Автор: Андрей Пуминов [07.08.2010]

По волне памяти Давида Тухманова

Со среды юбилей Тухманова в столь же разностороннем ключе в течение ближайшей недели будет отмечаться на пространстве бывшего СССР. 21 и 22 июля столичная "Геликон-Опера" на сцене Большого театра представит тухмановскую оперу "Царица" по мотивам судьбы императрицы Екатерины Великой, а несколько дней спустя на международном конкурсе "Новая волна" в латвийской Юрмале состоится творческий вечер Давида Федоровича, где его the best перепоет сплоченная рота отечественной поп-армии. В преддверии столь бурной и праздничной концовки июля Тухманов встретился в своей московской квартире с обозревателем "Известий" Михаилом Марголисом.

+известия: Давид Федорович, вы успешно не одно десятилетие реализовывали себя в различных музыкальных жанрах. Тем не менее вы можете сказать, что как композитор принадлежите какому-то определенному времени, скажем 1970-м, или вы свободно переходили из эпохи в эпоху?

- Давид Тухманов: Если бы я оценивал свою композиторскую судьбу только статистическими категориями, по рейтинговой шкале, то, скорее всего, надо согласиться, что 1970-е годы были моим пиком хотя бы потому, что пластинки с моими песнями издавались тогда миллионными тиражами. Но вообще, каждый период своей жизни я расцениваю как вполне самостоятельный в творческом плане. И всегда у меня имелись определенные побудительные мотивы для каких-то перемен. Скажем, поп-музыкой я увлекся в молодом возрасте, когда мне хотелось делать композиции модные и успешные. Но через некоторое время я понял, что сам себе наступаю на пятки и в чем-то ошибаюсь. Я не учитывал некоторую инерционность шлягеров. Написав популярную вещь, мне казалось, что скоро она станет неактуальной и нужно сделать нечто принципиально иное. А на самом деле, как показывает практика, для поп-музыкантов во всем мире характерно, что называется, бить в одну точку. Работать в том направлении, что уже принесло им удачу.

+и: Для многих композиторов также характерно совмещать в себе роли автора и исполнителя. Вы этого принципиально не делали?

- Тухманов: Во-первых, у меня нет ярко выраженного голоса, во-вторых, в советскую пору как-то очень дифференцированны были понятия автора и исполнителя. Считалось, что петь должны профессиональные певцы, а композиторы - сочинять. В-третьих, я просто стеснялся выходить на сцену. Разве что порой случались у меня какие-то авторские вечера, где я садился за рояль и "напевал" (заметьте, именно так это называлось) что-то из своих произведений.

В последние годы я, правда, стал интересоваться вопросом: а что я, собственно говоря, сам могу исполнить? Сделал себе ряд ремейков и сейчас время от времени на своих выступлениях с удовольствием пою свои вещи. И публике вроде бы нравится, как я их исполняю. Хотя так и не могу до конца понять, действительно ли я хорошо пою или люди просто реагируют на знакомые мелодии.

+и: В определенный момент вы от поп-музыки практически отошли, не так ли?

- Тухманов: Это произошло в начале 1990-х годов. Во мне тогда началась внутренняя перестройка, не меньшая, чем чуть раньше наблюдалась в стране. Я вошел в другой возраст, прожил некоторые годы за границей, в иных условиях, у меня изменилась система ценностей и, в общем, я понял, что мне нужно найти себя в другом жанре. Учитывая, что у меня хорошее классическое образование и я понимаю что-то в серьезной музыке, я стал думать о переходе в область классики. Надо сказать, переход этот оказался длительным и непростым. Но я рад, что мне все-таки удалось его осуществить.

+и: В итоге вы написали оперу "Царица". Допускаю, что не все ваши коллеги по цеху отнеслись к ней позитивно. Давно известно, что многие "академисты" с предубеждением воспринимают тех композиторов, что однажды перешли в "стан попсы".

- Тухманов: Так оно и есть. Но я не хочу обращать на это внимание. Мне кажется, что в "Царице" я сделал то, что мне нужно было сделать. Хотелось вернуть оперу к тому статусу, в котором она пребывала в XVIII-XIX веках и который фактически утратила в XX веке. То есть вновь сделать ее жанром демократичным, доступным широкому кругу слушателей, а не элитарным, рассчитанным только на ценителей.

Ни с кем из оперной среды я своими мыслями не делился и "Царицу" не обсуждал. Можно сказать, что нахожусь с этой точки зрения в некоторой изоляции. Но я вижу, как зрители реагируют на мою оперу, и пока моя идея оправдывается. А критика - момент преходящий. Время рассудит, сможет ли это произведение стать репертуарным в каком-то театре или в нем не обнаружится достаточного запаса прочности. Если результат окажется положительным, я, возможно, продолжу двигаться в этом направлении.

