Людибиографии, истории, факты, фотографии

Александр Хлопонин

   /   

Alexander Hloponin

   /
             
Фотография Александр Хлопонин (photo Alexander Hloponin)
   

День рождения: 06.03.1965 года
Возраст: 53 года
Место рождения: Коломбо, Шри-Ланка

Гражданство: Россия

АЛЕКСАНДР ХЛОПОНИН: "ДАЙ" У НАС В КРАЕ БОЛЬШЕ НЕ ПРОХОДИТ

Российский государственный деятель

Александр Хлопонин стал губернатором Красноярского края восемь месяцев назад. С тех пор его фамилия чаще всего упоминалась в СМИ в связи с громким скандалом вокруг краевого избиркома, который долго отказывался признавать результаты голосования. В итоге информация о том, что реально происходит в регионе, отошла на второй план. Как развивается край сейчас? На каких принципах строятся отношения администрации с крупными финансово-промышленными группами? Куда пойдет реформа ЖКХ и что делать с сельским хозяйством? Как формируется команда нового губернатора? На эти и другие вопросы Александр ХЛОПОНИН ответил в интервью Александру МАКАРОВУ.

VK Facebook Mailru Odnoklassniki Twitter Twitter Twitter Print

05.06.2003

- Как вы себя чувствуете в этом кресле? Уютно?

Александр Хлопонин фотография
Александр Хлопонин фотография

- Нет. Много пустого времени. В этом кресле удобно бумаги подписывать, а проводить совещания, работать с людьми лучше на местах. Да и вообще не люблю я кресла - меня они утомляют очень сильно.

Реклама:

- В советские времена вас считали бы человеком без твердых политических убеждений. Вы встречаетесь и с левыми и с правыми. Даже в "Единство" вступили, как сами неоднократно говорили, из чисто прагматических соображений. Вам действительно все равно?

Александр Хлопонин фотография
Александр Хлопонин фотография

- Я однозначно не левый. Я за реформы и считаю, что назад дороги нет. Вот это все мои политические убеждения. Другое дело, что мы тут наверху перестраиваемся, принимаем решения, а люди еще живут по старым принципам и используют старые методы. Поэтому еще много времени надо потратить. чтобы изменить менталитет. Основной акцент при этом надо делать на наше молодое поколение, на ребят от 17 до 30 лет. Именно они должны будут продвигать в жизнь все то, над чем мы сегодня думаем и работаем.

- А губернатор должен заниматься политикой?

Александр Хлопонин фотография
Александр Хлопонин фотография

- Если у руководителя в подчинении находится хотя бы 5 человек, он уже должен заниматься политикой. С моей точки зрения, политика - это защита от внешних и внутренних факторов воздействия на среду, в которой работают твои люди. В зависимости от того, какие факторы доминируют, руководителю приходится заниматься больше внутренней или внешней политикой.

- Вам удалось добиться политического мира в Красноярском крае?

Александр Хлопонин фотография
Александр Хлопонин фотография

- Не до конца. Часть людей еще настороженно смотрит на то, что мы делаем. Однако сказать, что они настроены воинственно, уже нельзя. Другие увидели, что власть не реагирует жестко на их демарши, и восприняли это как возможность делать и говорить все, что заблагорассудится. Так что ситуация неоднозначная, и я не могу сказать, что мне в полной мере удалось консолидировать общество.

Лучшие дня


Величайшая актриса мира
Посетило:46
Одри Хепберн
История жизни
Посетило:41
Изабелла Юрьева
Самый молодой американский ветеран
Посетило:36
Кэлвин  Грэм

- А это возможно?

Александр Хлопонин фотография
Александр Хлопонин фотография

- Конечно. Люди пока присматриваются - им нужно время, чтобы привыкнуть к новым правилам игры и принять их.

- "Основа всякой политики - экономика"...

- Почему? Это вечный спор, что вперед - экономика или политика. Невозможна экономика без консолидации общества, а консолидация общества невозможна без экономических условий и предпосылок для этого.

