Людибиографии, истории, факты, фотографии

Геннадий Хазанов

   /   

Gennady Hazanov

   /
             
Фотография Геннадий Хазанов (photo Gennady Hazanov)
   

День рождения: 01.12.1945 года
Возраст: 73 года
Место рождения: Москва, Россия

Гражданство: Россия

Театр Эстрады – заложник названия

Юморист, актер

Кто-то заметил: по тому, как человек отмечает свой юбилей, достаточно много можно сказать про его образ жизни, систему приоритетов, характер, иногда даже про его профессию.

VK Facebook Mailru Odnoklassniki Twitter Twitter Twitter Print

26.11.2007

Совсем не сложная задача – отгадать, кто будет отмечать свой юбилей так: первая половина дня – предпремьерная горячка, суета с декорациями, светом, звуком, последние перед приходом зрителей репетиции на сцене, потом – костюм, грим и – в 19.00 – премьера со всеми сопутствующими ей волнениями, горечами и радостями. И только потом, когда отзвучат апплодисменты, когда схлынет волна поклонников из гримерки – отдых и, может быть, банкет – по случаю премьеры и юбилея.

Геннадий Хазанов фотография
Геннадий Хазанов фотография

Так будет отмечать свой юбилей, конечно же, только артист. Артист до кончиков волос. Артист Геннадий Хазанов! Играть премьеру в день своего юбилея – это исконная, как вирус существующая в крови артистов – мечта. Счастливы те, кому удается ее воплотить в жизнь.



Реклама:

Геннадий Хазанов – из тех, кому удалось. Первого декабря в Театре Эстрады он сыграет роль Наполеона в премьерном спектакле «Морковка для императора» (режиссер Леонид Трушкин).

Геннадий Хазанов фотография
Геннадий Хазанов фотография

– На вас лежит невероятная нагрузка: порядка 8 спектаклей в месяц, плюс репетиции, плюс все, что связано с руководством Театром Эстрады. Как вам удается все успевать?

– Бывает, приходится вставать в 5, иногда – в 8. Главное – успеть проплыть свои полкилометра до выхода из дома. Я плаваю круглый год, и круглый год вот уже 10 лет начинаю день с механического массажа, поскольку с настороженностью отношусь к чужим рукам. В театр приезжаю в районе 12 часов: я живу за городом – долго ехать.

Геннадий Хазанов фотография
Геннадий Хазанов фотография

– Сейчас репетиции нового спектакля идут каждый день – ведь скоро премьера?

– Нет. Сейчас репетиции идут нечасто, потому что спектакль мы сделали еще летом и уже отыграли премьеру в Саратове. Это стало нашей с Трушкиным традицией – уже третий спектакль первый раз мы показываем публике на саратовской сцене, так что Саратов стал для нас своего рода театральным талисманом. А московская премьера «Морковки для императора» состоится 1 декабря – в день, когда я появился на свет. И это лучший подарок, который только может быть на день рождения, – сыграть премьеру на сцене театра, где прошла вся моя жизнь. Это была идея Леонида Трушкина – режиссера спектакля.

– С Леонидом Трушкиным вас связывают долгие творческие отношения. «Морковска для императора» стала вашей четвертой совместной работой. Кто в вашей паре – ведущий, а кто – ведомый: артист или режиссер? Например, кто обычно приносит пьесу?

Лучшие дня



Посетило:425
Виктор Муженко
Зоркое око матери
Посетило:148
Александра Радди
Максим Галкин: Юмор интеллектуала
Посетило:95
Максим Галкин

– В основном пьесы, конечно, приносит Трушкин: так было с «Ужином с дураком», так было со «Смешанными чувствами» и с пьесой «Все как у людей». А вот пьесу «Морковка для императора» про судьбу императора Наполеона принес я. Но только после того, как Трушкин, увидев меня в гриме Наполеона перед съемками для журнала «Караван историй», сказал: «Тебе надо сыграть Наполеона». Он был не первый, кому это пришло в голову. Мой педагог Надежда Иванова Слонова без малого 40 лет назад вдруг посмотрела на меня и сказала: «Вам когда-нибудь обязательно надо сыграть Наполеона». Вот все и сошлось к моему 60-летию.

– К какому типу артистов вы принадлежите: к тем, кто на репетиции спорит с режиссером, или к тем, кто, как сказал когда-то Константин Райкин, сначала прыгнет, и только потом спросит, зачем это режиссеру понадобилось?

