Людибиографии, истории, факты, фотографии

Петр Багратион

   /   

Petr Bagration

   /
             
Фотография Петр Багратион (photo Petr Bagration)
   

День рождения: 10.07.1765 года
Место рождения: Тифлис, Грузия
Дата смерти: 24.09.1812 года
Россия
Возраст: 47 лет

Гражданство: Россия

Лев русской армии (часть 3)

Полководец

"Князь Багратион - наиотличнейший генерал, достойный высших степеней" А.В. Суворов

VK Facebook Mailru Odnoklassniki Twitter Twitter Print

05.11.2004

Багратион вынужден был отказаться от намеченного марша к Минску и снова изменить направление для отступления армии. Он решил повернуть армию на Бобруйск через Несвиж, Слуцк.

Это было правильное и единственно возможное в тех условиях решение. Оно спасало 2-ю Западную армию от двойного удара превосходящих сил врага, угрозы окружения и неминуемого разгрома.

Реклама:

25 июня (7 июля) по приказу Багратиона к Несвижу были отправлены все обозы. Вслед за обозами к Несвижу выступил 8-й пехотный корпус. Остальные войска 2-й Западной армии под личным командованием Багратиона направились к Новому Сверженю, чтобы принять отступавший туда отряд Дорохова. Поздно вечером в Новом Свержено отряд Дорохова соединился с войсками 2-й Западной армии и вместе с ними на следующий день прибыл к Несвижу. Таким образом, к исходу 26 июня (8 июля) все войска 2-й Западной армии сосредоточились в Несвиже. Учитывая сильное утомление войск, изнуренных непрерывными маршами в течение 10 суток, без дневок, Багратион решил дать армии отдых. Одновременно велась деятельная подготовка войск к новому, не менее трудному и сложному маршу.

В самом начале реализации своего решения Багратиону вновь пришлось столкнуться с вмешательством в его действия царя, пытавшегося предписывать указания 2-й Западной армии без знания и учета той конкретной обстановки, в которой приходилось действовать последней.

Еще 25 июня (7 июля), когда Багратион с главными силами своей армии находился в Новом Свержено, к нему опять прибыл царский флигель-адъютант Бенкендорф с приказанием о необходимости, чтобы 2-я Западная армия обязательно двигалась на Минск. Багратиону ставилась та самая задача, осуществить которую он пытался в начале войны, но которая была отменена директивой царя, полученной в Зельве. Но если тогда, в начале войны, когда противник находился еще в Вильно, осуществление этой задачи было возможно, то теперь, когда к Минску уже подходила группа войск Даву, а с тыла наступала группа Жерома Бонапарта, выполнение этой задачи было невозможно. Более того, в случае попытки ее выполнения 2-я Западная армия могла очутиться в гибельном для себя положении.

Глубоко сознавая всю ответственность за судьбу вверенной ему армии, Багратион не мог выполнить приказание царя и решил осуществлять намеченный план. Он послал Александру письмо, в котором извещал, что 2-я Западная армия уже переменила направление своего движения, намереваясь совершить марш через Несвиж и Слуцк к Бобруйску. Это решение свидетельствует об огромном мужестве Багратиона, не побоявшегося в интересах спасения армии пойти вопреки воле царя.

Итак, 2-я Западная армия расположилась в Несвиже и готовилась к маршу на Бобруйск. Там же располагался отряд Дорохова. Казачий корпус Платова отходил на юг от Николаева и согласно решению главного командования переходил в непосредственное подчинение Багратиона. Приказ об этом Багратиону был вручен Бенкендорфом в Новом Свержено. Все это значительно облегчало положение 2-й Западной армии, отряда Дорохова и казачьего корпуса Платова, так как была устранена угроза разгрома их по частям, а действия русских войск могли быть теперь более целенаправленными.

Известив Платова о переходе казачьего корпуса в свое подчинение, Багратион приказал ему отходить на Новогрудок, Стволовичи и Снов, прикрыть тем самым сосредоточение армии в Несвиже, а затем следовать на Несвиж и служить ей арьергардом.