+и: Композиторов, удачно работающих в поп-музыке, "серьезные" коллеги зачастую недолюбливают еще и за их финансовое преуспеяние. Мол, такие песенки сочинять - все равно что семечки щелкать, а денег за них платят много.

- Тухманов: Если бы это ремесло действительно было "щелканьем семечек", все бы так и поступали. Кому же не хочется регулярно сочинять популярные песни? Но почему-то так не случается. Создать мелодию и, как результат, получить хит - это удача. Должно сойтись многое - и образ исполнителя, и специфика времени... Чтобы написать такую песню, автору требуется все же какая-то энергетическая концентрация. В принципе, рождение хита - мистика, математически его появление ни один человек просчитать не в состоянии. Я даже в самые лучшие свои времена больше 2-3 хитов в год написать не мог. Но, с другой стороны, у кого-то получается 200 песен - и среди них ни одного хита...

К слову, особенное образование для сочинения хитов необязательно. Нужен определенный талант. Это в других музыкальных жанрах человек без специального образования работать не сможет. А в поп-музыке оно иногда даже мешает. Когда сочиняешь эстрадную мелодию, стараешься себя ограничивать, не применять в ней или в ее аранжировке какие-то элементы, для тебя самого, возможно, интересные, но лишние, нечитаемые для обычного слушателя.

+и: Продолжая тему материальной успешности наших композиторов, сразу вспоминаются Юрий Антонов или Евгений Мартынов. Об их обеспеченности в советские годы ходили легенды. Вы тоже из этой когорты?

- Тухманов: Думаю, да. Но в те времена и при наличии крупных денег купить можно было далеко не все. Например, квартиру, какую ты хочешь, и даже приличную машину раздобыть было сложно. Что касается кутежей и прочих излишеств, то я по складу характера никогда к ним склонен не был, так что ничего особенного вспомнить не смогу. Мне всегда хотелось жить комфортно, без проблем - и не более того. И какой-то необходимый уровень у меня был.

+и: В 1975 году вы создали фактически революционный по меркам советской эстрады альбом "По волне моей памяти". Когда вы только приступали к записи этой программы, уже понимали, что делаете нечто масштабное, или просто смотрели на эту затею как на любопытный проект?

- Тухманов: Я понимал неординарность этой работы и то, что она отличается от всего сделанного мною прежде. Не секрет, что идея диска принадлежала Татьяне Сашко - первой моей супруге. Она подбирала для него тексты.

У меня и раньше были попытки делать музыку на хорошие стихи. Например, в первом своем альбоме "Как прекрасен мир" я использовал стихи Семена Кирсанова и по сей день стараюсь бережно использовать в песнях хорошую литературную основу. Поэтому предложенная Татьяной идея мне импонировала. Но я полагал, что такая пластинка заинтересует сравнительно небольшую аудиторию, и вдруг она вызвала всесоюзный резонанс!

+и: Вы умышленно подбирали для пластинки "По волне моей памяти" исполнителей, прогрессивных по тем меркам, но не слишком известных, не эстрадных звезд?

- Тухманов: Да, я выбирал солистов совершенно свободно, поскольку не предполагал, что программа будет звучать по радио или ТВ. Сомневался даже, удастся ли вообще выпустить ее на диске.

+и: Как же вам тогда дали возможность с ней работать? У нас же, кроме "Мелодии", ничего не было. А там студийное время выделялось, кажется, только под пластинки, включенные в издательский план?

- Тухманов: На "Мелодии" я сначала самостоятельно, под фортепиано, сыграл и осторожно пропел эти песни на худсовете. Кто конкретно в него входил, сейчас не вспомню, но, в принципе, он формировался из музыкальных и литературных редакторов "Мелодии" и нескольких приглашенных более-менее заслуженных авторов.

+и: По идее, они должны были вас "утопить" с таким проектом?

- Тухманов: Ну, вот не утопили. Ко мне там относились хорошо. Конфликтов у меня ни с кем не было. Кроме того, может, они обманулись. Им показалось, что ничего предосудительного, прозападного, антисоветского в этих композициях нет, чем-то даже похоже на романсы, никакого протеста не высказывается. Поэтому программу приняли и дали под нее студийное время. А вот в студию, пока она записывалась, мы старались уже никого из "наблюдателей" не пускать. Чтобы они не видели и не слышали, что и как там на самом деле поют.

Когда запись была готова, опять появилась большая тревога, что пластинку все же "зарубят". Особенно из-за подбора исполнителей. Но как-то, еле-еле, она проскочила. Все-таки это был аудиоматериал, а не визуальный. Поэтому до внешнего облика артистов дело не дошло.

Зато через несколько лет после выхода "По волне моей памяти" я начал работать с Валерием Леонтьевым, и вот с ним-то были сплошные проблемы. Из телепрограмм его из-за "нестандартности" или, как сейчас говорят, "неформатности" поначалу постоянно вырезали.