– Я принадлежу к категории мучителей. Но Трушкину нравится, что я его извожу вопросами – он в процессе спора со мной для себя самого ищет ответ. У него нет заготовок. Он вообще человек очень пластичный. Он точно знает, чего хочет в главном, но это его знание не отметает всей дороги совместного поиска. Если мне что-то некомфортно, он всегда будет искать другой вариант. Он совестлив до мазохизма, всегда говорит: «Если артист чего-то не делает, значит, я плохо объяснил». Вообще, должен сказать, это огромное счастье – найти человека, с которым тебе комфортно и творчески, и человечески. Я себе не желаю никого другого, и считаю, что наша четвертая совместная работа – это мне подарок судьбы за все мучения, которые я пережил, понимая окончание своей дороги концертанта.

– «Игроков XXI» – вашу первую работу в драматическом спектакле – вы тоже относите к периоду «мучений»?

– Нет! Но для меня это был опыт слепого котенка... Я, естественно, очень волновался, потому что для меня это была попытка освоения другого способа существования на сцене. Надо сказать, по-настоящему я ничего тогда так и не понял. Это был профессиональный, серьезный, ответственный спектакль, и артисты шли туда, конечно, не из-за денег, а из-за того, что хотели сойтись в одной команде по взаимной симпатии. Мне этот спектакль дал наблюдательный, пассивный опыт. Я смотрел на Евстигнеева, на Калягина, на Филатова, на Невинного, – смотрел, как они играют – и очень многого не понимал. Тут сказалась разница технологий. Эстрадный артист, которым я был, когда репетировались «Игроки», в качестве партнера имеет зрителя и обязан сговариваться с ним. А в драматическом театре надо сговариваться с партнерами, которые находятся с тобой на сцене. Это принципиально разные вещи. Нельзя в театральном спектакле идти от зрителя. А на эстраде – можно. Хотя совсем ложиться под зрителя и на эстраде не надо, но не учитывать его вообще – неверно. Мне удалось «взять» технологию существования в драматическом спектакле, только когда я начал работать с Трушкиным. И то – не сразу. Нужно было время, чтобы существование партнера для меня стало не менее важным, чем мое собственное, и уж точно более важным, чем контакт со зрителем. Опыт участия в драматических спектаклях мне многое дал для существования на эстраде, что, может быть, до определенной степени и поссорило меня с эстрадной аудиторией. Я считал необходимым декларировать то, что мне казалось правильным, – и по литературной основе, и по способу поведения – и... мы со зрителем иногда не договаривались. Не смогли договориться. И тогда я решил минимизировать наше общение на эстраде.

– Тем не менее с 1997 года вы руководите Театром Эстрады. Что с ним происходит сегодня?

– У Театра Эстрады есть большая проблема. Этот театр – заложник своего названия. А эстрада, я настаиваю, перестала существовать, превратившись в шоу-бизнес. И Театр Эстрады должен был умереть, как умерла эстрада, – вместе с плановой экономикой, фиксированными ценами на билеты и установленными государством концертными ставками, выше которых артист ни копейки не смел просить. В условиях шоу-бизнеса Театр Эстрады как театр – с постоянно действующим творческим коллективом – выжить не может по экономическим причинам. Но как помещение Театр Эстрады выжить может. И выживает. Театр Эстрады живет в том же режиме, что и Зал России, и Кремлевский Дворец – как площадка, которая предоставляется в аренду тем, кто хочет там играть. Театр Эстрады ничем не отличается от них, кроме того, что положение его более тяжелое из-за небольшого количества мест в зале, который мал для акций шоу-бизнеса и велик для проведения драматических спектаклей. Так что эту проблему надо постоянно решать. Моей первостепенной задачей на посту руководителя было привести его в благопристойный внешний вид, потому что в середине 90-х Театр Эстрады выглядел как затрапезный клуб. Сегодня – войдите в зал! – это другое пространство, которое производит совершенно другое впечатление. Приведя здание в приемлемое состояние, надо было сделать что-то, что привлекло бы сюда зрителей. Это уже зависело не столько от меня, сколько от тех продюсеров, которые арендовали площадку. Все художественные задачи и требования к спектаклям, которые у меня как у руководителя могут быть, ограничиваются тем, чтобы это должен быть качественный продукт. Театр Эстрады все равно театр развлечения. Даже если некий спектакль по определению является драматическим. Например, спектакль «№ 13» был бы для Театра эстрады абсолютно органичным и естественным. Для Художественного театра – это был спектакль промежуточного, переходного периода. А для Театра Эстрады такой спектакль, как «№ 13», или спектакль Театра Антона Чехова «Все как у людей», который тоже отвечает всем поставленным задачам, – органичен: это не Шекспир, но и это не шоу-бизнес. Вот в таком художественном коридоре мы сейчас существуем.

