Росатом предлагает помощь в деликатной миссии: вывоз иранского урана
21.04.2026 05:40:40
30 ноября 1949 года валлиец Тимоти Эванс вошёл в полицейский участок в Мертир-Тидвиле. Он был встревожен. Полиция спросила, что случилось.
«Моя жена мертва», — сказал он.
«Где она?» — спросили офицеры.
«Я засунул её в канализацию».
Так начался один из самых печально известных случаев судебной ошибки в британской истории — история невиновного человека, которого повесили за убийство, совершённое серийным маньяком, жившим этажом ниже.
Тимоти Джон Эванс родился 20 ноября 1924 года в шахтёрском городке Мертир-Вейл в Южном Уэльсе. Его детство было безрадостным с самого начала. Отец покинул семью ещё до рождения Тимоти, оставив мать Томасину одной с тремя детьми.
Мальчик рос болезненным. Ему было трудно научиться говорить, в школе он не успевал. Частые болезни заставляли пропускать занятия, что ещё больше усугубляло его отставание. Тимоти так и не научился толком читать и писать — он мог только подписать своё имя. У него была интеллектуальная недостаточность, по современным меркам его IQ был ниже среднего.
Чтобы компенсировать собственные неудачи, мальчик начал выдумывать хвастливые истории о себе. Он рассказывал фантастические небылицы о своих якобы героических поступках. Эта привычка — патологическая склонность ко лжи — позже сыграет роковую роль в его судьбе.
В 1939 году Тимоти перебрался в Лондон, в неблагополучный район Ноттинг-Хилл. Он работал водителем грузовика, злоупотреблял алкоголем и был известен своим вспыльчивым характером.
20 сентября 1947 года, в возрасте 22 лет, он женился на Берил Сюзанне Торли, девушке, которую встретил на слепом свидании в январе того же года. Ей было 17. По словам современников, Берил была примерно такой же ограниченной, как и её муж. Сначала молодожёны жили с семьёй Эванса на Сент-Маркс-роуд, но когда Берил забеременела в 1948 году, они переехали в собственную квартиру.
Адрес: Риллингтон-плейс, 10. Верхний этаж.
Этажом ниже жил мужчина по имени Джон Кристи.
Риллингтон-плейс была мрачной, ветхой улицей в районе Лэдброк-Гроув. Дом номер 10 выглядел особенно унылым — покосившийся викторианский особняк, разделённый на квартиры. В квартире первого этажа проживал Джон Реджинальд Халлидей Кристи, 49-летний служащий почтового отделения, и его жена Этель.
Кристи был тихим, вежливым человеком. Он служил в Первой мировой войне, что, по его словам, подорвало его здоровье и голосовые связки — он разговаривал тихим, хриплым голосом. В обществе его считали добропорядочным гражданином — во время Второй мировой войны он служил специальным констеблем в резервной полиции.
Но за этой респектабельной маской скрывался извращённый убийца.
Ещё в 1944 году Кристи убил двух женщин, похоронив их тела в саду дома на Риллингтон-плейс. Для поддержки забора он использовал бедренную кость одной из жертв. Когда его собака выкопала в саду череп, Кристи спрятал его в разбомблённом здании. Позже череп нашли дети и передали в полицию, которая его проигнорировала.
10 октября 1948 года у Тимоти и Берил родилась дочь Джеральдина. Но рождение ребёнка не укрепило брак — напротив, оно создало дополнительное напряжение. Молодая пара постоянно ссорилась. Берил плохо справлялась с домашним хозяйством и управлением семейным бюджетом. Тимоти пропивал зарплату и в пьяном виде накидывался на жену с кулаками. Их скандалы были настолько громкими, что соседи всё слышали.
Кристи внимательно наблюдал.
Осенью 1949 года Берил снова забеременела. Но семья уже с трудом справлялась с одним ребёнком — денег катастрофически не хватало. Аборт в Великобритании был нелегальным, но Берил отчаянно хотела избавиться от нежелательной беременности.
