Я вижу, что всё сущее обречено стремиться к счастью.

Воздух ада не терпит гимнов.

Человек, поднявший руку на самого себя, проклят навеки, не так ли?

Любовь, свобода, свет! От них нам нет защиты...

Надо бы исхитриться и покинуть этот материк, по которому слоняется безумие.

Всё имеет свой смысл: и презрение, и милосердие, поэтому я оставляю за собою место на вершине ангельской лестницы здравого смысла.

Не вымечтать былого.

Жизнь расцветает в труде...

Я не люблю женщин. Любовь должна быть придумана заново, это известно. Теперь они желают лишь одного - обеспеченного положения. Когда оно достигнуто - прочь сердце и красота: остаётся только холодное п

Несчастье стало моим божеством.

Все существа подчинены фатальности счастья: действие - это не жизнь, а способ растрачивать силу, раздражение нервов. Мораль - это слабость мозгов.

Чудесам учусь у счастья - каждый ждёт его участья.

Духовная битва так же свирепа, как армейские сражения; но созерцание справедливости - удовольствие, доступное одному только Богу.

Удел маменькина сынка - безвременная могила, орошённая прозрачными слезами.

Жизнь - это фарс, который играют все.

Нет более богов, стал богом человек, но без любви сей бог - калека из калек.

Мне следовало бы иметь свой ад для гнева, свой ад - для гордости и ад - для ласки; целый набор преисподних.

Тонкой музыки не хватает нашим желаньям.

Но - я исплакался! Невыносимы зори,
Мне солнце шлет тоску, луна сулит беду;
Острейшая любовь нещадно множит горе.
Ломайся, ветхий киль, - и я ко дну пойду.

Мои глаза закрыты для вашего света.

Действительность была слишком тернистой для моей гордыни.

Ты не знaешь, кудa ты идешь, зaчем ты идешь, входишь всюду, отвечaешь нa все. Убить тебя - все рaвно что убить труп. Утром мой взгляд был тaким пустым, облик тaким мертвым, что те, кого я встречaл, ме