Чем более коррумпировано государство - тем многочисленнее законы.

Для уничтожения государства на первый план выдвигают свободу, а в случае успеха, набрасываются, в свою очередь и на неё.

Обречённые льстить, они никогда не кажутся властителям в достаточной мере рабами, а нам - достаточно независимыми.

Деяния властителей, покуда они всесильны, излагаются лживо из страха перед ними, а когда они уходят - под воздействием оставленной ими по себе ещё свежей ненависти.

Большие события всегда остаются загадочными, ибо одни, что бы им ни довелось слышать, принимают это за достоверное, тогда как другие считают истину вымыслом, а потомство ещё больше преувеличивает и то

Люди уходят, примеры остаются.

У победителей никто объяснений не требует.

Погибнут оба - один оттого, что проиграл войну, другой - оттого, что её выиграл.

Создав пустыню, они говорят, что принесли мир.

Не всегда молва заблуждается, порой и она делает правильный выбор.

Толпе свойственно приписывать всякую случайность чьей-либо вине.

Боязнь и устрашение - слабые скрепы любви: устранить их - и те, кто перестанет бояться, начнут ненавидеть.

Во время смут и беспорядков чем хуже человек, тем легче ему взять верх; править же в мирное время способны лишь люди честные и порядочные.

Жажда господства берёт верх над всеми остальными страстями.

Если историк льстит, чтобы преуспеть, то лесть его противна каждому, к наветам же и клевете все прислушиваются охотно; оно и понятно: льстец мерзок и подобен рабу, тогда как коварство выступает под ли

Мало не быть больным; я хочу, чтобы человек был смел, полнокровен, бодр; и в ком хвалят только его здоровье, тому рукой подать до болезни.

Женщинам приличествует оплакивать, мужчинам - помнить.

Плохим императорам нравится неограниченная власть, хорошим - умеренная свобода.

Во время гражданской войны солдатам позволено больше, чем полководцам.

Лучших вела любовь к отечеству, многих подталкивала надежда пограбить, иные рассчитывали поправить расстроенное состояние. И хорошие люди, и дурные - по разным причинам, но с равным пылом - жаждали во

Преступно захваченную власть не удержать, внезапно вернувшись к умеренности и древней суровости нравов.

О междоусобной войне: Победитель всегда будет хуже побеждённого.

Великое и яркое красноречие - дитя своеволия, которое неразумные называют свободой; оно неизменно сопутствует мятежам, подстрекает предающийся буйству народ, безрассудно, самоуверенно; в благоустроенн

Одни и те же люди любят безделье и ненавидят покой.

Подлость - более короткий путь к должностям, которые даются обычно в награду за доблесть.

Вражда между близкими бывает особенна непримирима.

Не во власти людей потерять память.

Жажда славы - последняя, от которой отрешаются мудрецы.

От презрения к честному имени рождается презрение к добродетели.