Поскребите поверхность языка, и вы увидите межзвездное пространство и кожу, которая его окружает.

Ребенок, играющий с куклами, может пролить сердечные слезы, когда его связка тряпок и лоскутков смертельно заболеет и умрет... Так мы можем прийти к пониманию языка как игры с куклами: в языке обрывк

Самое крупное светило на небе событий, взошедшее за это время, это 'вера 4-х измерений'.

Язык человека, строение мяса его тела, очередь поколений, стихии войн, строение толп, решетка множества его дел, самое пространство, где он живет, чередование суши и морей - все подчиняется одному и т

Участок - великая вещь! Это место свидания меня и государства.

Самое крупное светило на небе событий, взошедшее за это время, это «вера 4-х измерений».

Измерять количество труда не временем, а числом ударов сердца. Измерять ценность вещи числом ударов сердца, затраченных на нее. Так же измерять желания. Вещь принадлежит наиболее желающему.

Стихи живут по закону Дарвина. Закон Дарвина справедлив не только для животных, но и для стихов. Самые сильные стихи живут столетия, а слабые вымирают.

Слова особенно сильны, когда они имеют два смысла, когда они живые глаза для тайны, и через слюду обыденного смысла просвечивает их второй смысл.

Только мы - лицо нашего Времени. Рог времени трубит нами в словесном искусстве.

Мне мало надо! Краюшку хлеба И каплю молока. Да это небо, Да эти облака!

Долой слово-средство, да здравствует самовитое, самоценное слово.

Попытка на искусство - уже добродетель.

Русь, ты вся поцелуй на морозе!

Годы, люди и народы
Убегают навсегда,
Как текучая вода.
В гибком зеркале природы
Звезды - невод, рыбы - мы,
Боги - призраки у тьмы.

Когда умирают кони - дышат,
Когда умирают травы - сохнут,
Когда умирают солнца - они гаснут,
Когда умирают люди - поют песни.

Еще раз, еще раз,
Я для вас
Звезда.
Горе моряку, взявшему
Неверный угол своей ладьи
И звезды:
Он разобьется о камни,
О подводные мели.
Горе и вам, взявшим

Я сейчас курю восхитительную мысль с обаятельным запахом. Ее смолистая нега окутала мой разум точно простыней.

Если люди не захотят научиться моему искусству предвидеть будущее, я буду обучать ему лошадей. Может быть, государство лошадей окажется более способными учениками, чем государство людей.

Разве до нас строились законы, которых нельзя нарушить! Только мы, стоя на глыбе будущего, даем такие законы, какие можно не слушать, но нельзя ослушаться. Они нерушимы.

Чистые законы времени мною найдены 20-го года, когда я жил в Баку, в стране огня. Если я обращу человечество в часы и покажу, как стрелка столетия движется, неужели из нашей времени полосы не вылетит

Можно купаться в количестве слез, пролитых лучшими мыслителями по поводу того, что судьбы человека еще не измерены.

...А такого, как я, и вовсе нет.

Кругом пустое нет.

Я сейчас курю восхитительную мысль с обаятельным запахом. Ее смолистая нега окутала мой разум точно простыней.

Участок - великая вещь! Это место свидания меня и государства.