ФК «Зенит»: атмосфера матчей и культурное значение футбола
02.05.2026 22:31:00
По мнению Мерсера, в фигурном катании и спортсмены-то другие – пластичные, требуется только внимательнее приглядеться к ним и выбрать из общей массы нужных людей. За что он и взялся в 2004 году вместе с продюсером Джеймсом Канджэлом (за его плечами постановки «Отверженных», «Кошек», «Кабаре», «Призрака оперы» – всего более 80 известных мюзиклов) и бывшим конькобежцем, а теперь бизнесменом, Владиславом Олениным. На тот момент Тони Мерсер был не новичком в постановке ледяных шоу. Как правило, сюжеты брались из знаменитых балетов и мюзиклов – «Кармен», «Золушка», «Щелкунчик», «Призрак оперы». К известному названию лишь добавляли стыдливую приписку «на льду». Первыми постановками – «Спящая красавица» и «Лебединое озеро» – Imperial Stars Ice должны были показать критикам и публике, что театр на льду – это больше, чем спортивная техника, фигуристы действительно могут быть актерами. Зрительская любовь пришла быстро – гастрольный график труппы был забит, как чемодан отпускника. Русские артисты (именно в России Тони отбирал участников для нового проекта) радовали зрителей от Торонто до Кейптауна, от Москвы до Токио.
В феврале 2010 года на сцене Альберт-холла появился ледяной каток – труппа Imperial Stars Ice представляла спектакль на льду «Золушка» – о трудной судьбе танцовщицы кордебалета из Сибири. Представление было сделано с размахом – хореографией, кроме Тони Мерсера, занимался двукратный чемпион Олимпийских игр и четырехкратный чемпион мира Евгений Платов, музыку написали Тим Данкан и Эдвард Барнел, над 77 костюмами работала дизайнер Театра им. К.С. Станиславского Альбина Габуева, декорации выполнил один из ведущих дизайнеров Австралии Имон Дарси, – кроме мюзиклов и театральных постановок он принимал участие в оформлении церемонии открытия Олимпийских игр в Сиднее. Именно благодаря ему на сцене «Золушки» шел дождь и полыхало пламя, а танцоры парили под куполом, словно птицы. После мирового тура Imperial Stars Ice возвращаются в Лондон в октябре – в этот раз с постановкой «Спящая красавица».
+ Чем же танцы на льду – жанр, в котором работает основанная вами труппа Imperial Ice Stars, отличаются от привычного всем балета на льду?
- Организация шоу на льду обычно выглядит так: приглашают чемпионов по фигурному катанию, одевают их в костюмы, а дальше они делают то же, что и на соревнованиях, – катают произвольную программу под музыку. Мне такой подход был неинтересен. Второй вариант: фигуристов просят проинтерпретировать балет. То есть, это тот же балет, как в Большом, но только на льду – понимаете? Абсурд – это же два разных вида искусства, а фигурное катание я считаю искусством. Мне казалось, что надо работать над развитием характеров, делать выступления драматическими, чтобы фигуристы были артистами, а не спортсменами. Научить их играть, чтобы они перестали выдавать прыжки для судей, а начали рассказывать историю для зрителей.
+ И вам пришлось приглашать для них специалистов по актерскому мастерству?
- Не без этого, но здесь еще очень важен процесс кастинга. Я верю, что каждый человек может сыграть какую-то роль. Неважно, фигурист ты, или гимнаст. Нужно просто заниматься развитием внутреннего мира человека, помочь ему понять себя, создать внутри артиста определенное состояние, которое совпадет с параметрами роли. Далее они сами нарастят мясо на скелет роли.
+ Так что же вы увидели в ваших нынешних ведущих артистах – Андрее Пенкине и Ольге Шарутенко?