Александр Хлопонин фотография
Александр Хлопонин фотография

- Тем не менее - об экономике. В каком состоянии вы приняли Красноярский край? После того как в регионе почти месяц работала комиссия Счетной палаты РФ, вы можете говорить об этом с цифрами в руках?

- Проверка Счетной палаты - это всего лишь возможность начать работу с чистого листа, зафиксировать некое статус-кво. Я не ставил перед собой задачу найти кучу нарушений, чтобы потом кого-то уничтожить. Прежняя администрация брала кредиты, использовала какие-то другие денежные средства, поэтому я должен зафиксировать, что там делалось правильно, а что нет. Для этого мы проводили проверку.

- В общем, вы не хотите отвечать на этот вопрос?

- Проще всего сказать: "В каком ужасном положении мы взяли край - хозяйство развалено по всем направлениям, ничего не работает..." Я не сторонник такого подхода. Какой был, таким и взял. Много правильных вещей было, много неверных. Но это не принципиально, Для меня важно, что мы будем дальше делать.

- Тогда давайте я зафиксирую положение, в котором вы приняли Красноярский край. К 1 октября 2002 года у краевого бюджета было долгов на 12 с лишним миллиардов рублей. Из них задолженность по зарплате медикам, учителям, библиотекарям примерно 800 миллионов. Правильно?

- Правильно.

- Дальше. Более миллиарда рублей долги по зарплате в промышленности и сельском хозяйстве. Несколько сот предприятий либо уже банкроты, либо находятся в стадии банкротства...

- Тут точных данных ни у кого нет. Как выяснилось, мы ведем некую статистику лишь по крупным предприятиям, где работает 500 и более человек. У нас в Красноярском крае в стадии банкротства около 100 таких предприятий. А еще есть огромное количество государственных унитарных предприятий. Около 300 из них банкроты. Еще есть предприятия малого и среднего бизнеса, но они - как секундная стрелка: образуются-банкротятся, образуются-банкротятся...

- В Красноярском крае более 50 тысяч безработных...

- Это только те, кто официально встал на учет в органах власти. На самом деле безработных раза в два больше - около 100 тысяч.

- В общем, проблем много.

- Так это же хорошо. Есть чем заниматься.

- Сейчас модно говорить, что "это вызов, который я не мог не принять"...

- Это реальная ситуация, которую нужно менять. Другое дело, что все быстро забывают о том, что я говорил в период предвыборной кампании, и у ряда политиков появляется возможность вести свою игру вроде "а где же тот экономический рывок, который обещал Хлопонин?". В период предвыборной кампании и потом я говорил, что нужно минимум полтора года, чтобы стабилизировать ситуацию, и 5-6 лет, чтобы край усилил свои позиции - стал третьим по экономическим показателям регионом России.

- Хватит отведенного вам губернаторского срока?

- Хватит! Когда ты создал условия, то уже не личность определяет, что будет дальше в экономике, а правила игры, которые ты создал. Сильное государство только тогда можно назвать сильным, когда не личности, не финансово-промышленные группы и крупные чиновники определяют правила игры, а законы.

- Каким образом вы намерены в отдельно взятом Красноярском крае выстроить правила игры для всех ФПГ?

- Выстроить правила игры без федеральной политики трудно, но мы пытаемся. Ведь крупные компании и корпорации что нам говорят: "Ребята, какие вы нам правила установите, так мы и будем играть. Вы позволяете нам изымать природную ренту в свою пользу, мы ее будем изымать, не позволяете - не будем. Но вы нам определите эти правила, изложите их логику и зафиксируйте на длительный период. И мы будем по таким правилам играть".

- С какими ФПГ Красноярский край уже зафиксировал отношения?

