Путин: Будущее России решается в детских комнатах
22.01.2026 05:13:20
Летом 1918 года в больнице святого Пантелеймона для душевнобольных появился странный пациент. Генерал-майор Свиты Его Императорского Величества, еще недавно распоряжавшийся безопасностью последнего русского царя, теперь притворялся сумасшедшим, чтобы избежать расстрела большевиками. Владимир Воейков, которого современники называли то «человеком талантливым», то «генералом от кувакерии», совершал свой последний побег — из страны, которую он знал совсем иной.
Владимир Николаевич Воейков родился 2 августа 1868 года в Царском Селе — месте, где сплетались судьбы русской аристократии. Его появление на свет стало очередным звеном в цепи родов, служивших российским императорам на протяжении поколений. Отец, Николай Васильевич Воейков, генерал от кавалерии, был генерал-адъютантом двух императоров — Александра II и Александра III. После убийства Александра II террористами в 1881 году он остался единственным из свиты, кто не покинул пост при новом царе.
Мать, Варвара Владимировна, урожденная Долгорукова, принесла в семью не меньший вес. Она была дочерью московского генерал-губернатора Владимира Андреевича Долгорукова. Через материнскую линию к Воейковым перешли обширные имения в Нижне-Ломовском уезде Пензенской губернии — Каменка, Студенец, Ростовка, Кувака, Головинская Варежка. Всего четырнадцать тысяч четыреста девятнадцать десятин земли.
Дед Владимира по отцовской линии, Василий Петрович Воейков, был настолько сведущ в коннозаводческом деле, что сам император Николай I пригласил его управлять Воронежским Государственным Конским Заведением. Лошади и служба трону — две страсти, которые передавались в роду Воейковых по наследству.
Образование Владимир получил в Пажеском корпусе — учебном заведении, готовившем элиту офицерского корпуса империи. В 1887 году он был выпущен по первому разряду корнетом в лейб-гвардии Кавалергардский полк — тот самый, где служил его отец. Это был не просто полк, а символ престижа, олицетворение близости к трону.
Служба шла по восходящей: в 1891 году — поручик, в 1898-м — штаб-ротмистр, в 1901-м — ротмистр. Но настоящее испытание ждало впереди. Во время Русско-японской войны 1904-1905 годов Воейков отправился в Маньчжурию в составе Красного Креста. Война обернулась для России катастрофой, но Воейков на этом фоне показал себя умелым организатором. Он был назначен председателем Распорядительного комитета особой комиссии Главного управления Красного Креста по размещению больных и раненых воинов. За эту работу получил благодарность сначала от императрицы Александры Федоровны, затем от самого императора.
Вернувшись с войны, Воейков дослужился до помощника командира Кавалергардского полка. В 1907 году последовало новое назначение — командующий лейб-гвардии Гусарским Его Величества полком. Именно здесь раскрылась еще одна грань его личности — страсть к физическому воспитанию и спорту.
В гусарском полку Воейков ввел революционную систему обучения гимнастике и организовал регулярные спортивные состязания. Для начала XX века это было новаторством. Россия только начинала открывать для себя спорт в современном понимании, и Воейков стал одним из пионеров этого движения.
В 1909 году он был произведен в генерал-майоры с зачислением в Свиту Его Императорского Величества. Одновременно разработал «Наставление для обучения войск гимнастике». В 1912 году Воейкова избрали почетным председателем первого Российского олимпийского комитета, и он возглавил российскую делегацию на V Олимпийских играх в Стокгольме.
Кульминацией его спортивной деятельности стало назначение в июне 1913 года на должность «Главнонаблюдающего за физическим развитием народонаселения Российской империи». Звучит почти фантастически, но такая должность действительно существовала. Воейков фактически стал главой российского олимпийского движения, отвечал за развитие физкультуры в стране, разрабатывал программу «Мобилизация спорта» для молодежи призывного возраста.