Джон Кристи, услужливый сосед, предложил помощь. Он утверждал, что обладает медицинскими познаниями и может провести процедуру. Берил согласилась.
Утром 8 ноября 1949 года Тимоти Эванс ушёл на работу, оставив жену на попечение Кристи. Вечером, когда он вернулся домой, сосед сообщил ему ужасную новость: Берил мертва. Операция пошла не так.
Кристи заверил перепуганного Эванса, что избавится от тела, сбросив его в канализацию. Он пообещал найти семейную пару, которая усыновит маленькую Джеральдину. Эванс должен был уехать из Лондона, пока всё не уляжется.
Испуганный и растерянный, не обладающий достаточным интеллектом, чтобы здраво оценить ситуацию, Тимоти послушался. Он продал мебель, уволился с работы и уехал в Уэльс к родственникам. Дочь он оставил с Кристи — «до тех пор, пока не найдутся приёмные родители».
Но Джеральдина никогда не была передана приёмной семье. Кристи задушил её тем же вечером.
Через три недели мать Тимоти, Томасина, разыскала сына. Она была в ярости — он бросил работу, распродал имущество, исчез без объяснений. Под натиском допросов измученный Эванс наконец признался ей, что Берил мертва.
Томасина немедленно отправилась в полицию.
30 ноября 1949 года Тимоти Эванс сам явился в участок в Мертир-Тидвиле. То, что он рассказал полиции, стало первым из трёх признаний — каждое из которых противоречило предыдущему.
Первое признание: Тимоти сказал, что случайно убил Берил, дав ей какую-то жидкость для прерывания беременности. Он засунул тело в канализацию. Полицейские решили проверить его рассказ. Они отправились к дому на Риллингтон-плейс и попытались открыть люк канализации во дворе. Им потребовалось трое офицеров, чтобы поднять крышку. Стало очевидно: Эванс лжёт. Слабосильный невысокий мужчина физически не мог сделать это в одиночку. Когда его спросили об этом, Эванс растерялся и начал менять показания.
Второе признание: На этот раз Эванс рассказал другую историю. Его сосед Джон Кристи предложил сделать аборт Берил. Утром 8 ноября Тимоти ушёл на работу, оставив жену в руках «опытного» соседа. Вечером Кристи сообщил ему, что операция провалилась и Берил умерла. Кристи обещал избавиться от тела и найти приёмных родителей для Джеральдины.
Полиция отправилась на Риллингтон-плейс и допросила Джона Кристи. Он всё отрицал. Кристи и его жена Этель утверждали, что ничего не знают о смерти Берил, что они слышали громкие ссоры между супругами Эванс 8 ноября и глухой удар, доносившийся из их квартиры. После этого они больше не видели ни Берил, ни Джеральдину.
Полицейские решили, что Эванс — лжец и фантазёр, и покинули дом. Но когда стало очевидно, что Берил и Джеральдина действительно исчезли, они вернулись и провели обыск.
2 декабря 1949 года в маленькой пристройке-прачечной размером полтора на два метра полиция обнаружила разлагающиеся тела Берил Эванс и её дочери Джеральдины. Обе были задушены.
Тимоти Эванса арестовали. Его поместили в одиночную камеру на два дня, а затем передали лондонской полиции. В участке Ноттинг-Хилла ему показали одежду жены и дочери, а также удавку, которой задушили Джеральдину.
Тимоти испытал шок. Позже он скажет, что узнал о смерти дочери только в этот момент — он искренне верил, что Кристи устроит её в приёмную семью.
Третье и четвёртое признания: Под давлением полиции Эванс подписал ещё два признания. Позже выяснится, что эти признания были написаны самими полицейскими — Эванс просто поставил подпись после того, как ему их зачитали. Не умея читать, он подписывал документы, содержание которых толком не понимал.