- Я ужасно не люблю подписывать филькины грамоты. Я могу хоть завтра подписать соглашения со всеми ФПГ, работающими на территории края, но если за ними не стоит закона, нет базы, инструментов реализации, то это пустая бумажка, чисто политическая акция. Я вначале пытаюсь отстроить правила взаимовыгодного сотрудничества, систему ответственности за принятые решения, а уж потом подписывать соглашения. С "Норильским никелем" я не вижу необходимости подписывать какие-то договоры. Там все стабильно работает и, главное, нет конфликта интересов. Эта компания заинтересована в конструктивной работе. С другими ФПГ мы находимся в завершающей стадии переговоров. Самая сложная ситуация - с "ЮКОСом". Он в наименьшей степени представлен на территории края. Надписей на бензоколонках хватает, но это франчайзинг чистой воды, а тот же Ачинский нефтеперерабатывающий завод работает на давальческом сырье. У нас пока нет собственной нефти - есть только разговоры о крупных месторождениях, которые мы будем разрабатывать. Так что с "ЮКОСом" сложнее выстраивать отношения. Но мы договариваемся, чтобы они платили налоги в местные бюджеты с объема реализации своих нефтепродуктов на территории края. У нас есть инструменты регулирования этого процесса - через рентные и земельные платежи, через лицензирование, через нефтяные базы. Но в принципе они не против. Сейчас ждем, когда закончатся пертурбации с объединением "ЮКОСа" и "Сибнефти". С МДМ мы тоже заканчиваем переговоры. Я думаю, что Сибирская угольно-энергетическая компания (эта компания принадлежит МДМ и владеет контрольными пакетами акций трех крупнейших угольных разрезов Красноярского края. - "Известия") все-таки получит лицензию и начнет работать в полном объеме. Они готовы подписать соглашение о перераспределении налоговых поступлений в пользу края. Поэтому для нас остается только одна общая тема - регулирование цен на уголь. МДМ сейчас является монополистом по производству энергетического угля не только в Красноярском крае, но и во всей Сибири. Есть ли у нас возможность влиять на ценообразование в этой отрасли? Я думаю, что есть, но механизм контроля нужно создавать.

- А не легче вернуть акции Красноярской угольной компании, которая раньше контролировала эти угольные разрезы?

- Мы можем вернуть эти акции, и МДМ даже готов их отдать. Но этот пакет ничего не стоит. Вы готовы заплатить около миллиарда рублей за пустые бумажки? Лично я нет. Да, чуть не забыл. Мы еще можем посадить пару человек из тех, кто готовил эту сделку, но я не люблю выглядеть идиотом. Если с юридической точки зрения все оформлено правильно, то не надо бороться с ветряными мельницами. Надо реальными вещами заниматься.

- Как складываются отношения с другими монополистами? Можно начать с РАО "ЕЭС России"...

- Я считаю, что у нас с энергетиками выстроены абсолютно правильные отношения - долги мы реструктуризировали. Однако экономика энергетических предприятий, работающих на территории Красноярского края, все-таки непрозрачна, и это предмет для кропотливой, ежедневной работы администрации. Нам нужно понять - почему мы сегодня до 30 процентов энергоресурсов покупаем на ФОРЭМе, хотя на территории края хватает собственных источников тепла и электричества. Это первое. Второе, с моей точки зрения: существующих энерготарифов вполне достаточно и для развития энергетических компаний, и для создания конкурентной среды в сфере ЖКХ. Поэтому я не понимаю - почему они должны быть выше. И пока я не пойму, зачем это делать, никакого повышения платы за тепло- и электроэнергию не будет. Естественно, мы внимательно следим за реформированием РАО "ЕЭС России". Нам там готовят два "удара по почкам". Первый - это передача Федеральной энергетической комиссии права устанавливать тарифы для регионов. К сожалению, на федеральном уровне энергетическое лобби сейчас доминирует над реальной экономикой, поэтому мы постараемся не допустить этого. Второй удар - попытка усреднить тарифы для европейской и сибирской части страны. Для нас это самая настоящая катастрофа, и этому надо всячески противостоять. У нас себестоимость киловатта практически в два раза ниже, чем в европейской части, и это наше конкурентное преимущество. Если мы его потеряем, то лично я не вижу перспектив для развития промышленности в Красноярском крае.

- Что вы получите в итоге, урегулировав отношения со всеми ФПГ?

