Само по себе ничто не честно и не бесчестно, справедливо или несправедливо, приятно или тягостно, хорошо или плохо. Лишь мнение придаёт вещам их качества, подобно тому, как соль придаёт вкус блюдам.

Богатых приходится жалеть: блага жизни их только окружают, но не затрагивают глубоко, - внутри себя они бедны и наги.

Всё проходит, но жизнь бессмертна. Её-то и следует любить в её бесконечно обновляющихся образах.

Быть добродетельным и добронравным, это значит узко понимать моральные обязательства и судить человеческие поступки не по их естественным следствиям, а согласно отвлечённым принципам.

Наш ум устроен так, что ничто обычное и ежедневное его не смущает и не задевает. От частого употребления, если можно так выразиться, изнашиваются и негодование, и восхищение.

Люди никогда не бывают естественными. Они говорят что-либо не потому, что думают это. Люди говорят лишь то, что, по их мнению, следует в данный момент сказать.

Учитесь терпеть и будьте кротки. Кто терпелив, тот страдает меньше.

Старые предрассудки менее пагубны, чем новые: обветшав, они сгладились и стали почти безвредными.

Люди питают уважение к смерти; считая смерть достойной уважения, каждый обеспечивает уважение к самому себе, хотя бы на этот случай.

Читатель не любит неожиданностей. В истории он ищет лишь давно знакомых ему глупостей. Если вы попытаетесь его научить, вы тем самым лишь унизите и рассердите его. Не пытайтесь просвещать читателя - о

Законы хороши или плохи не столько сами по себе, сколько в зависимости от способа их применения. То или иное крайне несправедливое постановление не приносит зла, если судья не проводит его в жизнь. Нр

Прославленные люди, которые якобы управляли миром, сами были всего лишь жалкой игрушкой в руках природы и случая. Они не возвышались над человеческой глупостью и, по сути говоря, были всего лишь блист

Самое лучшее в жизни - это порождаемое ею представление о чём-то таком, что уже не она. Реальность помогает нам с грехом пополам создавать кусочек идеала. В этом самая главная её ценность.

Не разум пагубен для человека, а ошибки разума.

Когда нации угрожают пушки неприятеля и кинжалы изменников, милосердие - тягчайшее преступление.

Люди единодушно принимают на веру всё, что потакает их тщеславию и отвечает их чаяниям, - всякую утешительную идею, и им нет дела, обоснована она или нет.

Когда дорога усеяна цветами, не спрашивайте, куда она ведёт. Всякий конец скрыт от человека. Никто не знает истинного пути. Вот почему я предпочитаю дорогу, вдоль которой кудрявые вязы поднимаются к с

Почтенными людьми называют тех, кто ничем не выделяется.

Для излечения нации после проигранного сражения достаточно немного ума, гибкости и политического смысла. Первое средство - извлечь из поражения всю военную славу, которую оно может дать. При правильно

Прекрасно только то, что нетрудно понять.

Старые ошибки не столь досаждают, как новые, и если уж нам суждены заблуждения, то уж лучше держаться тех, что стёрлись от времени.

Самые невероятные, нелепые доводы почти не вызывают возражений: они попросту сбивают противника с толку.

Природа не знает нравственных принципов. Она не даёт нам никаких оснований считать, что человеческая жизнь достойна уважения, не делает разницы между добром и злом.

В исторических сочинениях мало правды, и не вызывают споров только те факты, которые известны нам из одного-единственного источника.

Предпочтение того или иного исторического свидетельства всем остальным покоится нередко на прочной научной основе. Но она никогда не бывает настолько прочна, чтобы противостоять нашим страстям, нашим

Есть грешные святые, как есть грешные ангелы.

Объясниться всегда можно, но понять друг друга - никогда.

Лучше судить неправильно, чем вовсе не судить, ибо люди, у которых нет правосудия, живут как звери в лесу.

Не следует вкладывать слишком большое чувство в мысли о прошедшем и будущем. Это две абстрактных идеи, которые человек приобрёл на своё несчастье. В жизни бывают, конечно, приятные часы и сладкие мину