, когда влюблялись или расходились, волновалась. Когда внуки рождались…
+– Дети уже большие. Родительский дом не опустел?
– Они часто приезжают. Когда они все вместе, тут такое творится… Но я так долго и добросовестно, без всяких нянь сидела с детьми, что сейчас могу позволить себе заняться любимым делом. Очень многие мамы, недодав любви детям, уже бабушками стараются компенсировать это. Я, наоборот, заслужила, чтобы сейчас окунуться в работу.
Обожаю своих внуков, но вот так засесть с ними я бы, наверное, уже не смогла.
| пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ: | 14.02.1947 (79) |
| пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ: | Заальфельд (SU) |
| пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ | 1 |
| пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ | 9 |
Комментарии