Росатом предлагает помощь в деликатной миссии: вывоз иранского урана
21.04.2026 05:40:40
1980 год. Лаборатория искусственного интеллекта MIT, Кембридж. Принтер Xerox 9700 зажёвывает бумагу — снова. Каждый раз, когда в машине кончается бумага или что-то идёт не так, никто из пользователей не узнаёт об этом, пока не придёт забирать распечатки и не обнаружит тихий хаос.
Несколькими годами ранее, когда лаборатории передали предыдущую модель принтера Xerox, Столлман модифицировал её программный драйвер, чтобы машина отправляла уведомление всем, кто ждёт распечаток, при возникновении проблемы. Всё было просто: увидел проблему — починил, поделился кодом.
Теперь же Xerox передала новую модель — и исходного кода к ней не прилагалось. Столлман попросил исходники у аспиранта Carnegie Mellon, у которого они были. Тот отказал: подписал соглашение о неразглашении.
Этот отказ потряс Столлмана. Он расценил его как предательство. Человек мог помочь товарищу — и отказал ради корпоративных обязательств перед Xerox.
Из этого обиженного удивления вырастет движение, которое изменит устройство цифрового мира.
Ричард Мэттью Столлман родился 16 марта 1953 года в Нью-Йорке в семье еврейского происхождения. Отношения с родителями складывались непросто — он не чувствовал дома настоящим домом.
Компьютеры появились в его жизни рано: ещё в подростковом лагере он читал руководства к IBM 7094. Не играл, не болтал с другими детьми — читал технические руководства к компьютеру, которого рядом не было. Это не рассеянность — это сосредоточенность другого рода.
С 1967 по 1969 год он посещал субботнюю программу Колумбийского университета для старшеклассников, параллельно работая добровольным лаборантом на биофаке Рокфеллеровского университета. Профессор, руководивший им в Рокфеллере, видел в нём перспективного биолога. Биологом он не стал. Но аналитическая строгость естественных наук в нём осталась.
В 1974 году Столлман окончил Гарвард со степенью бакалавра физики. Но ещё в 1971-м, будучи первокурсником, он начал работать в Лаборатории искусственного интеллекта MIT. Там он учился разработке операционных систем — на практике, делая.
МТИ начала 1970-х — особое место. Столлман был одним из последних «хакеров» в классическом смысле слова: программистов, свято веривших в право свободно модифицировать и делиться кодом.
В лаборатории царила культура открытости: исходные коды программ были доступны всем, улучшения вносились коллективно, никто не строил заборов вокруг знаний. В 1975 году Столлман написал первый расширяемый текстовый редактор Emacs — прямо там, в лаборатории.
Это была не просто программа. Это была демонстрация принципа: хороший инструмент должен быть открыт для модификации. Пользователь — не пассивный потребитель, а соавтор.
Но к концу 1970-х мир начал меняться. Коммерческие компании приходили в университеты, предлагали деньги — и уводили программистов за собой. Вместе с программистами уходили и исходные коды. В 1984 году Столлман покинул MIT, обеспокоенный изменениями в политике университета по авторскому праву на программное обеспечение.
27 сентября 1983 года. Листы рассылки net.unix-wizards и net.usoft. Столлман публикует объявление:
«Начиная с этого Дня Благодарения, я собираюсь написать полную Unix-совместимую программную систему под названием GNU (от GNU's Not Unix), и раздавать её бесплатно всем, кто ею воспользуется. Мне очень нужны вклад времени, деньги, программы и оборудование».
Одно сообщение. Один человек. Начало движения.
Выбор Unix как модели не был случайным: Unix был стандартом де-факто, знакомым программистам по всему миру. GNU должен был воспроизвести его архитектуру — но полностью из свободного программного обеспечения, без единой строки проприетарного кода.
В 1985 году Столлман опубликовал GNU Manifesto — документ, в котором изложил мотивацию и цели проекта. В октябре того же года основал некоммерческий Фонд свободного программного обеспечения (FSF), чтобы нанимать разработчиков свободного ПО и обеспечивать правовую инфраструктуру движения.