В этих признаниях он якобы подробно описывал, как убил жену и дочь в приступе гнева. Позже Эванс утверждал, что боялся побоев со стороны полиции, если не подпишет. Также он признавался, что, узнав о смерти дочери, «был в таком отчаянии, что ему было всё равно, что с ним будет».
Полиция приняла четвёртое признание за чистую монету.
11 января 1950 года Тимоти Эванс предстал перед судом в здании Олд-Бейли. Его обвиняли в убийстве дочери Джеральдины, хотя в показаниях фигурировала и смерть Берил — прокуроры связывали оба преступления как единый акт.
Защищал Эванса адвокат Малкольм Моррис из фирмы Freeborough, Slack, and Company. Моррис несколько раз встречался с Эвансом в тюрьме. Тимоти рассказывал, что подписал признания из страха перед полицией. Это была важная информация для защиты от ложного признания. Но Моррис, похоже, считал своего подзащитного очевидно виновным и не прилагал особых усилий. Он даже не провёл собственного расследования.
Судил дело мистер Джастис Льюис, чьё здоровье быстро ухудшалось. Обвинение возглавлял прокурор Кристмас Хамфрис. Его главным свидетелем был Джон Кристи.
Эванс отказался от своих признаний и обвинил в убийствах соседа. Но его слово шло против слова респектабельного Джона Кристи — бывшего полицейского, ветерана войны, тихого служащего почты.
Кристи на свидетельском месте производил превосходное впечатление. Он говорил тихим, едва слышным голосом, тщательно обдумывал каждый ответ, был вежлив и подробен. Он упоминал о своей военной службе и многочисленных недугах, от которых страдал. Он сыпал деталями, изображал из себя и героя, и жертву. Присяжные видели перед собой добродетельного человека, который делал всё возможное, чтобы помочь правосудию.
Жена Кристи, Этель, подтвердила его показания. Супруги Кристи утверждали, что слышали громкие ссоры 8 ноября и глухой удар из квартиры Эвансов.
Защита попыталась подчеркнуть криминальное прошлое Кристи — он был мелким вором и однажды провёл шесть месяцев в тюрьме за то, что ударил женщину по голове крикетной битой. Но защите не удалось найти мотив, по которому респектабельный Кристи убил бы двух людей. Зато у обвинения был мотив для Эванса — семейные ссоры, финансовые проблемы, нежелательная беременность.
Журналист Людовик Кеннеди, позже тщательно изучивший дело, напишет: «Ужасно, что английский судья мог настолько грубо исказить правду». Судья в своём резюме фактически предопределил вердикт.
Суд длился всего три дня. Многие ключевые улики не были представлены или не показаны присяжным. Процесс превратился в состязание слов Эванса против слов Кристи.
Присяжные совещались всего 40 минут.
Вердикт: виновен.
Приговор: смертная казнь через повешение.
20 февраля 1950 года апелляция Эванса была отклонена. Лорд-главный судья Годдард, мистер Джастис Селлерс и мистер Джастис Хамфрис отклонили все доводы защиты.
Мать Тимоти посетила его в тюрьме.
«Я этого не делал, мам, — сказал он ей. — Это Кристи».
9 марта 1950 года в тюрьме Пентонвилл Тимоти Джон Эванс был повешен палачом Альбертом Пьерпойнтом. Ему было 25 лет.
До последней минуты он утверждал, что невиновен.
После казни Эванса жизнь Джона Кристи пошла под откос. Он потерял работу на почте. С женой Этель участились скандалы. В декабре 1950 года Этель исчезла. Кристи сообщил друзьям, что она уехала к родственникам в Шеффилд. На самом деле он задушил её и спрятал тело под половицами в гостиной.
Кристи распродал мебель, чтобы заплатить аренду, а потом съехал с Риллингтон-плейс, оставив счета неоплаченными.
Новый жилец, мистер Браун, решил повесить полку в бывшей квартире Кристи. Когда он постучал по стене, она оказалась полой. Браун посветил фонариком внутрь и увидел то, что выглядело как тело обнажённой женщины.
