Автор: Андрей Пуминов [07.05.2010]

«За фильм «Москва...» мне достался «Оскар» за... $5»

+— Валентин Константинович, герои «Москва слезам не верит» носят имена ваших родственников. А характеры совпадают?

— У Катерины Тихомировой (имя и фамилия сестры моей матери), многие реплики моей жены, Гоша — это моя мечта и мои комплексы, каким я хотел бы, чтобы меня воспринимали женщины, и реплики мои, которые исполнил Баталов. Я хотел, чтобы мой сын Гоша был таким же. Думаю, что и Меньшов может сказать, что Гоша — это он, режиссер каждый фильм тоже снимает о себе. Вся проблема в том, кто первый сказал «а». А только личное во всех моих сценариях: так устроено воображение у писателя, у режиссера, у актера, у художника, у композитора. У всех творческих работников все происходит только через личные впечатления.

+— По телевизору в те годы церемонию «Оскар» не транслировали. Как вы узнали, что именно ваша картина о Кате получила статуэтку?

— Тогда я знал очень мало о значимости этой премии, в СССР говорили о других фестивалях — Каннском, Венецианском. Мы даже не интересовались результатами «Оскара». О нашей победе я услышал случайно. Что-то делал на кухне — и вдруг по радио передают, что фильм «Москва слезам не верит» получил в США престижную награду. Тогда я был счастлив, но даже не представлял, какую бешеную конкуренцию мы выдержали, поэтому спустя годы думаю, что нам всем повезло. Статуэтка, как уверяет Меньшов, стоит у него в кабинете. Раньше ведь как в СССР? Наградили создателей, а статуэтка стоит в здании Госкино или «Мосфильма». Вот он ее и забрал оттуда. Выходит, справедливость восторжествовала, пусть даже таким способом. У меня тоже есть статуэтка: я был в Америке, увидел в сувенирной лавке «Оскаров» по $5 — ну и не смог пройти мимо.

+— Работа над «Человек на своем месте» стала успешным дебютом для вас и Владимира Меньшова в кино, спустя годы вы снова вместе сняли «Москва...». Это судьба?

— Не знаю, но наша семья сыграла в жизни Володи большую роль. Он исполнил роли главных героев в фильмах по моим сценариям «Человек на своем месте» и «Собственное мнение». За фильм «Москва слезам не верит» получил «Оскар». Когда же моя жена Людмила Кожинова, доцент ВГИКа, проходила редакторскую стажировку на «Мосфильме», то, прочитав сценарий Лунгина «Розыгрыш», показала его Меньшову. Он, тогда уже популярный актер, получил постановку как режиссер. Так началась его режиссерская карьера. Притом он снял этот фильм очень хорошо, потому, когда я написал сценарий «Москва слезам не верит», моя жена настояла, чтобы режиссером стал именно Меньшов. И не ошиблась. Как сняли бы этот фильм другие режиссеры — неизвестно, потому что другим этот сценарий не предлагался.

+— Многие одногодки уже выпускались, когда вы в 26 лет поступили во ВГИК. Почему не сделали этого раньше?

— Наверное, я ждал, пока приобрету достаточно жизненного опыта. Я успел окончить фабрично-заводское училище, поработать на заводе, потом все бросил и решил, что пришло время осуществить мечту. Хотя писать сценарии мечтал с первого дня, как попал в кинотеатр. К нам в военный городок под Гродно, где мой отец был комиссаром 213 стрелкового полка, привезли фильм «Трактористы» Ивана Пырьева. Я был очарован, взволнован и поражен увиденным — мне тогда впервые захотелось создать своих героев для экрана. Первый сценарий я написал на первом курсе ВГИКа для документального фильма «Земля без бога». Это были мои впечатления о Колыме, куда я приехал после службы в армии в Приморье. Меня поразило, что на огромной территории Колымы и Чукотки в 1957 году не было ни одной церкви и даже часовни. Только через десять лет я написал первый сценарий для художественного кино.

+— В середине 1970-х на свет вышли одни из ваших первых работ как киносценариста «Любовь земная» и «Судьба» — и сразу с известным, матерым писателем Петром Проскуриным. Почему в титрах «Судьбы» уже нет вашей фамилии?

— Во-первых, не первые, а четвертая или пятая. С Проскуриным мы поругались, когда работали над «Судьбой». Я изменил некоторые линии персонажей в фильме, что, на мой взгляд, улучшило драматургию, но не смог убедить в этом автора романа. Вторую серию я написал тоже, но автор внес такие изменения, что это сильно ухудшило восприятие всей дилогии, и я в знак протеста снял фамилию с титров второй серии, хотя деньги за написание получил полностью. В результате Проскурин получил госпремию, а я нет. Хотя справедливость есть — свою госпремию я заполучил спустя два года за «Вкус хлеба». Так что в природе все закономерно.

+— За сценарий к фильму «Свои» вам дали «Золотого орла» и «Нику». Его называли патриотическим. А сами как оцениваете эту работу?

— Фильм «Свои», который снял режиссер Дима Месхиев, считаю одним из лучших в своей кинобиографии. Лента правдивая и поэтому патриотичная, но это не квасной патриотизм. Эта тема мне близка: по сценарию действие развивается в Псковской области, там же проходили и съемки, а это моя Родина, оказалось, что и родина режиссера Месхиева. Он все свое детство провел на Псковщине у бабушки, поэтому смог научить актеров псковскому говору, который отличается от московского. Кстати, Богдану Ступке на 100% удалось освоить псковский говор, будто он там всю жизнь прожил.

+— Вы часто повторяете, что сценарии может научиться писать каждый. Что же нужно для этого, просто сесть и писать?

— Не совсем так. Каждого можно научить писать киносценарии, как каждого можно научить водить автомобиль. Но когда я сажусь в автомобиль, который ведет другой водитель, я через несколько секунд понимаю, что у него больше таланта к вождению, чем у меня. Это горько осознавать, но такова реальность. Так и среди сценаристов: все могут написать, но не у всех хватает той самой малости, которая называется божьим даром. Это относится к любой профессии. Технологии можно научить, но дар — или он есть, или его нет.

Tags: #фильм #москва #сценарий #получил #слезам #верит #написал #писать #научить #оскар #меньшов #режиссер #первый #поэтому #спустя

Дополнительные фотографии