Каковы бы ни были внешние цели государства, оно поступит крайне неполитично, если не будет поддерживать в армии мысли о лежащей перед ней великой задаче и склонности к обширным проектам. В противном с

Ясно одно: в этой [Второй мировой] войне Франция поставила на карту свое существование как нация, физическую и духовную судьбу будущих поколений французов и партию выиграла.

Какими бы помыслами люди ни руководились, каждому воздается по его делам.

Я, как никогда, был исполнен решимости добиться того, чтобы французская армия могла отвоевать свою долю победы [над фашистской Германией и ее союзниками] и таким образом вновь открыть французской наци

Какими бы ни были опасности, кризисы, драмы, мы преодолеваем их, несмотря ни на что, и всегда знаем, куда идти дальше. Ведь мы идем, даже когда умираем, к Жизни.

Какая же власть установится завтра в Париже? И что сделает эта власть? Вот животрепещущие вопросы, которые горячо волную все умы.

Какая беспокойная у немцев душа! Она все время вибрирует от своей безудержной любви к порядку.

Как я хотел вселить в души людей ту убежденность, которая двигала мною!

Я выслушал твою точку зрения. Она не соответствует моей. Решение принимается анонимно.

Я ясно отдаю себе отчет в препятствиях, стоящих на моем пути.

Как это водится обычно, буря скоро улеглась.

Я являюсь носителем законности. И в качестве такового могу призвать народ к войне и к единению, установить порядок, закон, справедливость, потребовать, чтобы за границей уважали права Франции. Здесь я

Как целая фабрика может оказаться парализованной из-за разрыва какого-нибудь ремня, так замолкают и батареи, если разбит их наблюдательный пункт.

Как хороша была бы Франция без французов.

Я чувствую, что право и обязанность обеспечить национальные интересы Франции неотделимы от моего собственного существования.

Как утомляют люди, когда видишь вблизи их честолюбие и интриги, и как они хороши в борьбе за великое дело!

Я чувствую, что во мне теперь живут два человека. Один верит в государство, во Францию, в свои собственные возможности выступить с призывом к французам, чтобы они еще раз избежали катастрофы. Второй с

Я чувствую себя орудием, избранным судьбой.

Как только французы будут освобождены из-под вражеского гнета, им должны быть возвращены все их внутренние демократические свободы. После того как враг [фашистская Германия] будет изгнан из Франции, в

Я чувствую себя неплохо, но уверяю вас, в один прекрасный день я все-таки умру.

Как счастливы полководцы, когда они чувствуют, что их ждет победа!

Как солидарность, так и дисциплина носят у нас [французов] характер порывистости, сдержанности и неустойчивости, благодаря чему и наши действия сообща отличаются неровностью и неслаженностью.

Я хочу, чтобы меня похоронили в Коломбэ-ле-дёз-Эглиз, рядом с моей дочерью Анной, там, где однажды будет похоронена и моя жена. Надпись: Шарль де Голль (1890-…). И ничего другого. Я не хочу национальн

Я хочу, чтобы и у меня появилась семья и чтобы я смог в безмятежности глубокой, освященной Богом любви дать другому человеку все счастье, которое способен дать мужчина.

Как скупой, так и расточитель не любят платить по счетам.

Я хочу, чтобы Европа была европейской, то есть - не американской.

Как описать то, что я перечувствовал однажды вечером, когда Сермуа-Симон, только что прибывший из Франции, где он вскоре после этого погиб, привез мне последние слова молодых борцов Сопротивления, при

Я хотел, чтобы Франция сохранила собственное лицо, не растворяясь в хитрых наднациональных постройках, ибо ей пришлось бы тогда отказаться от своей обороны, своей политики, своей судьбы в пользу атлан

Как ни низки были сгустившиеся надо мной тучи, по едва уловимым изменениям в настроении обеспокоенных умов я чувствовал, что победа будет на моей стороне. Так и случилось.