Что касается до воспитания заграничного, то запрещать его нет никакой надобности. Довольно будет опутать его одними невыгодами, сопряженными с воспитанием домашним, ибо 1-е, весьма немногие станут пол

Меня не так-то легко с ног свалить.

Что делается у вас в Петербурге? я ничего не знаю, все перестали ко мне писать.

Чтение - вот лучшее учение!

Мало было избранных (даже между первоначальными пастырями церкви), которые бы в своих творениях приближались кротостью духа, сладостью красноречия и младенческою простотой сердца к проповеди небесного

Читал, читал, а все без толку: там скука, там обман иль бред.

Читайте Шекспира, он никогда не боится скомпрометировать своего героя, он заставляет его говорить с полнейшей непринужденностью, как в жизни, ибо уверен, что в надлежащую минуту и при надлежащих обсто

Чистая, высокая слава Карамзина принадлежит России.

Лучшие и прочнейшие изменения суть те, которые происходят от одного улучшения нравов, без насильственных потрясений политических, страшных для человечества.

Черт меня догадал бредить о счастии, как будто я для него создан.

Лучше, говорит Экклезиаст, внимать наставлениям мудрого, чем песням безумца.

Чем хуже положение мое, тем язык мой становится связаннее и холоднее.

Лучше завести свое хозяйство, нежели волочиться весь свой век за чужими женами.

Чем слог проще, тем будет лучше.

Ломоносов был великий человек. Между Петром I и Екатериною II он один является самобытным сподвижником просвещения. Он создал первый университет. Он, лучше сказать, сам был первым нашим университетом.

Литература у нас существует, но критики еще нет.

Чем богаче язык выражениями и оборотами, тем лучше для искусного писателя.

Литература стала у нас [в России] значительной отраслью промышленности лишь за последние двадцать лет или около того. До тех пор на нее смотрели только как на изящное аристократическое занятие.

Час от часу пустее свет, пустей дорога перед нами.

Литераторы петербургские по большей части не литераторы, но предприимчивые и смышленые литературные откупщики. Ученость, любовь к искусству и таланты неоспоримо на стороне Москвы. Московский журнализм

Кто-то говаривал: если я теряю друга, то иду в клуб и беру себе другого.

Цензура не пропустила следующие стихи в сказке моей о золотом петушке: "Царствуй, лежа на боку" и "Сказка ложь, да в ней намек, добрым молодцам урок".

Кто жил и мыслил, тот не может в душе не презирать людей.

Цензура наша так своенравна, что с нею невозможно и размерить круга своего действия - лучше об ней и не думать - а если брать, так брать, не то, что и когтей марать.

Кстати: я заметил, что все имеют у нас самое темное понятие о романтизме. Об этом надобно будет на досуге потолковать, но не теперь; мочи нет устал.

Цензура дело земское; от нее отделили опричину - а опричники руководствуются не уставом, а своим крайним разумением.

Царствование Екатерины II имело новое и сильное влияние на политическое и нравственное состояние России. Возведенная на престол заговором нескольких мятежников, она обогатила их на счет народа и унизи

Крылов говорит о храбром муравье, что "Он даже хаживал один на паука".

Хотя жизнь и сладкая привычка, однако в ней есть горечь, делающая ее в конце концов отвратительной, а свет - мерзкая куча грязи.