Лучшие дня

Герман Титов. Биография
Посетило:17726
Герман Титов
Софи Лорен: Икона стиля
Посетило:3243
Софи Лорен
Джордж Мартин: Завоеватель Престолов
Посетило:1078
Джордж Мартин

Приказание Багратиона Платов получил в ночь на 26 июня (8 июля), когда его войска уже подходили к Миру, а Новогрудок был в руках противника. Поэтому Платов решил сосредоточить корпус (без бригады Кутейникова) в Мире, а затем двигаться на Несвиж, чтобы прибыть туда, как указывал Багратион, к ночи на 29 июня (11 июля). В целях обеспечения Несвижа с запада он выслал в м. Полонечки и м. Снов три казачьих полка общей численностью в 1500 человек под командованием генерал-майора Карпова.

О принятом решении Платов донес Багратиону. Последний, одобрив это решение, предписал Платову обратить особое внимание на необходимость удерживать Мир. Лишь в случае значительного превосходства неприятельских сил казачьему корпусу разрешалось отступить к Несвижу. Удержание Мира могло обеспечивать главным силам 2-й Западной армии спокойные условия для отдыха.

Получив приказание Багратиона о необходимости удерживать Мир, Платов приступил к его выполнению. Он решил применить излюбленный тактический прием казачьей конницы - "вентерь". Сущность этого приема состояла в том, чтобы завлечь противника в засаду, а затем ударить на него со всех сторон, окружить и уничтожить. К 27 июня (9 июля) у Мира в непосредственном распоряжении Платова находилось несколько казачьих полка и 2-я Донская конно-артиллерийская рота.

В самом местечке он поставил один казачий полк, а остальные войска скрытно расположил к югу от Мира в роще Яблоновщина. Впереди Мира по дороге к Кареличам была выдвинута казачья застава из 100 казаков. По обеим сторонам дороги в скрытых местах было поставлено в засаде по сотне отборных казаков.

Ранним утром 27 июня (9 июля) в направлении на Мир перешла в наступление 2-я уланская бригада под командованием генерала Турно, входившая в состав 4-й дивизии легкой кавалерии 4-го кавалерийского корпуса. Впереди наступал 3-й уланский полк, а вслед за ним - остальные силы бригады - 15-й и 16-й уланские полки. Все три эскадрона 3-го уланского полка двигались по дороге на Мир друг за другом. Когда шедший впереди эскадрон подошел к казачьей заставе, последняя быстро стала отходить к Миру.

Противник начал преследовать казачью заставу и в пылу преследования ворвался в Мир. На южной окраине местечка казачья застава совместно с казачьим полком, стоявшим в местечке, сама перешла в наступление и оттеснила противника к западной окраине Мира. Здесь эскадрон 3-го уланского полка был усилен остальными двумя эскадронами. Противник вновь начал теснить казаков к южной окраине местечка, где неожиданно встретился с главными силами корпуса Платова, которые до этого времени скрытно располагались в роще Яблоновщина. Казаки, как свидетельствует сам Платов, "перестрелки с неприятелем не вели, а бросились дружно в дротики".

Враг был опрокинут и обратился в беспорядочное бегство. В это время засадные сотни казаков ударили на врага с флангов и с фронта. 3-й уланский полк был окружен и почти полностью уничтожен. Лишь остаткам полка удалось прорваться из окружения.

На помощь 3-му уланскому полку генерал Турно направил три эскадрона уланских полков. Однако прибытие свежих сил не спасло положения. Энергичной и дружной атакой противник вновь был опрокинут и в панике бежал.

В бою под Миром 27 июня (9 июля) со стороны русских действовало около 4 тыс. человек, а со стороны французов - свыше 2 тыс. человек. Французы потеряли 8 офицеров и 348 рядовых убитыми, ранеными и пленными. Потери русских составляли 25 человек убитыми и ранеными.

Узнав о разгроме 2-й уланской бригады под Миром, французское командование двинуло против войск Платова остальные силы 4-й дивизии легкой кавалерии.

Со своей стороны, Багратион, получив рапорт Платова о проведенном бое, приказал последнему продолжать удерживать противника у Мира. На усиление войск Платова он направил отряд под командованием Васильчикова в составе трех полков конницы.

На следующий день Платов решил повторить тактический прием, который так блестяще удался в бою 27 июня (9 июля). С этой целью он приказал арьергарду (три казачьих полка) завлекать противника по дороге от Мира на юг, а главным силам своего корпуса, расположенным скрытно в перелесках к юго-западу от д. Симаково, поставил задачу нанести противнику удар во фланг. Кроме того, он послал распоряжение бригаде Кутейникова, которая, двигаясь вслед за отрядом Дорохова, достигла к этому времени Столбцов, немедленно выступить к Симакову, чтобы совместно с главными силами корпуса принять участие в окружении и уничтожении неприятельских войск.

