Крис Дженнер раскрыла правду о своей внешности после многолетней пластики
08.12.2025 23:26:20
Когда в августе 2024 года в интервью Юрия Дудя прозвучала нецензурно искажённая фамилия Екатерины Мизулиной, общественница не растерялась. Через неделю последовал иск о защите чести и достоинства на десять миллионов рублей. Такая реакция стала вполне ожидаемой для женщины, чьё имя в российском интернете одни произносят с благодарностью, а другие — со страхом.
В телеграм-канале Мизулиной можно найти пост всего из двух слов: «Служу России». Эта лаконичная фраза появилась в январе 2024 года, когда Европейский союз включил её и возглавляемую ею Лигу безопасного интернета в санкционный список за «серьезные и систематические нарушения права на свободу убеждений». К этому моменту под санкциями уже находилась её мать, сенатор Елена Мизулина — за защиту традиционных ценностей. Семейная традиция, как позже иронично заметила сама Екатерина.
Первое сентября 1984 года. В Ярославле в семье преподавателя философии Михаила Мизулина и юриста Елены Мизулиной родилась дочь Екатерина. Девочка росла в интеллигентной семье, где отец занимал должности в региональном отделе КПСС, а мать делала карьеру юриста. Шестью годами ранее у четы Мизулиных появился сын Николай.
Детство Екатерины пришлось на годы перестройки — время, когда рушились старые идеологические конструкции, а новые ещё не сформировались. В биографиях её характеризуют как тихого ребёнка-интроверта, предпочитавшего книги шумным компаниям. Пока сверстники слушали западную музыку и собирались в подворотнях, Екатерина погружалась в изучение языков. К моменту окончания школы она владела английским, немецким, французским — и это был лишь фундамент.
В 2004 году Мизулина получила диплом престижной Школы ориентальных и африканских исследований Лондонского университета. Это произошло в те годы, когда её мать Елена Мизулина состояла в либеральном «Союзе правых сил». Политические взгляды семьи позже радикально изменятся, но тогда, в начале двухтысячых, путь в европейское образование казался естественным для дочери успешного политика.
Продолжив обучение в МГУ имени Ломоносова, Екатерина освоила китайский и индонезийский языки. Полиглотом не рождаются от скуки — за каждым выученным языком стоит методичный труд, железная дисциплина и ясное видение будущего. В двадцать четыре года эти навыки открыли перед ней дверь на Олимпийские игры в Пекине 2008 года, где она работала переводчиком в составе официальной российской делегации.
После Пекина карьера Мизулиной могла развиваться по классическому сценарию профессионального переводчика. Вместо этого она выбрала путь, который позже назовут противоречивым. С 2015 года начинается её работа в благотворительности — сначала в Фонде Святителя Василия Великого, принадлежащем миллиардеру Константину Малофееву, затем в фонде «Правовая столица», одним из сооснователей которого был её отец.
Именно Малофеев в 2011 году создал Лигу безопасного интернета — организацию, которая должна была стать мостом между властью и интернет-индустрией. В попечительский совет вошёл министр связи Игорь Щёголев, членами стали операторы «большой тройки» — МТС, «ВымпелКом» и «МегаФон», а также Mail.ru и «Лаборатория Касперского». Цели декларировались благородные: защита детей от опасного контента, борьба с детской порнографией, профилактика распространения наркотиков через интернет.
К концу 2017 года Мизулина возглавила эту организацию. Смена лидера произошла не случайно — Лига нуждалась в новом лице, способном говорить с молодёжью на понятном языке. Сорокалетний миллиардер Малофеев уступил место тридцатитрёхлетней Екатерине, владеющей не только языками, но и пониманием цифровой среды.
Параллельно с 2018 по 2020 год Мизулина занимала пост исполнительного директора Национального мониторингового центра помощи пропавшим и пострадавшим детям. Она координировала программы обучения волонтёров, участвующих в поисках пропавших детей. Эта работа казалась безупречной с точки зрения общественной морали — кто может быть против спасения детей?
В 2020 году Екатерина вошла в состав Общественной палаты Российской Федерации. Статус члена этого совещательного органа открыл новые возможности для влияния на публичную повестку. К этому моменту за плечами Лиги безопасного интернета были впечатляющие цифры: удаление детской порнографии со 152 тысяч ресурсов, ликвидация более 23 тысяч сайтов, пропагандирующих наркотики.
