Быть или не быть сильной власти - это то же самое, что быть или не быть России.

Налог есть «право входа» в государство, как билет, купленный в театральной кассе. Налог есть цена за пользование услугами власти.

Бросьте толковать о равенстве рас, - отстаивайте чистоту своей расы, как драгоценнейшую святыню.

Браки по расчету чаще всего бывают отвратительными и ведут к разрыву, но они постоянно повторяются: тоже и нелепые международные союзы, политические и государственные.

Надолго ли хватит России, если инородный элемент дошел до 33 процентов и если к центробежному стремлению врозь присоединяются десятки миллионов населения, считавшегося коренным русским, каковы малорос

Борьба с социализмом до сих пор бесплодна.

Надо сказать, что правительственная агентура всякого рода - от дипломатической до полицейской - всегда была в России крайне слабой.

Борьба с властью истощает нацию, единение же двух сил животворит их.

Надо немало поколений, чтобы инославие превратилось в православие, да и в этом случае оно выходит какое-то особое.

Борьба двух партий по чисто отвлеченному разномыслию доводит иногда до кровавого азарта.

Над школой, как над колыбелью духа народного, необходимо бодрствовать с трагическим вниманием и не жалеть усилий, чтобы отстоять ее задачи.

На человеческом языке нет слов для переживаний предсмертных.

Бомбу, в конце концов, взрывает не динамит, а именно эта накопляемая тщательно удушливая месть бунтарской печати, ее преступное влияние на чернь.

На третьем десятке лет, около жены и детей человек тяжелеет. Отбывает все повинности лишь тело его, а не душа.

Большая часть человеческой письменности заслуживает отвращения.

Болезни лечат, а не приспособляются к ним.

На пространстве земли русской совершаются самые противоположные процессы - и роста, и разрушения. Россия местами быстро дичает, вырождается, вымирает, - но в других местах дает новые побеги, полные св

Богатырские племена гнушаются всем, что «кое-что» и «как-нибудь». Они требуют во всем непременно высшего и наилучшего, что и ставит их в авангарде человечества.

На попытки подкупить власть России выгодами еврейской торговли национальная наша государыня Елизавета отвечала: "От врагов Христовых не желаю интересной прибыли".

Богатство само по себе, независимо от реального труда, не должно быть основанием прав.

На поверхности ледника вы не замечаете никакого движения: колоссальная глыба льда кажется неподвижной, как вечный гранит, на котором она покоится. Но под огромной толщей, на дне ледника идет неутомима

Бог их знает, куда девались музы в наш фабричный век. Они попрятались по музеям, библиотекам, художественным и научным складам. Публицистика - десятая муза и единственная, которая не прячется. Она каж

На одного замечательного инородца сколько, однако, бездарных и ничтожных, а главное - сколько холодных, втайне ненавидящих Россию!

На наших коммерческих сношениях с Европой лежит печать глубокого суеверия - будто они источник нашего [России] богатства. Пора бы тщательно проверить это и подробно обсудить. Может быть, как я убежден

Благочестие, проповедуемое церковью, не только совместимо с гражданской свободой, но составляет необходимое условие последней.

На мое замечание в разговоре с одним государственным человеком, что пора же серьезно взяться в России за народное отрезвление, он грустно сказал: "Не поздно ли?"

Благородство всякому труду, как бы он ни был скромен, дает честность и техническое совершенство.

Безумие думать, что гражданская «свобода» состоит в свободе зла. О каких бы свободах ни шла речь, во всех случаях подразумевается свобода добра. Правительство не может не возбуждая бунта разрешить оди

На мелких фарватерах большой корабль просто садится на мель.