Однако противник учел уроки боя 27 июня (9 июля) и, опасаясь засады, проявлял осторожность. Вслед за русским арьергардом французское командование направило лишь 7-й полк 1-й уланской бригады, а остальные силы 4-й дивизии легкой кавалерии остановило у Симакова, причем 2-я бригада расположилась на юго-западной окраине деревни, а 2-й и 11-й полки 1-й бригады - на северной.

В сложившейся обстановке Платов изменил первоначальный замысел, решив разгромить врага смелым и энергичным ударом. По его приказу в 13 часов части бывшего арьергарда в составе одного казачьего, Ахтырского гусарского. Киевского драгунского полков и 2-й Донской конно-артиллерийской роты атаковали 7-й уланский полк противника и отбросили его к Симакову. Одновременно главные силы казачьего корпуса атаковали 2-ю уланскую бригаду. Наступление русских войск сразу же создало угрозу охвата левого фланга французских войск. Французское командование выдвинуло на помощь 7-му уланскому полку эскадрон 2-го уланского полка, который находился в резерве. Кроме того, оно развернуло левее дороги уступами справа 11-й уланский полк и один эскадрон 16-го уланского полка. В его резерве продолжал оставаться 2-й уланский полк без эскадрона, располагавшийся к северу от Симакова. Этими мероприятиями французскому командованию удалось ликвидировать угрозу охвата левого фланга своих войск. На фронте атаки главных сил корпуса Платова противник также оказывал ожесточенное сопротивление.

Упорный бой продолжался уже в течение шести часов. С обеих сторон он велся с исключительным напряжением, но ни одной из них не давал перевеса. В 21 час к полю боя подошла бригада Кутейникова, совершив от Столбцов форсированный марш. Развернувшись между деревнями Подлесье и Озерска, бригада прямо с ходу вступила в бой, внезапно атаковав противника с левого фланга и тыла. Одновременно главные силы казачьего корпуса нанесли удар с фронта и правого фланга. Противник не выдержал согласованного удара и обратился в беспорядочное бегство. Казаки энергично его преследовали.

Во время боевых действий под Миром 28 июня (10 июля) отличился белорусский крестьянин Денис, житель села Симаково. Он был послан Платовым вместе с группой казаков в Столбцы, чтобы скрытно провести оттуда к месту боя бригаду Кутейникова. Денис образцово выполнил это задание. Он провел казачью бригаду по хорошо известному ему кратчайшему пути, чем способствовал своевременному вводу ее в бой.

В боях 27 и 28 июня (9 и 10 июля) под Миром войска Платова разгромили 9 неприятельских полков. Это была первая победа русских войск во время Отечественной войны 1812 года. Она вселила в войска уверенность в свои силы и, задержав противника у Мира, позволила войскам 2-й Западной армии отдохнуть в Несвиже и подготовиться к дальнейшему движению на Бобруйск.

28 июня (10 июля) начался марш 2-й Западной армии к Бобруйску. Главные силы армии двигались двумя эшелонами. В первом эшелоне находился 8-й пехотный корпус, а во втором - 7-й пехотный корпус. Первый эшелон выступил из Несвижа в 18 часов 28 июня (10 июля), а второй - утром 29 июня (11 июля).

Совершая марш в таком порядке, главные силы 2-й Западной армии к вечеру 29 июня (11 июля) прибыли в Тимковичи, где Багратиону через флигель-адъютанта Волконского был вручен новый рескрипт Александра.

Александр I писал Багратиону, что движение 2-й Западной армии на Бобруйск крайне вредно, и настаивал на необходимости движения на Минск. 'Я еще надеюсь, - говорилось в рескрипте, - что по получении моих повелений через флигель-адъютанта Бенкендорфа вы опять обратитесь на прежнее направление. Отступление же на Бобруйск не иначе должны вы предпринять, как единственно в крайнем случае'.

Указания Александра совершенно не соответствовали обстановке. Поэтому Багратион не мог менять уже начавшегося движения войск. Подробно объяснив тяжелое положение, в котором находилась 2-я Западная армия, Багратион донес царю о том, что армия будет продолжать движение к Бобруйску и что лишь крайний случай заставляет ее двигаться в этом направлении.