На сайте Лиги безопасного интернета Мизулина объясняет миссию организации простыми словами: «Мы собрали и обобщили самые обсуждаемые темы об угрозах в сети. Мошенничество, травля, опасные незнакомцы, треш-стримы, деструктивные группы — всё это активно обсуждается, но практические советы найти сложно».
Механизм работы Лиги выглядит прозрачно: граждане направляют обращения о противоправном контенте, организация проверяет информацию и при необходимости передаёт её правоохранительным органам. Лига выступает связующим звеном, а окончательное решение о блокировке или штрафе принимают уже госструктуры. По данным самой организации, в 2024 году было получено около миллиона обращений от россиян.
Но в феврале 2022 года произошло событие, изменившее статус Лиги. Из организации одновременно вышли все крупные участники: «Ростелеком», «Мегафон», «Билайн» и МТС. «Лаборатория Касперского» заявила, что вообще не принимала участия в деятельности ЛБИ. Константин Малофеев прекратил финансирование. Председатель совета Фонда развития цифровой экономики Герман Клименко констатировал: организация должна была стать инструментом для общения власти с отраслью, но у неё так и не появились соответствующие компетенции.
После массового исхода участников Лига превратилась в структуру, существующую в основном на средства всё того же Фонда Святителя Василия Великого Малофеева — около 16 миллионов рублей в год. Зато появился новый фокус деятельности: персональные обращения Мизулиной в правоохранительные органы по поводу конкретных блогеров, артистов и общественных деятелей.
Список тех, на кого Екатерина Мизулина направляла обращения в силовые структуры, читается как энциклопедия современной российской медиасреды. Издание «Верстка» подсчитало: с начала специальной военной операции по сентябрь 2024 года она написала доносы на минимум 318 публичных людей, четыре музыкальные группы и одну антивоенную организацию. Среди них 238 блогеров, 70 музыкантов.
В поле зрения Мизулиной попадали рэпер Моргенштерн — за пропаганду наркотиков и деструктивного поведения, музыкант Oxxxymiron — за якобы пропаганду сепаратизма, блогер Юрий Дудь — за интервью, в котором поднимались темы наркотиков. После обращения Лиги в 2021 году Дудь получил статус иностранного агента и покинул Россию.
Весной 2024 года Мизулина обратилась в Министерство обороны с предложением призвать в армию блогера Даню Милохина. Аргументация звучала патриотично: у блогера нет оснований для отсрочки, а служба «будет способствовать патриотическому воспитанию». Милохин в тот же вечер вылетел в Дубай. Этот случай спровоцировал общественную дискуссию — вице-спикер Госдумы Владислав Даванков заявил, что Мизулина «отпугнула от возвращения тысячи россиян», включая IT-специалистов и предпринимателей.
Летом 2024 года последовало обращение в Генеральную прокуратуру с требованием запретить выступление комика Александра Гудкова. В некоторых регионах показы его шоу в кинотеатрах действительно отменили. Досталось и трансгендеру Андрею Петрову — за пропаганду смены пола и дискредитацию армии. Тверской суд Москвы оштрафовал блогера на 250 тысяч рублей.
Даже звёзды первой величины не остались в стороне. После скандальной «голой вечеринки» Анастасии Ивлеевой в декабре 2023 года Мизулина с удовлетворением констатировала «отмену» участников. Она подчёркивала, что артисты демонстрируют «оторванность от того, чем живёт вся страна», и выразила сожаление, что не увидела от них ни посещений госпиталей, ни концертов для бойцов СВО.
Мизулина регулярно проводит встречи со школьниками и студентами в разных городах России. Эти мероприятия вызывают ажиотаж — иногда в залах не хватает мест. Молодая блондинка умеет говорить с аудиторией на понятном языке, обсуждает актуальные проблемы цифровой безопасности, правила общения в соцсетях.
