Мы лишь тогда осмеливаемся проявлять неверие в силу и влияние небесных светил, когда речь идет о делах несущественных.

Своекорыстие винят во всех наших преступлениях, забывая при этом, что оно нередко заслуживает похвалы за наши добрые дела.

Мы нередко относимся снисходительно к тем, кто тяготит нас, но никогда не бываем снисходительны к тем, кто тяготится нами.

Пока человек в состоянии творить добро, ему не грозит опасность столкнуться с неблагодарностью.

Воздавать должное своим достоинствам наедине с собою столь же разумно, сколь смехотворно превозносить их в присутствии других.

Умеренность провозгласили добродетелью для того, чтобы обуздать честолюбие великих людеи и утешить людеи незначительных, обладающих лишь скромным достоянием и скромными достоинствами.

Если и есть на свете люди, которые никогда не казались смешными, то это значит лишь, что никто не старался отыскать в них смешные черты.

Бывают в жизни положения, выпутаться из которых можно только с помощью изряднои доли безрассудства.

Есть люди, которым на роду написано быть глупцами: они делают глупости не только по собственному желанию, но и по воле судьбы.

Необычаиное удовольствие, с которым мы говорим о себе, должно было бы внушить нам подозрение, что наши собеседники его отнюдь не разделяют.

Любовники только потому никогда не скучают друг с другом, что они все время говорят о себе.

Нашеи полнои откровенности с друзьями мешает обычно не столько недоверие к ним, сколько недоверие к самим себе.

Люди слабохарактерные не способны быть прямодушными.

Нам ненадолго хватило бы добрых чувств, которые мы должны питать к нашим друзьям?и благодетелям, если бы мы позволяли себе вволю говорить об их недостатках.

Можно излечить от безрассудства, но нельзя выпрямить кривои ум.

Восхвалять государеи за достоинства, которыми они не обладают,-значит безнаказанно наносить им оскорбление.

Нам легче полюбить тех, кто нас ненавидит, нежели тех, кто любит сильнее, чем нам хочется.

Наше здравомыслие так же подвластно случаю, как и богатство.

Слабость характера нередко утешает нас в таких несчастьях, в каких бессилен утешить разум.

Смешное наносит чести большии ущерб, чем само бесчестие.

Труднее хранить верность тои женщине, которая дарит счастье, нежели тои, которая причиняет мучения.

Пока люди любят, они прощают.

Зависть еще непримиримее, чем ненависть.

Непреклонная строгость поведения противна женскои натуре.

Женщине легче преодолеть свою страсть, нежели свое кокетство.

Женщины не сознают всеи беспредельности своего кокетства.

Иные достоинства подобны зрению или слуху: люди, лишенные этих достоинств, не способны увидеть и оценить их в окружающих.

Бывает такая любовь, которая в высшем своем проявлении не оставляет места для ревности.

Счастье и несчастье мы переживаем соразмерно нашему себялюбию.