Среди программ, написанных Столлманом лично: GNU Emacs, GNU C Compiler (GCC) — позднее расширенный и переименованный в GNU Compiler Collection, поддерживающий сегодня более тридцати архитектур и семь языков программирования — и GNU Debugger (GDB).
GCC — инструмент, без которого современный открытый мир просто не существовал бы в нынешнем виде. Миллионы программ скомпилированы им. Лежащий в основе Linux и большинства Android-устройств код прошёл через него.
Технических решений Столлману было мало. Он понял: чтобы свобода программного обеспечения выжила, нужна юридическая защита.
Столлман популяризировал концепцию копилефта — правового механизма для защиты права на модификацию и распространение свободного ПО. Логика была изящной: авторское право используется обычно для ограничения свободы. Копилефт переворачивает эту логику — авторское право применяется для гарантии свободы. Хочешь использовать код под GPL? Пожалуйста. Но любые изменения тоже должны оставаться свободными.
В 1989 году вышла первая независимая от конкретной программы GNU General Public License. К тому времени большая часть операционной системы GNU уже была готова. В 2006–2007 годах, в ходе восемнадцатимесячных публичных консультаций по GPL версии 3, Столлман добавил обсуждение новых угроз — DRM и патентных соглашений.
В 1991 году финский студент Линус Торвальдс написал свободное ядро Linux — и использовал инструменты GNU для его разработки. Сочетание GNU-инструментов и ядра Linux дало то, что большинство людей называют «Linux».
Столлман настаивает на «GNU/Linux» — и это не каприз. Без GNU-компонентов ядро осталось бы ядром без операционной системы вокруг него. Называть всё просто «Linux» — значит стирать из истории двадцать лет работы движения, которое создало инфраструктуру. Спор не утихает до сих пор.
В 1990 году Столлман был удостоен стипендии Фонда Макартуров — так называемой «стипендии гениев», которая даёт получателям значительные финансовые средства без каких-либо условий. Это помогло ему сосредоточиться на написании компонентов GNU-системы.
Человек, который ушёл из MIT ради свободы писать свободный код, — и получил деньги, чтобы продолжать. Круг замкнулся.
Столлман — не только программист и юрист-мыслитель. Он персонаж.
На своём личном сайте он предупреждает о фальшивых ключах PGP, ищет художника-карикатуриста, составляет список стран без обязательных удостоверений личности и пишет политические заметки о климате и правах человека.
Он годами жил кочевником — без постоянного дома, с ноутбуком, переезжая из конференции в конференцию. Он принципиально не пользуется смартфоном, не доверяет облачным сервисам и отказывается использовать проприетарные программы даже в бытовых ситуациях. Это не поза — это последовательность.
Он свободно говорит по-английски, по-французски и по-испански — и читает лекции на всех трёх языках.
В сентябре 2019 года Столлман ушёл в отставку с поста президента FSF и покинул статус приглашённого учёного MIT после публикации его противоречивых комментариев о деле Джеффри Эпштейна. Тем не менее он остался руководителем проекта GNU. В 2021 году вернулся в совет директоров FSF.
В октябре 2019 года публичное заявление, подписанное 33 мейнтейнерами проекта GNU, указало, что поведение Столлмана «подрывало основную ценность GNU — расширение прав всех пользователей компьютеров». Столлман принял это к сведению — и остался.
В марте 2025 года, в честь сорокалетия FSF, прошёл аукцион исторических артефактов движения: голова GNU, катана Столлмана и медаль Зала славы интернета перешли к членам сообщества свободного программного обеспечения.
Сорок лет организации. Лицензия GPL, лежащая в основе Linux, Android, веб-серверов и тысяч программных проектов. Движение, которое начал один человек в 1983 году — с объявления на Usenet и принципиального убеждения, что программный код не должен быть тюрьмой.
С середины 1990-х Столлман проводит большую часть времени в политической агитации за свободное программное обеспечение. Ему за семьдесят. Лекции продолжаются.
Ричард Столлман, GNU, FSF, свободное ПО. Фото с сайта samag.ru
| Родился: | 16.03.1953 (73) |
| Место: | Нью-Йорк (US) |
| Высказывания | 10 |
| Фотографии | 3 |
| Цитаты | 100 |