Он не мог знать, что вот-вот откроется настоящая история ужасов.
В доме номер 10 на Риллингтон-плейс полиция обнаружила шесть женских тел. Три были спрятаны в облицованной обоями алькове на кухне. Этель лежала под половицами в гостиной. Ещё двое жертв были захоронены в саду — те самые женщины, которых Кристи убил в 1944 году.
Среди жертв — Берил и Джеральдина Эванс.
31 марта 1953 года полицейский констебль Томас Леджер задержал мужчину на набережной возле моста Патни. У подозрительного типа при обыске обнаружили старую газетную вырезку о деле Тимоти Эванса.
Это был Джон Кристи.
Под допросом Кристи сначала признался только в убийстве женщин из алькова и своей жены. Когда ему сказали о скелетах в саду, он взял на себя ответственность и за эти смерти.
Затем он четыре раза признавался в убийстве Берил Эванс. Кристи утверждал, что Берил была в отчаянии из-за беременности. Используя резиновую трубку, подключённую к газовому крану, он дал ей подышать «лечебной смесью от бронхита» — на самом деле это был угарный газ. Когда Берил потеряла сознание, он задушил её.
Убийство Джеральдины Кристи отрицал. Но практически все были уверены: он убил обеих.
22 июня 1953 года Джон Кристи предстал перед судом в том самом зале Олд-Бейли, где когда-то помог осудить невиновного человека. Ему предъявили обвинение в убийстве жены. Кристи заявил: «Виновен, но невменяем».
На суде он снова признался в убийстве Берил Эванс.
Присяжные не поверили в его невменяемость. Вердикт: виновен.
15 июля 1953 года Джон Реджинальд Кристи был повешен в тюрьме Пентонвилл. Палачом был Альберт Пьерпойнт — тот самый, который казнил Тимоти Эванса три года назад.
Когда Пьерпойнт надевал петлю на шею Кристи, тот пожаловался: «У меня чешется нос, но я не могу почесать — руки связаны».
«Долго это вас не побеспокоит», — спокойно ответил палач.
Признание Кристи естественным образом породило вопрос: не был ли Тимоти Эванс невиновен?
6 июля 1953 года министр внутренних дел Дэвид Максвелл-Файф назначил официальное расследование. Его возглавил Джон Скотт Хендерсон, королевский адвокат и рекордер Портсмута. У комиссии был мрачный дедлайн: Кристи должны были казнить 15 июля — всего через девять дней.
Хендерсон допросил Кристи в тюрьме. Убийца заявил, что плохо помнит детали убийства шести человек. Он не мог точно сказать, убивал ли он Берил или нет — он «не отрицал, что мог это сделать», но и не подтверждал уверенно.
Через неделю комиссия Хендерсона завершила работу с выводом: «Нет сомнений», что Тимоти Эванс виновен в смерти Берил и Джеральдины.
Общественность была в ярости. Всем было очевидно: расследование провели для галочки, чтобы защитить репутацию полиции и судебной системы.
В 1961 году журналист и правозащитник Людовик Кеннеди опубликовал книгу «Десять Риллингтон-плейс». Это была разгромная критика суда над Эвансом и расследования 1953 года. Кеннеди доказывал, что Тимоти говорил правду во втором признании. Как неграмотный человек с интеллектуальной недостаточностью, он легко поддался манипуляциям Кристи. Патологическая склонность Эванса ко лжи и опора обвинения на показания настоящего убийцы сформировали фатальную комбинацию, которая отправила невиновного человека на виселицу.
Книга стала бестселлером. Общественное мнение менялось. Дело Тимоти Эванса стало одним из главных аргументов противников смертной казни.
В 1965 году редактор газеты Northern Echo Гарольд Эванс и Людовик Кеннеди сформировали Комитет Тимоти Эванса. Они вели длительную кампанию, и министр внутренних дел сэр Фрэнк Соскис назначил новое расследование под председательством судьи Высокого суда сэра Дэниела Брабина.
