пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ: Полина БОГДАНОВА [23.11.2007]

Не хочется терять надежду

– Я устал существовать на территории отдельного спектакля, что мне долгое время казалось естественным и правильным. Ведь я уехал из Перми в 91-м году, отказавшись от своего театра. Спектакли в Москве у меня получались. Апогеем была «Овечка». Но итогом московской жизни стал спектакль «Воскресение Лазаря» по «Преступлению и наказанию» Достоевского. Это была для меня очень значимая работа. Одна из моих самых любимых. Она показала, как можно мыслить в театре и как им можно воздействовать. Но этому спектаклю не нашлось места на чужих площадках. И я стал искать театр.

Мне было понятно также и то, что театры в нашей стране находятся в удручающем состоянии. На периферии театры замучены, не востребованы, не ангажированы. В Москве все наоборот – ангажированы, но там присутствует очень сильная коммерческая доминанта, и она захлестывает основную часть театральной продукции. Это не значит, что того театра, который мне нравится, в Москве нет. Он есть, но это все-таки отдельные островки. А мне не хотелось оставлять надежду, что театр может сохраниться в нашей стране. Настоящий театр. Поэтому сколько смогу, столько буду его пропагандировать и стараться сохранить в том качестве, которое в нем всегда было и которое все еще не окончательно утеряно.

+– И что это за качество?

– Прежде всего – художественность. Такой театр размышляет о высочайших проблемах человеческого существования, жизни и смерти, Боге, вере. Русская природа не может обходиться без Бога, без света. Театр всегда восполнял эту потребность. Мы никогда не будем хорошо жить, но мы всегда будем высоко мыслить и красиво мечтать.

+– А вам не кажется, что областные власти, которые вас сюда пригласили, не очень отчетливо представляют себе то, о чем вы сейчас говорите? И им безразличны рассуждения о высоких и тонких чувствах, о Боге, то есть обо всем том, что волнует творческих людей?

– Я не уверен, что прагматичные люди из бизнеса, которые приходят сейчас к власти, понимают все тонкости этого дела. Но у них хорошие, светлые мозги, и они вполне адекватно действуют. А наша роль – тех, кто занимается искусством и творчеством и кто в этом что-то смыслит – шаг за шагом прививать им вкус и понимание, и не на словах, а на практике.

+– Первое, что вы сделали, заняв пост художественного руководителя, это пригласили на постановки хороших режиссеров из Москвы и Петербурга. Это принципиальная позиция – создавать открытый театр?

– Я хотел бы, чтоб здесь было театральное пространство, где можно было бы существовать разным режиссерам, именно режиссерам. Тем, кто умеет работать с актерами. Я хочу создать условия, чтобы их спектакли сохранялись здесь в таком виде, в каком эти режиссеры их замыслили. Я пытаюсь создать им эти условия потому, что понимаю – для того чтобы сделать серьезную работу, нужно, чтоб тебе все помогало. У нас поставил спектакль Владислав Пази из Петербурга, Борис Цейтлин – всероссийский режиссер, известный «масконосец» без определенного места жительства; Валентин Ярюхин – мой однокурсник, сейчас режиссер нашего театра. Скоро выпустит премьеру Игорь Лысов. Начал репетировать Сергей Федотов, руководитель пермского театра «У моста». Приступает к репетициям Георгий Исаакян, художественный руководитель Театра оперы и балета. Немножко попозже приедут Анатолий Праудин, Геннадий Тростянецкий из Петербурга, Владимир Мирзоев из Москвы. Мечтаю о Морталере и Каме Гинкасе, а там, глядишь, и Фоменко с Васильевым подтянутся, ну хотя бы на недельку – в жюри уже готового к тому времени режиссерского фестиваля. Я им сказал – дверь открыта. Я здесь для того, чтобы вы здесь ставили спектакли и вместе с вами построить театр, где все будет служить вашей воле, а уж он послужит публике или, как раньше говорили, – народу.

+– Очень часто театрами руководят директора. У вас театр – принципиально режиссерский?

– Я считаю, что институт худруков в стране нужно возрождать. Мне скажут, что он до конца и не погибал, и там, где театрами руководят худруки – «Современник», «Ленком», «Сатирикон» и т. д. – все относительно в порядке, и надо отдать должное прежнему художественному руководителю Пермского театра Ивану Бобылеву: он сумел создать и сохранить труппу за те долгие годы, пока здесь работал. Я пришел, и мне понадобилась неделя, чтобы все понять и начать работать с труппой.

Но в целом институт худруков в России сильно расстроен, власть захватили директора, и теперь ее нужно вернуть. И я уверен, что этот институт должен быть возвращен и развит, но с некоей поправкой. Я бы худрукам не давал кресло в собственность. Навсегда. Я бы давал лет на пять. Это самое правильное. Конечно, срок может пролонгироваться, если нужно. Но все-таки важна сменяемость худруков. Потому что с одним бессменным лидером театр начинает умирать. А если он замечательный худрук, то он на новом месте начнет сначала. Нужно всегда начинать сначала. Тогда театр будет живым. Поэтому я сюда приехал не для того, чтобы в этом кресле умереть. Пройдет срок, и сюда придет другой, обязательно лучше меня, потому что он начнет сначала. А я двинусь дальше – еще в какую-то сторону.

Tags: #театр #театра #нужно #очень #всегда #спектакли #москве #стране #петербурга #создать #институт #худруков #сначала #надежду #существовать

пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