- 2003 год - это год стабилизации. В этом году мы должны добиться, чтобы в бюджет Красноярского края поступали все налоги, какие мы должны получать. По моей оценке, это увеличит нашу доходную базу на 2-2,5 млрд рублей. Проще говоря, в 2003 году мы занимаемся наведением элементарного порядка. Затем начнется оптимизация бюджетных расходов. Это плюс еще один миллиард рублей. Однако это очень сложный процесс, и за один год мы не управимся. В чем смысл идеи? При сохранении объема и качества услуг снизить их стоимость. Условно говоря, сегодня мы оказываем населению социальных услуг на 10 млрд. Это столько-то медикаментов, столько-то продовольствия, столько-то учебников... Если мы этот процесс сможем централизовать (через систему государственного заказа, через открытые тендеры), я отвечаю - мы получим не менее 30 процентов экономии. Бюрократическая машина, конечно, сопротивляется, но мы все это уже проходили.

- Как я понимаю, примерно те же методы вы намерены применить и при реформировании системы ЖКХ Красноярского края?

- До тех пор, пока в этом секторе экономики не будет реальной конкуренции, пока там не появятся управленцы, которые будут зарабатывать, а не воровать, никаких изменений в ЖКХ не произойдет. Представьте - сидит в тресте чиновник, государственный служащий, получающий государственную зарплату. Для него же чем хуже, тем лучше. Стало совсем плохо - он пошел наверх бить кулаком по столу: "У меня все валится. Дайте мне денег". И никуда не денемся - дадим, причем столько, сколько нужно, потому что дома действительно рушатся, а трубы лопаются. Слушайте - чтоб я так жил!

Сегодняшний уровень тарифов естественных монополий для ЖКХ, поверьте мне, вполне достаточен, чтобы сюда пришел крупный бизнес. Если у нас в умирающем Сосновоборске ЖКХ уже прибыльно, согласитесь, в этой отрасли есть смысл работать. Однако это не значит, что все коммунальные системы нужно немедленно продать в частный сектор. Конечно же нет! Нужно нанять хороших менеджеров, способных навести порядок. Это дорого, и напрямую заплатить столько, сколько они должны получать, бюджет не может. Поэтому нужно создать условия, при которых хороший менеджер может заработать. Как это сделать? Подписать концессионное соглашение, в рамках которого ему передаются в аренду основные фонды сроком на 7-10 лет. Ставится условие - тарифы ни на копейку не повышаются, он обязуется инвестировать в отрасль 20-30 млн долларов и по истечении срока аренды вернуть все фонды в муниципальную собственность. Существующих тарифов, еще раз повторю, вполне хватает и на текущие расходы, и на инвестиции. Поэтому брать ЖКХ в концессию выгодно. Первые три года человек вкладывается, но в течение следующих семи лет зарабатывает.

- В Красноярском крае уже есть люди, которые готовы работать в ЖКХ на таких условиях?

- Вы считаете, что если мы вчера приняли такое решение, то завтра появятся инвесторы? Это непростой процесс. Первый год к нам будут присматриваться, и только на второй пойдут реальные инвесторы.

- А Красноярский край готов к приему действительно серьезных инвестиций?

- Почти готов. Почти, потому что идей много, а просчитанных экономических проектов - очень мало.

- Поэтому сейчас вы готовы давать личные гарантии под такие проекты?

- Я всячески буду поддерживать инвесторов и готов дать им личные гарантии, что установленные для бизнеса правила меняться не будут. Но это сейчас для меня не главное. Сейчас надо задуматься о том, что мы будет делать через 5-6 лет и не придется ли нам вывозить людей отсюда? Для этого надо решить, что такое Красноярский край в российской экономике, и тогда станет ясно - в какие именно отрасли нужно привлекать инвестиции.

- А у вас есть представление о том, чем край должен заниматься и куда двигаться?

- Для меня очевидно, что наш стратегический партнер - Китай. Это тот рынок, на который мы должны ориентироваться. Все российские регионы до Урала уже давно работают с Европой, и мы не в состоянии с ними конкурировать - транспортные тарифы съедают все наши преимущества в энергетике и квалифицированной рабочей силе.