2-я Западная армия продолжала марш. 30 июня (12 июля) она достигла Романова, а 1 (13) июля прибыла в Слуцк. Марш армии надежно прикрывался с тыла арьергардом, который по-прежнему составляли войска Платова, усиленные отрядом Васильчикова. Учитывая то обстоятельство, что авангардные части противника вступили в непосредственное соприкосновение с арьергардом 2-й Западной армии, Багратион принял дополнительные меры по усилению последнего. Он подкрепил его Сводной гренадерской дивизией Воронцова.

В течение 29 июня (11 июля) арьергард Платова стоял к югу от Мира в готовности отразить новое наступление врага, обеспечивая тем самым марш 2-й Западной армии. Вечером 29 июня (11 июля), выполнив свою задачу, он начал отход вслед за армией и в ночь на 30 июня (12 июля) прибыл в Несвиж.

Утром 30 июня (12 июля) Платов приказал Сводной гренадерской дивизии выступить на Тимковичи и безостановочно следовать к Романову. Дивизия должна была все время находиться на половине расстояния между армией и казачьими полками. Отряду генерал-адъютанта Васильчикова было приказано следовать за Сводной гренадерской дивизией, находясь между ней и казачьими полками.

В ночь на 1 (13) июля Платов с десятью казачьими полками. Литовским уланским полком и Донской конно-артиллерийской ротой, оставив Несвиж, выступил за отрядом Васильчикова. Отход всех этих войск прикрывал особо выделенный Платовым арьергард под командованием генерал-майора Карпова в составе двух казачьих полков.

В то время, когда войска 2-й Западной армии совершали марш от Несвижа по дороге к Бобруйску, французское командование готовило против них новый удар. Оно решило во второй раз предпринять неудавшуюся ранее попытку окружения и уничтожения армии Багратиона. С этой целью войска Даву, достигшие около полудня 26 июня (8 июля) Минска, были разделены на две группы.

Одна группа под личным начальством Даву получила задачу наступать в юго-восточном направлении, выйти в районе Бобруйска на пути отступления 2-й Западной армии и совместно с войсками Жерома Бонапарта нанести по ней двойной удар. В этой группе было 29 батальонов и 34 эскадрона общей численностью в 21 тыс. человек.

Другая группа под командованием Груши (7 батальонов и 27 эскадронов общей численностью около 9 тыс. человек) имела задачу наступать в северо-восточном направлении, овладеть Борисовом и преградить путь 2-й Западной армии в случае, если бы последней удалось избежать столкновения с группой Даву и двинуться вдоль Березины или Днепра к северу на соединение с 1-й Западной армией. О возможности такого оборота событий Наполеон предупреждал Даву специальным письмом.

'Мне представляется очевидным - писал он, - что Багратион должен прежде всего произвести попытку движения вверх левого берега Березины. Как только он узнает, что вы заняли Борисов и что двигаться в этом направлении нельзя, он попытается подняться вверх по правому берегу Днепра и, наконец, когда убедится, что и это в равной мере невозможно, он, вероятно, перейдет Днепр, чтобы предупредить нас в Смоленске'.

Авангарды обеих групп сразу же после занятия Минска выступили в указанных направлениях, а через несколько дней вслед за ними двинулись и главные силы.

На направлении наступления группы Груши русских войск фактически не было. Единственным препятствием для противника являлась крепость Борисов, оборона которой была организована плохо. Строительство укреплений к моменту наступления французских войск так и не завершилось. Гарнизон города состоял из двух рот саперов, двух запасных егерских батальонов и небольшого количества казаков. Общая численность гарнизона составляла всего 400 человек, находившихся под командованием полковника Грессера. В Борисове совершенно не было полевой артиллерии. Имелось лишь 16 чугунных осадных орудий.

Получив сведения о приближении к Борисову неприятельских войск, полковник Грессер решил ввиду явной недостаточности находившихся в его распоряжении сил оставить Борисов, предварительно уничтожив в нем запросы продовольствия, оружия и боеприпасов, и через Могилев, Бобруйск отступить на соединение со 2-й Западной армией.

По приказу полковника Грессера русские войска сожгли в Борисове 1960 четвертей муки, 183 четверти крупы, 2345 четвертей овса, 19500 пудов сена. Кроме того, было затоплено в Березине 100 пудов пороха и приведено в негодность 16 осадных орудий. Гарнизон города сжег мост через Березину и в 10 часов утра 30 июня (12 июля) выступил из Борисова по дороге на Могилев. В тот же день передовые части группы Груши вступили в город.

