- Воспитанные девочки из хороших семей не употребляют эвфемизмы, детка. А называют вещи своими именами: «Свет мой батюшка, совсем я ***алась».
- Заебалась - не то слово....

Тебе никогда не приходило в голову, что прежде, чем начинать меня ждать, нужно договориться со мной о встрече?

Когда надежда ослабляет и парализует волю, она - действительно глупое чувство. А когда даёт силы и мобилизует к действиям, становится драгоценностью, отказываться от которой добровольно нет дураков.

Дурацкое, конечно, чувство эта надежда, но очень приятное. Трудно за нее не цепляться.

Всю жизнь мечтал усадить кого-то вроде тебя себе на коленки! - сварливо сказал он. - Ты просто сгораешь от страсти к этой телеге!

По дороге мы молчали. Впрочем, это было весьма похоже на умиротворённое молчание двух старых друзей. Я и вправду начал понимать, что у хорошей дружбы есть некоторые преимущества перед страстью, как ут

После того как человек умер, остальное не имеет значение.

- И дураку ясно, что путешествия в прошлое абсолютно невозможны, - сказала леди Сотофа. - Потому что никакого прошлого нет. Прошлое - это не тайная комната в подвале под Хуроном, куда при большом жел

Время - это текущее мгновение, плюс память и воображение. И всё.

Немного больше, чем полчаса, чуть-чуть меньше, чем вечность...

И не смей грустить. Когда хороший человек наконец-то принимает свою судьбу, это не повод для мировой скорби.

Сложно представлять собой хоть какую-то опасность, лёжа на спине и с переменным успехом отбиваясь от собственного пса, который только что повалил тебя на пол специально для того, чтобы в спокойной обс

Человек имеет право откладывать трудное решение до тех пор, пока оно не примет себя само, и какой-то из вариантов не станет единственным, а все остальные - совершенно неприемлемыми.

Мои решения никогда не принимают себя сами. Это могу сделать только я, предварительно получив от судьбы по голове - раз двести, как минимум. Потому что тянуть я могу не годами - столетиями. И даже тыс

Я вообще плохо разбираюсь в людях. Особенно в тех, которых люблю. В этом смысле я - какой-то дурацкий наивный варвар, твёрдо уверенный, что пока мы живы, целы и даже не разбросаны по разным концами Вс

Человек, который точно знает, чего хочет, в обстоятельствах, всеми силами препятствующих достижению желаемого, способен на многое.

Сон - это подлинная свобода от последствий любого поступка, что бы мы ни творили с собой и другими, проснувшись, не вспомним, а если и вспомним, всё равно не придётся ничего исправлять.

А кто, собственно, не гений в наши трудные времена? Все хороши.

Обычно пешие прогулки меня успокаивают, как медитация, психоанализ, пост и молитва вместе взятые. Видимо, молюсь я ногами, и анализирую тоже ими. И пощусь, и медитирую заодно. А голова у меня просто д

Я и правда рассмеялся - просто потому, что внезапно обнаружил в себе способность смеяться, как ни в чем не бывало. Дураком был бы, если бы тут же ею не воспользовался. Неизвестно, когда в следующий ра

Может быть, вообще всё на свете легко и просто, только мне об этом ещё не рассказали? И я сижу тут, страдаю как последний дурак, пока очевидное решение уже пляшет на кончиках моих пальцев.

Шёл по ночному городу, не различая улиц, не чувствуя под ногами мелких камней мостовых, да и самих ног не чувствуя тоже. Вообще ничего не чувствуя, кроме темноты, которую почему-то ощущал кожей, словн

Озеро впадает в море, море впадает в небо, небо впадает в ночь, ночь впадает в ветер, а ветер дует, где хочет, кто оседлал его, будет владеть всем миром - до самого утра.

Каждые семь секунд один человек сходит с ума. Я думаю, скоро настанет моя седьмая секунда.

Никак не могу привыкнуть к тому, что всегда все делаю правильно. Даже когда ошибаюсь.

Утро было просто замечательное, ради такого стоило просыпаться на рассвете. Я вообще люблю просыпаться; впрочем, засыпать - ничуть не меньше. И то, и другое похоже на возвращение из путешествия, причё

Быть щепкой, скачущей по волнам, определённо проще, чем морем, которое её несёт. Но при этом море - всемогущая стихия, а щепка совершенно беспомощна. Ты бы уж определился, чего на самом деле хочешь.

К деньгам у меня отношение чрезвычайно простое: мне нравится, когда они есть.

Человек, посвятивший себя магии, должен быть не добр и не зол, как не добр и не зол наш Мир. И при этом чуток, переменчив и пластичен, как сама жизнь. То есть в идеале колдун должен быть всяким - одно