- То есть это стратегически невыгодно?

- Конечно. Москва и Санкт-Петербург - это те ворота, через которые сейчас идет внедрение нашей экономики в европейское сообщество. Город же Красноярск - ворота на Восток. И здесь нам надо выбрать себе партнера среди российских регионов. С моей точки зрения, это может быть Приморский край, именно с ним мы должны наладить самые тесные отношения. Но для начала мы должны обыграть Новосибирск и сами создать всю необходимую инфраструктуру для транспорта - авиационный хаб, современный железнодорожный узел. Еще нам необходимо переиграть Иркутск - развивать свою лесную и лесоперерабатывающую отрасли, а нашими воротами на Восток станет Приморский край. Как только мы этот путь "из варяг в греки" построим - будет понятно, как должна работать наша энергетика, куда будут двигаться товарные потоки, как малый и средний бизнес должны развиваться, чем мы должны торговать.

- У вас есть люди, которые могут заняться этим?

- Конечно. Проблема в другом. Перед людьми десять лет была стена. Когда ты десять лет варишься в собственном соку - перестраиваться сложно. Поэтому нужна свежая кровь. У нас очень качественная молодежь, до которой просто нужно правильно довести все эти мысли. Ну, например, когда мы прекратим размышлять о том, что "у нас гигантский машиностроительный комплекс, и мы должны..." Ребята, это прошлый век. Ну не будем мы "боинги" выпускать - мы слишком сильно отстали от конкурентов. Они по 200 машин делают, а мы выпустим полтора самолета и радуемся. У них цена, качество машин, технологии - все другое. А вот малая авиация - это наше. Тут с нами никто не может конкурировать, потому что только мы понимаем - какая тут на самом деле нужна машина. Это действительно наш рынок. Мы много еще чего можем - делать катализаторы для автомобилей, перерабатывать древесину, производить качественную продукцию из угля и неплохие медикаменты - в общем, мы в состоянии делать все, что имеет спрос на азиатском рынке. Но как только мы начнем делать то, что производят в европейской части страны, мы себя похороним.

- Судя по нашествию высокопоставленных чиновников и политиков, отношения с федеральным центром у Красноярского края налаживаются?

- Я от этого устаю больше всего. Но даже если половина встреч будет чистой воды пиаром, я все равно буду принимать этих людей. Это еще один способ донести информацию о нашем регионе. Так мы заявляем о себе и создаем новый имидж края. У нас на самом деле в Москве была плохая репутация. Нас на уровне министерств и ведомств постоянно путают с Краснодарским краем. Сейчас ситуация меняется. Поэтому пусть едут - этому надо радоваться. На самом деле мне сейчас больше надо находиться в Москве и работать там - много возможностей уплывает. Но я пока не могу этого сделать - здесь проблем хватает. Однако многое из того, чем я сейчас занимаюсь, не губернатор должен делать, а машина - команда должна работать.

- А команда еще не создана?

- Это процесс. Мы притираемся, кто-то выдерживает наш ритм работы, кто-то нет. Сейчас еще много дублирующих структур и функций у нас в администрации. Да и система бюрократии сильно развита. Чиновники переписываются между собой, сидя в соседних кабинетах. Но людей приучили так работать. У чиновника на самом деле отняли все стимулы для нормальной работы. Ну почему он должен сегодня надрываться ради 4-5 тысяч рублей. Я не говорю, что чиновникам нужно по 50 тысяч зарплату сделать. Посмотрите, какие раньше стимулы были - и пайки, и зарубежные командировки, и жилье, и автомобиль можно было купить. Это нужно возрождать. А то у нас в администрации сегодня премии выписывают за работу с компьютером. Увольнять надо, если ты не умеешь с компьютером работать, а мы себе премии выписываем.

- Другая столь же сложная отрасль - агропромышленный комплекс. У вас уже есть какая-то политика в этой сфере?