Но встречи не обходятся без острых моментов. В феврале 2024 года в Уральском федеральном университете студент обвинил Мизулину в использовании института армии для запугивания Дани Милохина и в блокировке песен популярных исполнителей. Завязался спор о свободе слова в России. Через несколько дней в Казани другой молодой человек заявил, что глава ЛБИ «запустила цепочку» гонений на артистов. Ответ Мизулиной был характерным: писать жалобы её просят подписчики.
В октябре 2024 года на встрече в Челябинске корреспондентка поинтересовалась, почему у Мизулиной, активно выступающей за запрет пропаганды «чайлдфри», нет собственных детей. Вопрос повис в воздухе — личная жизнь общественницы долгое время оставалась за семью замками.
Особый резонанс вызвала ситуация с чеченским блогером Асхабом Тамаевым. Мизулина заподозрила его в мошенничестве и других правонарушениях. Однако после этого последовала встреча с главой Чечни Рамзаном Кадыровым, и тон изменился. Некоторые наблюдатели усмотрели в этом демонстрацию того, что не все российские публичные фигуры равны перед механизмами общественного контроля.
В 2024 году вице-спикер Госдумы Владислав Даванков публично задал неудобные вопросы о расходовании бюджетных средств. Возглавляемый Мизулиной Национальный мониторинговый центр помощи пропавшим и пострадавшим детям получил из госбюджета 200 миллионов рублей. Даванков указал: судя по сайту организации, ключевая деятельность — мероприятия по безопасности интернета, а не поиск пропавших детей.
«Сколько поисков прошло с вашим личным участием?» — спросил депутат, назвав деятельность Мизулиной «серийным доносительством». Партия «Новые люди» разработала законопроект о наказании для «серийных доносчиков», неофициально окрестив его «законом Мизулиной». Предполагалась административная ответственность за злоупотребление правом на обращение в государственные органы — обязательные работы после второго неподтверждённого доноса.
Сама Мизулина на критику отвечала, что Лига работает на предупреждение: «Каждый конкретный блогер сам должен понимать, что в его руках сделать так, чтобы у государства и общества к нему не было вопросов». После принятия закона о запрете треш-стримов она заявила, что ЛБИ сосредоточится на других направлениях: выявлении детской порнографии, сведений о продаже наркотиков, пропаганде суицидов и живодерстве.
Долгое время Екатерина Мизулина тщательно скрывала подробности личной жизни. В публичном пространстве существовала женщина-функция: директор Лиги, член Общественной палаты, борец за нравственность. Летом 2024 года она призналась в соцсетях, что устала от узнаваемости и внимания к своей персоне — интроверт из детства никуда не исчез.
Новый 2025 год начался с загадочных постов в соцсетях. Мизулина опубликовала фотографию с подписью: «2025 год — год Змеи, но я отмечаю новогодние праздники вместе с русским тигром». Лицо спутника скрывал смайл-тигр. Певец SHAMAN (Ярослав Дронов) ответил зеркальным постом о «русской тигрице». Поклонники начали строить догадки.
В марте 2025 года на концерте в московской «Live Арене» тайна раскрылась. Дронов пригласил Мизулину на сцену, вручил букет белых роз и представил зрителям как свою возлюбленную. Екатерина появилась в элегантном белом платье, десятитысячный зал аплодировал стоя. Для тридцатитрёхлетнего SHAMAN это был третий брак — предыдущий с продюсером Еленой Мартыновой распался осенью 2024 года. Для сорокалетней Мизулиной отношения стали первыми публичными.
Первого сентября, в день рождения Екатерины, Дронов сделал необычный подарок: создал политическую партию «Мы». «Катерина, я дарю на твой день рождения то, что никто никому не дарил в этом мире», — написал певец. Романтический жест или политический расчёт? Ответ остался в зазоре между личным и публичным.
5 ноября 2025 года пара официально оформила брак в загсе Донецка. Союз главы Лиги безопасного интернета и певца, ставшего символом патриотической волны, выглядел логичным завершением истории, начавшейся с новогодних намёков. Они приехали в Донецкую Народную Республику, чтобы поздравить жителей региона с Днём народного единства, и заодно соединили судьбы.
Официальная биография Мизулиной содержит благодарственное письмо Президента РФ от 5 августа 2020 года — за вклад в реализацию приоритетных социальных проектов. 28 декабря того же года последовала благодарность за организацию мероприятий по социальной поддержке граждан в период пандемии COVID-19. 4 октября 2022 года она получила медаль МЧС России «За содружество во имя спасения».