Одновременно с выдвижением группы Груши к Борисову группа Даву совершала наступление к юго-востоку от Минска на Бобруйск. К 1 (13) июля авангард этой группы достиг Игумена, а его сильные разведывательные отряды появились у м. Свислочь, в 40 верстах от Бобруйска. Появление противника в непосредственной близости от Бобруйска вновь создало угрожающую обстановку для 2-й Западной армии, которая опять могла оказаться между двух огней - войск Даву с фронта и войск Жерома Бонапарта с тыла.

Багратион узнал об этих событиях 1 (13) июля, когда главные силы 2-й Западной армии достигли Слуцка. Оценив обстановку, он решил форсировать марш своей армии к Бобруйску, чтобы упредить выход туда противника. В целях ускорения движения и обеспечения армии возможности более свободного маневрирования было решено освободить ее от обозов. Согласно приказу Багратиона все повозки, кроме продовольственных и лазаретных, были направлены на Петриков, чтобы переправиться там через Припять, сосредоточиться в Мозыре и поступить под защиту резервного корпуса. Для прикрытия обозов во время их движения к Мозырю выделялся специальный отряд под командованием подполковника Кленовского. Отряд состоял из сводного гренадерского батальона, Слуцкой гарнизонной команды и части казаков.

Большой интерес представляет организация Багратионом походного движения армии. Принятый им походный порядок позволял в случае выхода на пути движения армии войск Даву силой пробиваться вперед и одновременно отражать наседавшие с тыла войска Жерома. 7-й пехотный корпус с 27-й пехотной дивизией, Новороссийским и Черниговским драгунскими и Изюмским гусарским полками и большей частью казачьих полков, входивших в состав армии, составил первый эшелон с задачей, двигаясь на Бобруйск, отражать нападающего неприятеля. 8-й пехотный корпус, арьергард Платова и сводная гренадерская дивизия, составившие второй эшелон, должны были противостоять группе войск Жерома Бонапарта. Все оставшиеся при армии обозы передвигались между 7-м и 8-м пехотными корпусами, прикрываясь ими как от войск Даву, так и от войск Жерома.

Для успешного выполнения решения Багратиона требовалось, чтобы обозы успели пройти по дороге на Петриков достаточное расстояние и оказаться в безопасном положении. Кроме того, необходимо было, чтобы первый эшелон прошел расстояние, которое бы позволяло движению как обозов, оставшихся при войсках, так и остальных сил 2-й Западной армии.

В сложившейся обстановке важная роль выпадала на долю арьергарда Платова, который должен был сдерживать неприятеля, обеспечивая марш главных сил армии. Отход арьергарда Багратион приказал организовать с таким расчетом, чтобы не напирать на армию. 'Ежели они оставят марша два или три в покое нас - писал Багратион Платову, - тогда надеюсь, мы хорошо свое дело сделаем'.

Багратион предполагал начать марш от Слуцка к Бобруйску 2 (14) июля. Однако вследствие задержки с отправлением обозов на Мозырь начало марша пришлось отложить на целые сутки. Это обстоятельство еще в большей степени увеличивало роль арьергарда Платова, который должен был во что бы то ни стало задержать наступление противника, обеспечив тем самым главным силам 2-й Западной армии возможность беспрепятственного выступления из Слуцка, а обозам, отправленным по дороге к Мозырю - безопасность движения в заданном направлении.

В связи с изменением обстановки Платову было послано дополнительно приказание, в котором Багратион требовал остановить вверенные ему войска в Романове и употребить все средства, чтобы задержать противника до глубокой ночи 3 (15) июля.

В ночь на 4 (16) июля войска Платова должны были выступить к Слуцку и, пройдя этот пункт, остановиться на дороге к Глуску (у развилки на Петриков) и находиться там целый день, то есть до наступления ночи.

Согласно полученному приказанию Платов расположил свои войска у Романова в следующем боевом построении. В самом Романове был поставлен 5-й егерский полк. Донская конно-артиллерийская рота, разделенная на две батареи по 6 орудий в каждой, заняла выгодную позицию за р. Вусвой (к северо-востоку от Романова). Главные силы Платов расположил на правом берегу р. Вусвы: на правом фланге, в зарослях кустарника, два казачьих полка под командованием Иловайского, в центре - отряд под командованием Карпова, а на левом фланге, в кустарниках к востоку от д. Савково - бригаду Кутейникова. Впереди главных сил была выдвинута казачья застава.

