Надоели слухи,что я – сумасшедшая…

Сделать это мы решили как раз вовремя: актриса на днях выписалась из больницы, где провела в реанимации целых четыре месяца! Она попала туда с тяжелой болезнью сердца – мерцательной аритмией – еще в апреле. У актрисы сжались сосуды головного мозга, произошел обморок. Хорошо, что, почувствовав себя плохо, успела вызвать скорую. Врачи уже знают дорогу к этому дому. По словам соседей, неотложка для Самойловой тут бывает очень часто… Но сейчас актрису выписали, и она чувствует себя относительно неплохо. Поднявшись в квартиру звезды, мы поняли, что разговоры о ее нищете сильно преувеличены. Комнаты ухоженные, хорошая мебель. Она живет не роскошно, но достойно. В такую жару актриса предложила нам самое лучшее – холодный нарзан. И мы сели поговорить на кухне…

+– Татьяна Евгеньевна, как же вы живете одна? Вам не страшно?

– Нет, что вы! Мне не страшно совсем. Да я и не одна. Есть у меня замечательные друзья, которые обо мне заботятся. Которые так добры, что приходят ко мне. И я могу к ним прийти и сказать: я хочу то-то и то-то. Или, например, бесплатно поесть, как я это сделала сегодня в грузинском ресторане недалеко от дома.

+– Как же вы выходите на улицу одна в такую жару? Тем более что у вас астма…

– А что же мне делать? Так вот и выхожу. После больницы у меня накопилось много дел. Нужно было заплатить за квартиру, кое-что купить. Денег, правда, не хватает. Из больницы я вышла совершенно пустая, потому что все это время сильно тратилась на лекарства. Лежать там я могла по полису, но за лекарства нужно было платить. Поэтому меня дольше и не стали держать, за все нужно платить.

+– Как же вы живете на пенсию?

– Пенсия… Об этом даже говорить не хочется. Это не пенсия, а издевательство, ее можно выкинуть. Если б мне не помогали, не выжила бы… А теперь я буду работать. Я договорилась с нужными людьми, они будут организовывать встречи со зрителями. Этого очень давно не было. Но теперь выход один – работать, чтобы как-то поправить финансовое положение. Эту будут встречи в память о людях, которых уже нет.

+– Вас не раздражают постоянные разговоры о том, что вы умираете в нищете и болезнях?

– Мне это надоело! Хватит меня оплакивать! Я никакая не нищая, живу не хуже других. Болезни, конечно, есть. И сердце, и астма… Вчера вот упала сильно (актриса показывает огромную гематому на руке. – Авт.). Ну что теперь делать. Это есть у всех в моем возрасте, и жаловаться я не хочу. Поэтому не люблю, когда в больницу приходят журналисты и фотографируют, как я хожу с палкой. С палкой ходила, потому что врачи боялись, что могу упасть и что-нибудь себе сломать. И вот они меня снимают с этой палкой, а потом пишут, что я умираю. Разве это может быть приятно? Это просто хамство! Настоящее хамство. Или разговоры о том, что я сошла с ума… Это неправда. Просто у меня нарушено кровообращение сосудов головного мозга, и иногда я теряюсь. Да, это бывает. Но я помню, кто я, где я.

+– А не так давно прошла информация, что вы вообще пытались покончить с собой…

– Это ужасно! После выхода этой заметки мне стали звонить знакомые, друзья и спрашивать, что случилось. Мне приходилось оправдываться, что никакого самоубийства не было. А у меня просто был приступ астмы, и пришлось вызывать скорую.

+– Еще постоянно пишут, что вас бросил сын, который живет в Америке.

– С сыном все в порядке. Он стабильно приезжает ко мне раз в два года. Он там работает, у него есть жена и ребенок. Внучке Танечке пять лет, в школу скоро пойдет. Я всегда прошу, чтобы приезжал с внучкой, очень ее люблю… Почему же бросил? Просто не может часто ездить.

Как и любой актрисе, Самойловой хочется оставаться для своего зрителя молодой. Широко известен факт, что в мае этого года Татьяна Евгеньевна отметила 76-летие, но она утверждает, что ей шестьдесят девять. Что ж, это ее право. Тем более что выглядит она хорошо. А большие фотографии из фильмов «Анна Каренина» и «Летят журавли», висящие на стенах, напоминают о том, что когда-то она была просто первой красавицей в стране.