- Красноярский край - это зона экстремального земледелия. Мы априори работаем в более сложных климатических условиях, чем тот же Краснодар. Поэтому для начала нам нужно определить, какую конкурентоспособную сельхозпродукцию мы можем производить. Затем нужно провести зонирование - определить, какие районы должны заниматься выращиванием пшеницы, какие - мясом, какие - птицей, какие - переработкой. Это не самая сложная задачка. Очевидно же, что не надо нам выращивать помидоры в северном Туруханском районе или в Норильске свинофермы держать. Никогда там не будет качественного мяса или молока по нормальной цене. Золотое оно получается. Теперь задачка номер два. Сколько у нас в крае работоспособных хозяйств, причем и в частном, и в государственном секторах, и у фермеров? По моим предварительным расчетам получается примерно 100. После этого начинаем решать следующую проблему - диспаритет цен. Для того, чтобы Красноярский край себя мог прокормить и начать продовольственную интервенцию в соседние регионы, нам нужно защитить своего производителя от внешнего демпинга. Те же новосибирцы везут в Красноярск свою продукцию по таким ценам, что наши хозяйства действительно не в состоянии с ними конкурировать. Мы будем помогать, но деньги получат только те, кто будет работать по установленным нами нормативам. Есть хороший руководитель хозяйства, а есть раздолбай, который ничего не делает и для которого чем хуже, тем лучше. У него коровы дохнут, доярки пьяные, бульдозеристы... совсем пьяные, а он называет себя агропромышленным комплексом - подавай ему деньги, финансируй. Все, родной, такого у нас больше не будет. Теперь будем работать по нормативам. Работать у тебя должно столько-то единиц техники и такое-то количество людей с нормальной зарплатой. А то у нас в крае есть птицефабрики, где на один килограмм привеса курицы шесть килограммов кормов тратят. Это же неправильно - должно быть два, максимум три килограмма. Выясняем, что мешает, - оказывается, курица у них плохая. Если взять французскую, то там на килограмм привеса полтора килограмма кормов требуется. Но это же совсем другое дело - это инвестиции, и в это я готов вкладываться - покупайте этих кур, занимайтесь селекцией. Вот это нормальный процесс. Следующая задача - что делать с людьми, которые не смогли вписаться в установленные нормативы. Так вот, ребята, не надо называть себя колхозом или совхозом и не надо ехать в город искать работу - оставайтесь в селе, занимайтесь подсобным хозяйством. Я готов с вами подписать социальный договор - дать трактор, корову, дополнительный участок земли, семена и, главное, покупать вашу продукцию. Денег от вас я не требую - возвращайте долг продовольствием. Я понимаю, что из 100 семей 50 все пропьют. Но остальные будут работать, и у них появятся деньги, на которые они смогут и детей выучить, и дом поправить, и хозяйство развивать.

- Что делать тем, кто не впишется и в эти правила?

- Не впишется бездельник. Я понимаю пенсионеров, ветеранов, инвалидов и буду их защищать. Эти люди слишком много отдали государству, чтобы их вот так выбрасывать из жизни. Все остальные должны зарабатывать. Зарабатывать, а не воровать. Мы очень хорошо умеем воровать, причем в любом сегменте экономики. Вакансии искусственные создаем, пишем немыслимое количество ставок. Как ты себе пишешь четыре ставки, если в сутках всего 24 часа? Я считаю, что каждый молодой человек в состоянии заработать себе на жизнь. Лично вам много в жизни помогало государство? Почему сейчас все ходят и просят - "Помоги". Даже малый и средний бизнес и те - "Дай!" - "Создай условия" - это да, но "дай" у нас в Красноярском крае больше не проходит.

Generic placeholder image
Александр Макаров
Люблю исследовать биографии интересных людей




Ваш комментарий (*):
Я не робот...

Лучшие недели


Удивительный малыш
Посетило:680
Харли Лейн
Игорь Касилов
Посетило:7121
Игорь Касилов
Королева подиума
Посетило:503
Кейт Мосс

Добавьте свою новость

Здесь
Администрация проекта admin @ peoples.ru
history