В 1966 году комиссия Брабина пришла к странному выводу: «Более вероятно», что Эванс убил жену, но не убивал дочь. Поскольку официально его судили только за убийство Джеральдины, Эвансу было даровано посмертное помилование.
Но семья не сдавалась.
В 2003 году независимый оценщик Министерства внутренних дел, лорд Бреннан, пришёл к иному выводу: «Осуждение и казнь Тимоти Эванса за убийство его ребёнка были неправомерными и являлись судебной ошибкой. Нет никаких доказательств причастности Тимоти Эванса к убийству жены. Она, скорее всего, была убита Кристи».
Министерство внутренних дел выплатило сёстрам Эванса, Мэри Уэстлейк и Эйлин Эшби, компенсацию ex gratia за судебную ошибку.
В 2004 году Высокий суд признал, что Тимоти Эванс не убивал ни жену, ни ребёнка.
Но формально отменить приговор суд отказался — посчитав, что «нет ощутимой выгоды» отменять приговор казнённому человеку, хотя судьи и согласились, что «Тимоти Эванса следует действительно считать невиновным».
Дом номер 10 на Риллингтон-плейс был снесён. На его месте разбили сад. Саму улицу переименовали в Растон-мьюс.
В 1971 году режиссёр Ричард Флейшер снял фильм «10 Риллингтон-плейс» с Джоном Хёртом в роли Тимоти Эванса и Ричардом Аттенборо в роли Джона Кристи. В 2016 году BBC сняла собственную драматизацию этой истории.
Дело Тимоти Эванса — наряду со случаями Дерека Бентли и Рут Эллис — сыграло решающую роль в отмене смертной казни в Великобритании. В 1965 году смертная казнь была приостановлена на пятилетний испытательный срок, а в 1969 году полностью отменена.
Фолк-певец Юэн Макколл написал балладу «Баллада о Тиме Эвансе» (также известную как «Спустись вниз, убийца»). В последнем куплете пелось: «Тима Эванса отправили на виселицу за преступление, которого он не совершал / Убийцей был Кристи, и судья с присяжными тоже». Многие радиостанции отказывались транслировать эту строфу.
Полиция допустила чудовищные ошибки. Если бы они провели тщательный обыск сада дома на Риллингтон-плейс, они нашли бы кости двух предыдущих жертв Кристи. Суд над Эвансом, возможно, вообще не состоялся бы.
Череп, который выкопала собака Кристи и который дети нашли и передали полиции, был проигнорирован. Бедренная кость, которой Кристи подпирал забор, осталась незамеченной. Классический случай туннельного зрения — полиция принимала только те улики, которые подтверждали их теорию, игнорируя всё остальное.
Улики, которые могли спасти Эванса от виселицы, буквально лежали у полиции под носом.
Тимоти Эванс был невиновен. Это признано официально. Но справедливость пришла слишком поздно — через 16 лет после его казни.
Он был неумным, склонным ко лжи, алкоголиком с тяжёлым характером. Но он не был убийцей.
Его повесили за преступление, которое совершил другой человек — серийный убийца, который затем свидетельствовал против него в суде и чья ложь отправила невиновного на виселицу.
Палач, который повесил Эванса, через три года повесил Кристи. Это была жестокая, запоздалая ирония.
Случай Тимоти Эванса остаётся одним из самых вопиющих примеров судебной ошибки в британской истории. Он стал аргументом, который невозможно опровергнуть: когда государство убивает невиновного, это невозможно исправить. Смерть необратима.
Песня Юэна Макколла была права. Убийцей был Кристи. И судья с присяжными — тоже.
Тимоти Эванс
| Родился: | 20.11.1924 (25) |
| Место: | Мертир Тидфиле (GB) |
| Умер: | 09.03.1950 |
| Место: | Лондон (GB) |
