Довольно много людей, презирающих богатство, но мало отдающих его.

Гордость свойственна всем людям; разница лишь в том, как и когда они её проявляют.

Каждый смотрит на свой долг, как на докучливого повелителя, от которого ему хотелось бы избавиться.

За отвращением ко лжи нередко кроется затаённое желание придать вес нашим утверждениям и внушить благоговейное доверие к нашим словам.

Ласковость проистекает чаще из тщеславного ума, который ищет хвалителей, нежели из чистого сердца.

Радости и несчастья, которые мы испытываем, зависят не от размеров случившегося, а от нашей чувствительности.

Мы все имеем достаточно силы, чтобы переносить чужое несчастье.

Когда великие люди наконец сгибаются под тяжестью длительных невзгод, они этим показывают, что прежде их поддерживала не столько сила духа, сколько сила честолюбия, и что герои отличаются от обыкновен

Слава великих людей всегда должна измеряться способами, какими она была достигнута.

Всё, что посылает нам судьба, мы оцениваем в зависимости от расположения духа.

Высокомерие - это, в сущности, та же гордыня, во всеуслышанье заявляющая о своём присутствии.

Удивление намечает предел наших познаний и доказывает часто не столько совершенство вещей, сколько несовершенство нашего ума.

Судьбу считают слепой главным образом те, кому она не дарует удачи.

Только у великих людей бывают великие пороки.

Величавость - это непостижимое свойство тела, изобретённое для того, чтобы скрыть недостаток ума.

Пороки входят в состав добродетелей, как яды входят в состав лекарств.

Благоприличие - наименее важный долг, а соблюдается строже всех других.

Увы, нам дают советы, но только не дают разума ими пользоваться.

Мудрость для души то же, что здоровье для тела.

Благодарность - просто тайная надежда на дальнейшее одобрение.

Бессилие есть единственный недостаток, который невозможно исправить.

Зависть более непримирима, нежели ненависть.

Насмешка бесчестит более бесчестия.

Презренен лишь тот, кто того страшится.

Восхвалять государей за добродетели, которых у них нет, - безнаказанно их оскорблять.

Люди слабые не могут быть искренни.

Отчего нам хватает памяти, чтобы в мельчайших деталях удержать происшествия, с нами случившиеся, и её же оказывается недостаточно, чтобы запомнить, в который раз мы их рассказываем одному и тому же че

Есть люди, призванные быть глупцами, которые творят глупости не только по собственному желанию, но и по велению судьбы.

С какими бы похвалами о нас ни отзывались, мы не находим в них ничего нового.