На протяжении всей жизни Воейков вел здоровый образ жизни, был убежденным пропагандистом спорта и гимнастики. Эта черта выделяла его среди офицеров того времени, для которых главными развлечениями были карты и шампанское.
В 1894 году Воейков сделал блестящую партию, женившись на Евгении Владимировне Фредерикс, дочери барона Владимира Борисовича Фредерикса, который в 1897 году стал министром Императорского Двора. Этот брак открыл Воейкову двери в самые закрытые круги придворной жизни. Евгения Валентина Жозефина (так звучало ее полное имя) была фрейлиной двора с 1890 года и знала все тонкости придворного этикета.
Через тестя Воейков оказался в эpicентре власти, но не был простым протеже. Его собственные качества — организаторские способности, энергичность, светская любезность и юмор — делали его желанной фигурой при дворе.
В 1910 году судьба связала Воейкова с императорской семьей еще одной нитью: он стал крестным отцом царевича Алексея. В том же году начал строительство летней резиденции для наследника престола вблизи станции, которая впоследствии получила название Воейковская.
24 декабря 1913 года последовало назначение, определившее место Воейкова в истории. Он стал дворцовым комендантом — одним из ближайших к императору Николаю II лиц, ответственным за безопасность царской семьи и организацию всех официальных мероприятий во дворцах.
На этом посту Воейков оказался в сложнейшей ситуации. Империя катилась к катастрофе, но внутри дворцовых стен пытались сохранить видимость нормальной жизни. Министр Императорского Двора граф Фредерикс, тесть Воейкова, старел и болел, все меньше контролируя происходящее. Воейков фактически стал первым лицом в окружении государя.
По воспоминаниям Александра Мосолова, начальника канцелярии министра Императорского Двора, Воейков был человеком талантливым, не лишенным светской любезности и юмора, равно как и придворной ловкости. Но когда Фредерикс из-за болезни перестал его сдерживать, Воейков стал полным и безответственным распорядителем полиции при дворе.
Современники отзывались о нем неоднозначно. Одни видели в нем преданного слугу царя, другие — интригана и карьериста. Осенью 1916 года до Николая II дошла информация о готовящихся заговорах против императора. Эти сведения были переданы царю именно через Воейкова.
Параллельно с придворной службой Воейков активно развивал хозяйство в своих пензенских имениях. В 1913 году в имении Кувака он основал производство по разливу минеральной воды из местных источников. Воейков построил каптаж при содействии инженера Дрейера, соединил его с разливной камерой водопроводными магистралями. Производство было поставлено на промышленную основу — завод мог выпускать сто тысяч бутылок воды в год.
Минеральную воду «Кувака» Воейков рекламировал всюду, где только мог, продавал ее в России и Западной Европе. За это получил прозвище «генерал от кувакерии» — насмешка, в которой звучала и зависть к его предпринимательской хватке.
В селе Каменка, центре его владений, Воейков развернул масштабное строительство. В 1910 году заложил дворец в стиле итальянской виллы, разбил роскошный парк с редкими породами деревьев. За короткий срок в селе появились банк, почта, две мельницы, кирпичный завод, складские помещения при станции. Воейков содержал конный завод, откуда лошади поставлялись в кавалерию. Начал сажать сахарную свеклу, планируя создание сахарного завода.
Воейков был попечителем Покрово-Николаевского женского монастыря в селе Вирга. В его имении открыли мастерские по художественному рукоделию для крестьянок. Во время Первой мировой войны часть усадьбы оборудовали под лазарет.
В октябре 1913 года в центре Каменки открыли памятник Александру II. На церемонии присутствовали дворцовый комендант Воейков и пензенский губернатор. Это был зенит благополучия — казалось, что так будет всегда.
Февраль 1917-го разрушил мир Воейкова в считанные дни. Когда в Петрограде начались беспорядки, царь находился в Ставке в Могилеве. Воейков был рядом с ним. События развивались стремительно: войска в столице переходили на сторону восставших, Государственная дума создала Временный комитет, генералы один за другим просили царя отречься.
