"Знаете ли вы, что такое коалиция? - сказал мне однажды Черчилль. - Так вот! Коалиция - это английский кабинет".

Какой бы тяжелой и продолжительной ни была [Вторая мировая] война, она должна привести к установлению определенного порядка во Франции и во всем мире.

"Героическая оборона французов!" - "Блестящий подвиг"! - "Немцы разбиты под Бир-Хакеймом!" - во весь голос трубят информационные агентства Лондона, Нью-Йорка, Монреаля, Каира, Рио-де-Жанейро, Бу

"Война выиграна! Победа одержана! Это победа Объединенных наций, и это победа Франции!" - объявил я по радио 8 мая [1945] в три часа пополудни… Миссия, на которую меня подвигло отчаянное положение Р

"Война - это ужасная и захватывающая драма", - говорил Клаузевиц. Как это верно по отношению к нынешней [Второй мировой] войне, в которой на карту поставлены не только величие каждого государства, н

Указывая пальцем на одного из своих помощников, Сталин сказал: "Вот он! Начальник тыла. Его задача доставлять на фронт технику и людей. Пусть постарается как надо! А то повесим, как это у нас в стране

Стоя один перед лицом России, Сталин видел ее загадочной, более сильной и более вечной, чем ее рисовали все теории и политические доктрины. По-своему он любил ее. Она же приняла его как царя и подчини

Познать обстоятельства, приспособиться к ним, использовать их - вот была основа концепции Наполеона.

В течение приблизительно пятнадцати часов, что длились в общей сложности мои переговоры со Сталиным, я понял суть его своеобразной политики, крупномасштабной и скрытной одновременно. Коммунист, одетый

Англосаксы вообще и американцы в особенности хотят, конечно, выиграть [Вторую мировую] войну, но не собираются вести ее по-настоящему, то есть подвергать себя всем тем опасностям и риску, которые она

Чтобы добиться максимально возможного результата, к чему мы все стремимся, необходимо выполнить три основных условия. Необходимо прежде всего, чтобы повсюду строго соблюдалось единоначалие. Команди

Париж! Поруганный, израненный, многострадальный, но свободный Париж! Париж, сам завоевавший свою свободу, Париж, освобожденный своим собственным народом при поддержке французских армий, при поддержке

Нужно было добиться, чтобы в войне [против фашистской Германии и ее союзников] приняли участие не только отдельные французы, но и вся Франция. Это предполагало: возвращение наших армий на поля битв, в

Да, наш народ объединился. Он сделал это прежде всего в интересах продолжения войны [против фашистской Германии и ее союзников]. Конечно, мы пошатнулись под мощным напором немецкой техники, плохо подг

Вспомните поэта, который обращается к поселянину, подымающемуся по обрывистому склону: "- Житель равнины, зачем взбираешься ты на этот холм? - Чтобы лучше обозреть равнину. Я увидел равнину лишь

17 июня 1940 в Бордо перестало существовать последнее законное правительство Франции. Среди всеобщей паники клика пораженцев и предателей захватила путем заговора власть в свои руки. Кучка обанкротивш

Франция проиграла сражение, но она не проиграла войну! Ничего не потеряно, потому что эта война - мировая. Настанет день, когда Франция вернёт свободу и величие. Вот почему я обращаюсь ко всем француз

Только мы способны сказать «нет» американскому протекторату. Ни немцы, ни итальянцы, ни бельгийцы, ни голландцы не скажут «нет». Лишь мы одни можем это сделать, и в этом наш долг.

Люди, в сущности, могут обойтись без управления не больше, чем без еды, питья и сна. Эти политические животные нуждаются в организации, то есть в порядке и вождях.

Можете быть уверены, что американцы совершат все глупости, которые смогут придумать, плюс ещё несколько таких, какие и вообразить невозможно.

Встреча с толпой журналистов - одно удовольствие. С небольшим количеством - маленькая неприятность. С одним - это казнь.

Глубинной побудительной причиной активности лучших и самых сильных людей является желание приобрести власть.

Трудность привлекает человека с сильным характером, ибо преодолевая их - он познает себя.

Соединенные Штаты вносят в великие дела элементарные чувства и сложную политику.

Что касается власти - я не могу оставлять вещи, прежде чем они оставят меня.

Всегда выбирайте самый трудный путь - там вы не встретите конкурентов.

Жизнь не является работой: безастоновочноя работа может свести с ума.

Я - человек, который не принадлежит никому и кто принадлежит всем.

Я уважаю лишь тех, кто со мной борется, но я не намерен их терпеть.