– Когда я была молодой, конечно, следила за собой. Даже притом что у нас не было больших средств, возможностей покупать наряды, сильно краситься было не принято, я ухитрялась. Каждый день завивалась на бигуди, делала свежую, модную прическу…

+– У вас нет обиды, что вас помнят в основном по фильму «Летят журавли» и ничего более сильного, в сущности, не случилось?

– Какие обиды. Я и сама люблю этот фильм больше всех, люблю Веронику. После выхода фильма эта героиня была очень популярна. Девушки старались быть похожими на нее, краситься так же, делать такую же прическу. И я отдала своей Веронике четыре года, ездила по стране, встречалась со зрителями.

И я всегда оправдывала ее поступки. Хоть она и изменила своему жениху, я всегда говорила, что Вероника – великая женщина!.. А ведь ее могла сыграть совсем другая актриса, Елена Добронравова. За ее кандидатуру был автор сценария Виктор Розов. Но думаю, что эта актриса не передала бы состояние Вероники. Я все-таки немного помню войну, хоть и была маленькой. И голод помню, и болезни, и этот страх, когда идет бомбежка… На долю нашего поколения много выпало.

+– Чем вы занимались в годы забвения? Ведь после «Журавлей» и «Анны Карениной» совсем ничего не было…

– Я никуда не пропадала. Просто не было достойных предложений в кино. Поэтому я уехала из Москвы и гастролировала по Сибири. Встречалась со зрителями в Туве, Хакасии, Монголии. Читала со сцены классику. Ездила по воинским частям, делила с ними их простой быт… Конечно, я все время думала: а как же кино? Почему нет предложений, что же делать? Но такие вещи происходят со многими актерами.

+– Вы довольно поздно родили сына. Ради него тоже пришлось многим жертвовать?

– Конечно. Рождение сына для меня стало самым большим событием в жизни, самой большой радостью. Не было мысли выбирать между карьерой и домом. Я выбрала дом и занималась Митей сама. Гуляла с ним, читала книжки, воспитывала как могла. А работала в это время в театре. Я сотни раз сыграла Екатерину в «Грозе» и Таню в известной тогда пьесе Арбузова «Таня».

+– И об уходе из кино не жалели?

– Конечно, жалела и переживала. Но не было другого выбора. Так получилось.

+– Татьяна Евгеньевна, вы не боитесь одиночества?

– Одиночество не толкает меня к тому, чтобы принимать знаки внимания чужих людей, расписываться на открытках, разговаривать с незнакомыми на улицах. Я этого никогда не любила. И еще мне очень горько слушать о том, что кто-то из актеров болеет. Вот сейчас прочитала о том, что Алеша Баталов лежал в больнице. Да, я знаю, что он слепнет и глохнет, у него туберкулез глаз, но слушать об этом не хочется… И самой не хочется рассказывать о своих болезнях.

+– С кем-нибудь из старой гвардии общаетесь?

– Почти ни с кем не общаюсь. Сейчас такая жизнь тяжелая, каждый с собой наедине. Но я ни о чем не жалею. Даже о том, что в свое время рассталась с Васей Лановым. Неправда, что я об этом жалею. Жалею, что не родила от него, что не воспитала побольше детей. Но отношения у нас не были такими глубокими. И я, и он в то время редко виделись, ездили по съемкам и были увлечены кино.

+– А Лановой хотел детей?

– Да, хотел. И уговаривал меня оставить беременность. Но, во-первых, жить было негде, во-вторых, я была очень больна и у меня не было сил. Еще на съемках «Журавлей» я заболела туберкулезом и жила только на уколах, их было огромное количество. Мне делали операцию на легком.

+– Вы чувствуете себя защищенной в сегодняшней жизни?

– Мне, слава Богу, хватает ума, чтобы позаботиться о себе. Но в наше время очень много появилось мошенников, людей, которые хотят обмануть пенсионеров. Когда в газетах написали, что я болею астмой, сразу же начались какие-то звонки, мне стали предлагать «чудо-лекарство», которое сразу вылечит. Мне такие услуги не нужны. Лекарства я покупаю в аптеках.

пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ

Татьяна Самойлова - пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ

пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