+и: А вы никогда хотя бы легким фрондером и нонконформистом не были, ультиматумов в Союзе композиторов не ставили и т.п.?

- Тухманов: Нет. Я - прагматик. Мне всего лишь хотелось, чтобы мои проекты каким угодно образом, но реализовывались.

+и: Через семь лет после "По волне моей памяти" вы записали еще одну неожиданную пластинку - "НЛО" с группой "Москва". По сути, это была некая попытка советского арт-рока?

- Тухманов: Мне сейчас трудно вспомнить, что послужило толчком к ее созданию, но тот период прошел и у меня, как и у многих меломанов, под знаком арт-рока. Я слушал и Yes, и The Who, и, честно говоря, перед тем как мы стали делать программу с "Москвой", я предполагал, что у нас получится что-то близкое к арт-року. Но в процессе работы участники "Москвы" оказались гораздо настойчивее в своих собственных взглядах на вещи, чем исполнители на диске "По волне моей памяти". Поэтому саунд пластинки обуславливался возможностями и исполнительской манерой Николая Носкова, Алексея Белова. Я сохранил свою авторскую самостоятельность только в плане композиционных построений и мелодики. И у меня двойственное восприятие этой работы. Кстати, такого резонанса, какой вызвала программа "По волне моей памяти", диск "НЛО" не имел.

Позже из "Москвы" возник "Парк Горького". Возможно, это был и неплохой проект. Но я им, честно говоря, уже не очень интересовался. Я некоторое время решил вообще отдохнуть от всяких новаций и попытался сделать что-то простое и коммерческое.

+и: То есть взялись за группу "Электроклуб" с Ириной Аллегровой и Игорем Тальковым?

- Тухманов: Да. Мне хотелось нормально жить и работать. "Электроклуб" был сформировавшейся группой, я сделал для них концертную программу. Потом первый состав группы распался. Аллегрова и Тальков ушли, их заменили Виктор Салтыков и Александр Назаров, и "Электроклубу" понадобился более дэнсовый саунд. Я никогда не стеснялся писать такую развлекательную, танцевальную музыку. Мне казалось, людям это нужно, - так почему бы нет?

+и: Затем вы уехали из России. Не согласно ли афоризму "жизнь дается человеку один раз, и прожить ее нужно там"?

- Тухманов: Вы недалеки от истины. Эффект запертости ощущали все нормальные советские люди. И я запомнил, как трудно было отсюда выбраться. А если удавалось попасть в какую-то турпоездку, то она была столь "хорошо организована", под пристальным наблюдением известных товарищей, что так ты туристом и оставался. А мне интересно почувствовать атмосферу другой страны, пожить ее жизнью.

Когда я уезжал в Германию, то думал, что еду сравнительно ненадолго, полгода-год. Но прожил там по семейным причинам гораздо дольше. И сейчас, в силу аналогичных причин, я живу на два дома, в двух странах. Но сегодня для творческого человека уже не так важно, в каком месте ты физически находишься, - работа идет везде. И работаю я для России, весь круг моих творческих интересов сосредоточен здесь.

+и: Вы сталкивались с ироничными репликами по поводу того, что автор "Дня Победы" уехал в Германию?

- Тухманов: Это были броские журналистские заголовки. К сути дела они не относились. На своих творческих вечерах я этот факт не объяснял, поскольку объяснять - значит, оправдываться, а я от такой роли стараюсь уйти.

+и: Годы на Западе что-то поменяли для вас, как композитора? Скажем, приблизили к новым технологиям?

- Тухманов: Скажу так: я в новых технологиях, возможно, и не особо нуждаюсь. Для творчества мне хватает моих собственных ушей и прослушивания большого количества классической музыки. А вот в личностном плане и в плане внутренней оценочной шкалы этот период оставил во мне огромной след, позволил мне как-то созреть и развиться. Период жизни в других странах был для меня полезен и плодотворен. А сегодня я имею только одно желание - чтобы Всевышний был ко мне благосклонен и подольше сохранил здоровье и запас энергии для того, чтобы осуществить дальнейшие мои творческие планы.

+и: Упомяну, Давид Федорович, еще раз о "Дне Победы". Как же без него-то? Что вы чувствуете, когда слышите сейчас в различных исполнениях эту песню или когда ее называют едва ли не главной песней страны?

- Тухманов: А что бы вы делали на моем месте? Я должен каждое утро просыпаться и заниматься делами. Если постоянно размышлять о том, какой я молодец, что сочинил "альтернативный гимн страны" или ее "главную песню", это будет похоже на идиотизм...

Tags: #тухманов #волне #памяти #время #хотелось #нужно #работать #композиторов #оперу #пластинки #период #плане #сделать #своих #мелодии

Дополнительные фотографии