Резерв главных сил составлял Атаманский полк, располагавшийся за центром. В общем резерве восточнее Романова находился отряд Васильчикова.

Платов намеревался нанести поражение двигавшимся в авангарде войскам противника и отбросить их от Романова. В случае наступления превосходящих сил он предполагал отвести свои войска за реку и, уничтожив мосты, прочно обороняться до наступления ночи, как приказал Багратион.

Утром 3 (15) июля авангард правого крыла французской армии, перешел в наступление на Романов. Впереди двигало 1-й конно-егерский полк, являвшийся одним из лучшим полков французской кавалерии. При приближении противника казачья застава, не вступая в бой, стала отходить. Преследуя ее, противник подошел к Романову, где был встречен войсками Карпова, которые атаковал врага.

Командир 1-го конно-егерского полка развернул 2-й батальон в стрелковую цепь, которая завязала перестрелку с казаками.

Убедившись в превосходстве русских войск, командир французского полка решил отходить, но в это время получил приказание с категорическим требованием атаковать войска Платова. Это заставило его начать подготовку к атаке. Он перестроил свои эскадроны в уступный порядок из середины, для чего 3-й и 4-й эскадроны были выдвинуты вперед.

Тем временем Платов, узнав о слабости находившего перед ним противника, решил внезапно нанести по нему сильный удар. Отряд Карпова атаковал врага с фронта, а полки Иловайского и бригада Кутейникова - с флангов. Противник был опрокинут и обращен в бегство. Казаки энергично преследовали его.

Поражение 1-го конно-егерского полка было полным. Участник событий, польский генерал Колачковский, отмечает в своих записках, что спастись удалось лишь тому, кто имел хорошего коня. 'Этот блестящий полк - пишет Колачковский, - насчитывавший около 700 лошадей, потерял половину своего состава и не мог оправиться в течение всей кампании'.

Когда начальник авангарда правого крыла Латур-Мобур получил донесение о поражении 1-го конно-егерского полка, он быстро двинулся со всей своей легкой кавалерией к Романову.

Войска Платова прекратили преследование и отошли на левый берег Вусвы, расположившись в двух группах севернее и южнее Романова. Мосты через реку были сожжены.

Подойдя к речке, противник выдвинул батарею и завязал перестрелку с русскими войсками. С обеих сторон велся сильный артиллерийский огонь, причем шесть орудий донской артиллерии вели борьбу с батареей противника, а шесть других - вели огонь по неприятельской кавалерии. От огня русских батарей противник понес большие потери и вынужден был отойти назад от Романова.

Весь день 3 (15) июля русские войска простояли у Романова. К вечеру Платов получил приказ Багратиона - оставить в Романове сильный конный арьергард, а с остальными войсками выступить к Глуску, куда и прибыть утром 5 (17) июля. Согласно этому приказу в ночь на 4 (16) июля войска Платова стали отходить по дороге на Слуцк, Глуск вслед за главными силами 2-й Западной армии.

Марш 2-й Западной армии от Слуцка к Бобруйску совершался в очень трудных условиях. Песчаная дорога, проходившая по сплошной лесисто-болотистой местности, летний зной и лесные пожары, редкие и малонаселенные пункты, бедность их питьевой водой - все это сильно изнуряло личный состав. Но войска Багратиона успешно преодолели трудности марша. 5 (17) июля первый эшелон армии прибыл в Бобруйск, а 6 (18) июля там сосредоточились и остальные силы армии.

Таким образом, в результате умелой организации и быстроты осуществления марша 2-я Западная армия упредила выход к Бобруйску неприятельских войск. Замысел наполеоновского командования отрезать пути отхода 2-й Западной армии и поставить ее под двойной удар вновь потерпел неудачу.

7 (19) июля в Бобруйске через флигель-адъютанта Волконского Багратион получил указания Александра о дальнейших действиях 2-й Западной армии. Согласно этим указаниям армия должна была переправиться через Днепр и двинуться к Смоленску, чтобы упредить выход туда французских войск.