- Желание совершенствоваться, учиться и огромную пластичность – они могут легко перевоплощаться, адаптироваться, выражать телом то, что актер в драматическом театре скажет словами. У меня такое мнение: людям нравится смотреть на фигурное катание чисто с эстетической точки зрения – неясно, почему за него выставляют оценки. За балет ведь не выставляют, хотя там и прыжки, и поддержки, как в спорте. Фигурное катание не должно было становиться спортом. Подбирая артиста, я ищу в нем душевность и пластичность актера – в первую очередь. Ищу открыто сердце и душу – они должны быть соединены с лезвием конька. А это я могу разглядеть в течение первых тридцати секунд просмотра.
+ Последняя постановка, которую вы представили в Лондоне, называлась «Золушка». Это было яркое шоу в престижном зале Королевского Альберт-холла. Это было впечатляющее представление с дорогими костюмами, спецэффектами, смелой хореографией. Сколько же времени занимает создание такого красочного представления?
- С момента появления идеи до репетиций процесс занимает порядка восемнадцати месяцев, репетиции – девять недель. Это связано с тем, что и музыку в этот раз мы использовали собственную. Специально для постановки ее написали Тим Дункан и Эдвард Барнелл. Процесс трудоемкий, но результат того стоил – было очень увлекательно создать настоящий ледяной каток на этой знаменитой площадке!
+ А «Золушка» у вас получилась совсем необычная – сибирская танцовщица, которая сына секретаря горкома очаровала. Откуда такие авангардные идеи?
- Подсчитали, что существует около полутора тысяч разных постановочных версий «Золушки», да и самой истории порядка 1200 лет, она берет начало в греческой мифологии. До этого мы поставили «Лебединое озеро» – действие переместили в эпоху правления Николая Романова, так что играть со временем мне не впервой. «Золушку» тоже хотелось выдернуть из привычной среды обитания. Сидел я в гостях у друзей, а на стене картина висит – нарисован центр города Красноярска. Мне понравился его суровый индустриализм, вот и решили мы переместить действие в Россию 20-х годов, в город Красноярск. Эскизы костюмов делали по фотографиям того времени.
+ В сентябре ваша труппа выступит в Альберт-холле во второй раз. А вы помните ощущения в феврале, когда такая площадка открылась для вас впервые?
- Нервы были на пределе – выполнение плана по покорению Альберт-холла заняло четыре года. Мое будущее, даже мой дом – все было поставлено на карту успеха. Нервничал не только я, но и мой банковский менеджер. Он мне поверил, а я верю в то, что мы делаем. Нам нужен был ребрендинг – компания появилась в 2004 году, мы выступили в театре Sadler’s Wells, и это было ошибкой. Театральные критики не могли понять, что мы делаем, и сравнивали нас с балетом на льду. Надо было что-то менять. Я вспомнил о том, как Альберт-холл помог реабилитировать другую труппу – Cirque de Soleil. Он обанкротился в Канаде, но после сезона в Альберт-холле возродился, как феникс, и стал золотым стандартом для всех трупп подобного рода. Рецензии критиков после нашего последнего выступления были великолепны, а значит, решение было принято правильное. Мы –первое ледовое шоу, которое получило театральную премию. Ассоциация критиков Великобритании присудила нам премию за лучшее представление на театральной сцене.
+ Танцуют у вас, в основном, русские – а почему же в России о вас практически ничего не известно?
- Мы русская компания с русскими и украинскими танцорами, и скажу больше – самый большой творческий экспорт из России. Если посчитать количество недель зарубежных турне, то мы работаем больше, чем любая другая русская труппа, будь то Большой театр, или «Снежное шоу» Славы Полунина. Выступаем мы, в основном, за рубежом – от Австралии до Канады, потому в России о нас и не знают. И «Лебединое озеро», и «Золушка» побывали в 16 странах.
+ А там, где люди в глаза снега не видели, – в Австралии или ЮАР, – вас теплее встречают?
- Нет, билеты на шоу распродаются одинаково хорошо и в Финляндии, и в Африке. Люди реагируют на профессионализм, ну и на личный шарм, я думаю. Мужчины без ума от Ольги, а девушки вздыхают по Андрею – у нас все схвачено.
Тони Мерсер - фотография из архивов сайта
Посмотреть фото
