Автор: Андрей Пуминов [23.01.2011]

Когда протрезвел, хотел умереть

Боюсь ножа хирурга

+– Режиссеры говорят, что ты – единственный актер в Голливуде, который не боится стареть.

– Ну, не думаю, что такой уж единственный. Но да, у меня такая позиция: не стоит бояться того, что неизбежно. Я старею – и ничего поделать с этим не могу.

+– Можно, например, немного подправить себя с помощью скальпеля.

– Мне – ложиться под нож пластического хирурга? Это было бы совершенной нелепицей. К тому же это должно быть очень больно, как мне представляется. Все эти отеки и проблемы после, которые показывают в документальных фильмах о жертвах пластики… Старость – процесс необратимый. Так и зачем с этим что-то делать? Все равно настигнет, как бы ты от нее ни пытался укрыться.

+– После перерыва ты вновь вернулся на экран, сыграв роль в фильме Джоди Фостер. Кем все-таки больше чувствуешь себя – режиссером или актером?

– Я не могу точно сказать, все зависит от конкретной ситуации конечно же. Но одно совершенно ясно – я люблю сниматься, а не снимать, хотя бы потому, что быть актером намного проще (смеется). А если серьезно, мы всегда возвращаемся к своей первой любви, и актерство для меня – именно такая страсть. Признаюсь, что я уже немного устал от режиссуры, иногда хочется расслабиться и просто получить удовольствие.

Меня выбрали козлом отпущения

+– Все последнее время СМИ не были с тобой любезны.

– Это тот период, когда меня сделали козлом отпущения, что меня совсем не беспокоило. Ничего с этим не поделаешь – точно так же, как и со старостью. Данность, только и всего. Вот что меня вгоняло в тоску, так это наблюдения за тем, как сочинялись и фабриковались вымыслы обо мне. Пугает, что люди, которые это делали, видимо, врут и в том случае, когда речь идет о более серьезных вещах. Вот что страшно. Ты знаешь, что может вселить ужас в человека?

+– Говорить на публике?

– Нет. Публичное унижение. Вроде того, что случилось с Тайгером Вудсом (многочисленные случаи измен гольфиста были вынесены на широкое обсуждение и в конечном счете привели к разводу спортсмена с манекенщицей и матерью его детей Элин Нордегрен. – Ред.). Мы отправляем тысячи молодых солдат в Афганистан, но не говорим в прессе практически ни о чем, кроме как о проблемах известных пар. Скажу тебе: мир прячется за кулисы.

+– Возможно. Однако это не делает тебя правым с твоими антисемитскими заявлениями…

– Они очень сильно преувеличены. К тому же когда я говорил эти вещи задержавшему меня полицейскому, я был абсолютно, в доску пьян. Израильские войска в тот день вторглись на территорию Ливана… Но когда я протрезвел, честно – хотел умереть. Только сам у себя просил прощения три раза… Дерьмо, это было более четырех лет назад!.. Если я напугал кого-то или оскорбил, действительно сильно об этом сожалею. Это чистая правда. Я не какой-нибудь монстр.

От смерти ничто не спасет

+– Было время, когда ты нанимал себе телохранителей.

– Да, но это осталось в прошлом. Со временем понимаешь, что некоторые вещи излишни. Иногда они нужны из-за статуса, но лично мне сейчас подобное совершенно ни к чему. В любом случае, когда настанет твой час смерти, ничто тебя не спасет.

+– Ты боишься смерти?

– Как и все. Но если кто-нибудь нападет на меня у меня дома, я сумею защитить самого себя и всех, кто мне дорог. Уж поверь моему слову.

+– Ты так уверен, потому что у тебя есть оружие?

– Конечно. В наши дни без него никак – честному человеку лучше быть вооруженным. Быть может, это не всем понравится, но факт в том, что я не собираюсь допускать, чтобы какие-то жлобы избивали меня у меня же дома, – рассказал Entrevue Мел Гибсон. – Это категорически исключено. Я не побоюсь взять в руки кувалду или вытащить мой револьвер – в конце концов, именно для таких случаев он у меня и есть.

Tags: #смерти #протрезвел #хотел #умереть #хирурга #единственный #такая #немного #очень #которые #актером #точно #конечно #совершенно #именно

Дополнительные фотографии