2 марта на станции Дно Николай II подписал манифест об отречении. Воейков присутствовал при этом. Его мир рухнул вместе с монархией, которой он служил всю жизнь.
По одной версии, Воейков хотел поехать в Тобольск вместе с государем, но император ответил отказом. По другой — генерал попытался уехать в свое пензенское имение, но было уже поздно: его сняли с поезда и арестовали. Временное правительство выслало Воейкова из Ставки и заключило в Петропавловскую крепость.
Содержался он сначала в Таврическом дворце, затем в Трубецком бастионе Петропавловской крепости — печально знаменитой политической тюрьме империи. Чрезвычайная следственная комиссия Временного правительства допрашивала последнего дворцового коменданта, но вскоре выпустила.
Летом 1918 года, когда большевики начали массовые аресты представителей старого режима, Воейкову грозила реальная опасность. И тогда он прибегнул к отчаянному трюку — притворился душевнобольным и скрылся в больнице святого Пантелеймона для психически больных. Оттуда поддерживал связь с родными, ожидая возможности для побега.
В сентябре 1918 года, узнав об аресте жены, Воейков бежал из больницы. Через Крым перебрался в Румынию, оттуда — в Финляндию. В Териоках (ныне Зеленогорск) он поселился на даче доктора Боткина вместе с женой, которой удалось освободиться.
В Финляндии Воейковы прожили до 1940 или 1946 года — источники расходятся в датах. Когда оставаться в Финляндии стало опасно из-за советско-финской войны и последующих событий, супруги перебрались в Швецию. Обосновались в пригороде Стокгольма, в городке Юрсхольм.
В 1936 году в Гельсингфорсе вышла книга Воейкова «С царём и без царя: Воспоминания последнего дворцового коменданта государя императора Николая II». Мемуары стали важным историческим источником о последних годах Российской империи.
Воейков описал события, предшествовавшие Февральской революции, весь роковой 1917 год, свои мытарства после падения монархии. В книге фигурируют все ключевые персонажи того времени — Родзянко, Распутин, Вырубова, Милюков, Керенский, Брусилов. Всецело преданный императорской семье, убежденный монархист, Воейков давал свою версию событий — версию человека, который был в эпицентре власти и наблюдал ее крушение изнутри.
Мемуары написаны живым языком, с подробностями придворной жизни, с описанием интриг внешней политики и цепочки событий, приведших к Первой мировой войне и участию в ней России. Воейков не скупился на детали быта царской семьи в Петергофе, Царском Селе, Ливадии. Описывал обе революции под придирчивым взглядом придворного, с тонким чувством юмора рассказывал о своих злоключениях в бегах.
Современники по-разному оценивали эти мемуары. Кто-то видел в них ценное свидетельство очевидца, кто-то — попытку оправдаться и обелить собственную роль в событиях.
В Швеции Воейков прожил последний год своей жизни. 8 октября 1947 года он скончался в возрасте 79 лет и был похоронен на местном кладбище в Юрсхольме. Его жена Евгения пережила супруга на три года, умерев в 1950 году.
Владимир Воейков прошел путь от блестящего офицера императорской гвардии до безвестного эмигранта в шведском пригороде. Он был свидетелем и участником эпохи, когда рушилась трехсотлетняя империя. Его судьба — типичная судьба русского дворянина начала XX века, верного присяге и оказавшегося ненужным в новой России.
Историки спорят о его роли. Был ли он талантливым администратором или карьеристом? Преданным слугой или интриганом? Вероятно, всем понемногу. Но бесспорно одно: Воейков был человеком своего времени, и его жизнь — зеркало эпохи, в котором отразились величие и крах Российской империи.
Владимир Воейков - фотография из архивов сайта
Посмотреть фото
| Родился: | 14.08.1868 (79) |
| Место: | Царское Село (RU) |
| Умер: | 08.10.1947 |
| Место: | Юршхольм (SE) |