Параллельно накапливались санкции. В январе 2024 года Европейский союз включил Мизулину и Лигу безопасного интернета в санкционный список за «ограничение свободы слова, цензуру, дезинформацию и пропаганду». К ноябрю 2025 года под санкциями находились 27 стран Евросоюза, Украина и Канада. Активы в этих странах заморожены, въезд запрещён.
В официальном заявлении Европейского совета указывалось, что Лига безопасного интернета помогает российским властям осуществлять цензуру, а Мизулина «серьезно и систематически» нарушает право на свободу убеждений и их свободного выражения. Власти ЕС обвиняли её в том, что она «вынуждает российских создателей контента и артистов либо удалять антиправительственный контент, либо создавать материалы в пользу российского правительства».
Сама Мизулина на санкции отреагировала с характерной иронией: «Исходя из обтекаемых формулировок, получается, что меня внесли в санкции защитники педофилов, наркодилеров и живодеров из Европейской комиссии». Она подчеркнула, что рада продолжить «семейную традицию» — её мать попала под санкции США и ЕС ещё в 2014 году.
Екатерина Мизулина остаётся фигурой, вызывающей полярные оценки. Для одних она — защитница детей от цифровых угроз, борец с распространением наркотиков и детской порнографии, человек, который делает интернет безопаснее. Статистика впечатляет: удаление противоправного контента с десятков тысяч ресурсов, проведение тысяч уроков безопасного интернета для школьников, координация поисковых отрядов.
Для других — символ цензуры и ограничения свободы слова, инструмент давления на неугодных блогеров и артистов. Критики указывают на избирательность: почему одни публичные персоны становятся объектами пристального внимания Лиги, а другие остаются вне её поля зрения? Почему вопросы к чеченским блогерам решаются тихо, а московских стримеров выводят на публичную порку?
Дизайнер Артемий Лебедев назвал деятельность Мизулиной «инфотерроризмом», который «отпугивает людей» от России. Депутат Владислав Даванков говорил о тысячах россиян, не решающихся вернуться в страну после истории с Милохиным. Журналисты подсчитывали количество обращений в правоохранительные органы и называли Мизулину «серийным доносчиком».
Сама она продолжает настаивать: Лига не принимает решений о блокировках или штрафах, а лишь передаёт информацию компетентным органам. Финальное слово остаётся за правоохранителями и судами. Это технически верно — но вопрос в другом: кто определяет повестку, кто решает, на чей контент стоит обратить внимание властей, а на чей — нет?
В июне 2025 года в интервью телеканалу «Спас» Мизулина рассказала, что Лига безопасного интернета участвовала в подготовке иска Минюста о признании «Международного общественного движения ЛГБТ» экстремистской организацией. Решение суда она назвала «очень важным» и «историческим». Среди достижений также — разработка законопроекта о запрете треш-стримов, принятого Госдумой в 2024 году.
История Екатерины Мизулиной — это история о том, как благие намерения защитить детей от угроз превращаются в механизм контроля над публичным пространством. Это рассказ о женщине, которая начинала как переводчик на Олимпиаде, а стала одной из самых противоречивых фигур российского интернета. Это хроника времени, когда граница между защитой и цензурой, между заботой о безопасности и ограничением свободы стала настолько тонкой, что разглядеть её может только тот, кто находится по другую сторону барьера.
В сорок лет Мизулина получила то, чего не хватало в публичном образе: личное счастье рядом с человеком, разделяющим её ценности и мировоззрение. Брак с SHAMAN добавил человечности в портрет строгой блюстительницы цифровой нравственности. Но вопросы остались прежними: где проходит линия между законной защитой общества и подавлением неудобных голосов? Кто контролирует контролёров? И главное — чьи интересы на самом деле защищает Лига безопасного интернета: детей или тех, кто определяет, что безопасно, а что нет?
Ответы на эти вопросы каждый находит сам — в зависимости от того, по какую сторону цифрового барьера он оказался.
Екатерина Мизулина. Фото из открытых источников
Посмотреть фото
| Родилась: | 01.09.1984 (41) |
| Место: | Ярославль (SU) |