– Ваши интересы, как артиста, лежат сейчас в области драматического театра. Хотите ли вы двигаться в сторону более серьезной драматургии, скажем, Шекспира?

– Нет, не хочу. Опять же, потому что существует формат спектаклей Театра Эстрады, и я себя как артиста должен подчинять этому формату. Если объявлено, что это ресторан китайской кухни, то там должна быть китайская кухня. Можно, конечно, и блины подавать в китайском ресторане, то это все-таки будет странно.

– Вы как-то сказали, что прервали отношения с Региной Дубовицкой после ее фразы о том, что для нее никогда человеческие отношения не будут выше отношений профессиональных. Судя по тому, что вы с ней не общаетесь, для вас – совсем иначе.

– Для меня это очень связанные вещи. В истории с Дубовицкой был целый комплекс проблем – и нравственных, и эстетических.

– Что надо сделать, чтобы вы прервали рабочие отношения?

– Многого не надо. Надо, чтобы я испытывал профессиональное насилие. Это когда артист должен встать в режим куклы, марионетки и начать обслуживать режиссерские амбиции. Все. Этого достаточно. Я прожил жизнь максимально свободным человеком на эстраде и почувствовал, что мне необходимо двигаться дальше, но я не хочу отдавать то, что приобрел. А приобрел я самое главное – свободу сценического существования. У меня сохранились хорошие отношения со всеми режиссерами, с которыми я сотрудничал, но иногда продолжать вместе работать не имеет смысла – для меня, потому что чувствовать себя человеком, играющим в чужую игру, я не хочу. Я с Трушкиным все равно играю в свою игру, а он – в свою, просто наши игры – совпадают.

– Какой театр вам нравится как зрителю?

– У меня есть только один критерий: если я сижу с холодным носом, мне этот театр не годится. Я абсолютно детский зритель. Если меня режиссер своими опусами хочет восхитить, я говорю: «А зачем вам живые люди? Почему вы работаете с живым материалом?» Когда живые люди – актеры – становятся всего лишь средством для того, чтобы режиссер самовыразился, мне это не интересно. Я – за теплокровный, живой, чувственный театр. Я не понимаю этого холода, идущего со сцены в зрительный зал, для того только, чтобы зрители оценили, какая там красивая картинка. Я ни у кого не отнимаю права смотреть и поражаться красивым холодным картинкам и изыскам режиссуры, но я – другой зритель. Для меня есть жесткое определение, которое когда-то дал Пастернак: «Нельзя в конце не впасть как в ересь в неслыханную простоту». Вот они все, у которых холодные картинки и изыски, боятся простоты! Они боятся выглядеть не оригинальными! Такими, как нормальные люди! Они свою ненормальность культивируют! Для меня есть непреложный постулат: режиссер должен умереть в актере. Ничего мудрее того, что сформулировал Станиславский, для меня нет. И меня как зрителя интересуют живые души, живые – даже если написано у Гоголя, что они мертвые. Не надо играть символы. Мне это не интересно. Я не люблю знаковый театр. Я люблю театр, который меня обжигает чувством.

Generic placeholder image
Катерина АНТОНОВА
Люблю исследовать биографии интересных людей
Впечатление
Нина 05.01.2015 02:11:49
Такой известный театр, в МОСКВЕ!,а сцена такая ветхая, что просто скоро развалится, все края аж обмахрились на ниточки.Билеты безумно дорогие. Могли бы тысяч за 50 обновить сцену. Вот такое впечатление мое от посещения спектакля 6 декабря.




Ваш комментарий (*):
Я не робот...

Лучшие недели


Трагическая смерть покеристки
Посетило:1927
Лилия Новикова
Марина Денисова
Посетило:43095
Марина Денисова
Наталья Бурмистрова
Посетило:999
Наталья  Бурмистрова

Добавьте свою новость

Здесь
history