Закон 15-го года. Критика действий императора приравнивается к оскорблению величия римского народа.

Я сочувствую таким женщинам — ждать героя, дождаться лакея.

Ничто так быстро не приедается, как плотское, — и это лучший показатель его ничтожества.

Есть же такие минуты, когда выход из тупика и есть выбор смерти.

Любой балаган забавнее всей классической литературы.

Что происходит с идеей, когда она становится действительностью?

Жертв никто не приносит сам, а его вынуждают к ним, — а он либо идёт на них, либо нет.

Жизнь прекрасна, вот существование часто невыносимо...

Существуют же такие странные, ничем не управляемые вещи, как мечты, фантазии и просто своё видение мира...

Для некоторых — не парк культуры и отдыха, а парк отдыха от культуры...

Вот правильно мой дед говорил: с учёными говорить — это надо язык сперва наварить.

Дай этой стерве волю, так она всю страну запишет во вредители...

Главное свойство любого деспота, очевидно, и есть его страшная близорукость. Неисторичность его сознания, что ли? Он весь тютелька в тютельку умещается в рамку своей жизни. Видеть дальше своей могилы

И человеческие и звериные репутации одинаково неустойчивы.

Есть не один десяток тысяч таких, для которых крик "Бей предателя!" убедительнее всех статей на свете о праве и справедливости.

Самое страшное свойство победителей - это что у них отличная память!

...с совестью разговор ведь короткий: она не спорит, она попросту спрашивает...

Когда у человека нет дел, он разводит кляузы.

Что происходит с идеей, когда она становится действительностью?

Хозяин должен требовать. А иначе и дела не будет. Разве мы доброе слово понимаем?

Беда, когда бессилье начнёт показывать силу.

Всех не пережалеешь.

Надо соображать, а не воображать!

Настоящая сила добра уж потому, что устойчива.

Став Великими, империи почему-то всегда начинают голодать.

Не вспоминать, а именно помнить. Ах, какое это великое дело, брат, чтоб тебя помнили!

Но что для человека лучше, а что хуже - только он один и знает. Никто другой ему тут не указчик.

...подлецы никогда не делают ничего сами; для этого у них есть честные люди, которым стоит только шепнуть словечко и всё будет обделано за два-три часа в лучшем виде.

Совесть-то совестью, конечно, но у каждого есть своя собственная модель, и он в неё верит свято. В особенности если он негодяй!