Сложившаяся обстановка чрезвычайно затрудняла выполнение поставленной задачи. Дело в том, что французское командование, потеряв надежду преградить армии Багратиона путь отступления в Бобруйске, решило осуществить это на Днепре, у Могилева, где располагалась единственная постоянная переправа через Днепр. В соответствии с этим к Могилеву началось быстрое выдвижение группы Даву и к моменту получения Багратионом указаний Александра войска противника находились от Могилева на расстоянии четырех переходов (85 км), в то время как войска 2-й Западной армии были удалены от него на шесть переходов (120 км). Следовательно, если бы 2-я Западная армия сделала попытку воспользоваться переправой у Могилева, то ей пришлось бы столкнуться с главными силами группы Даву, которые значительно раньше вышли бы в этот район. Наведение же армией переправы через Днепр южнее Могилева, где не было постоянных переправ, потребовало бы много времени, и противник получил бы возможность раньше русской армии перейти Днепр и овладеть Смоленском. Но других выходов из создавшегося положения не было, и Багратион решил направить армию быстрым маршем через Старый Быхов к Могилеву с целью или боем прорваться через Могилев на соединение с 1-й Западной армией или использовать бой в демонстративных целях, удержать войска Даву на правом берегу Днепра, а тем временем, скрытно переправив главные силы армии южнее Могилева, направить их на Смоленск.

7 (19) июля в соответствии с принятым решением войска 2-й Западной армии выступили из Бобруйска, направляясь через Старый Быхов к Могилеву. Впереди следовал авангард под командованием полковника Сысоева в составе пяти казачьих полков. Вслед за ним двигался авангард регулярных войск под начальством генерал-адъютанта Васильчикова в составе Ахтырского гусарского и Киевского драгунского полков с конно-артиллерийской ротой всего 12 эскадронов и 12 конных орудий). На марше этот авангард был сменен новым авангардом регулярных войск под командованием генерал-майора Сиверса, в состав которого входили Новороссийский и Черниговский драгунские полки (8 эскадронов). Генерал-майору Сиверсу был подчинен и авангард иррегулярных войск.

Главные силы двигались в двух эшелонах. Первый эшелон составлял 7-й пехотный и 4-й кавалерийский корпуса и пионерная рота подполковника Орлова. Этот эшелон имел свой авангард в составе двух егерских полков. Всего в первом эшелоне было 28 батальонов, 16 эскадронов, 72 орудия и одна пионерная рота.

Второй эшелон составлял 8-й пехотный корпус, 27-я пехотная дивизия, 1-й и 18-й егерские полки и пионерная рота капитана Зотова. В авангарде второго эшелона двигались также два егерских полка. Всего во втором эшелоне было 28 батальонов, 20 эскадронов, 72 орудия и одна пионерная рота.

Марш прикрывался двумя арьергардами. Один арьергард под начальством генерал-майора Воронцова состоял из Сводной гренадерской дивизии, 5-го егерского полка, Харьковского драгунского полка и конно-артиллерийской роты, всего из 12 батальонов, 4 эскадронов и 12 конных орудий. Другой арьергард составляли иррегулярные войска под командованием генерал-майора Карпова - два казачьих полка и Донская конно-артиллерийская рота (12 орудий).

Одновременно с организацией марша на Могилев Багратион приказал начальнику инженеров рекогносцировать р. Днепр южнее Могилева с целью постройки там моста на случай, если бы войскам 2-й Западной армии не удалось пробиться через Могилев.

9 (21) июля Даву выслал из Могилева по дороге на юг 3-й конно-егерский полк с задачей преследовать отходивший отряд полковника Грессера.

В то же время к Могилеву с юга приближался авангард иррегулярных войск 2-й Западной армии, имея задачу решительно атаковать противника, чтобы лучше узнать о его силах, находившихся в самом городе. Пройдя Салтановку, русский авангард столкнулся с З-м конно-егерским полком противника.

Сысоев развернул свои полки в одну линию, причем в центре находился один полк, а на флангах - по два казачьих полка. Ввиду обнаружившейся слабости противника общего резерва не было создано, зато в каждом полку был создан частный резерв. В таком боевом порядке отряд Сысоева дружно атаковал противника. Полк, находившийся в центре, нанес удар с фронта, а остальные полки - с флангов. Противник не выдержал атаки казаков и обратился в бегство. Казаки неотступно преследовали врага до самого города. Встретив сопротивление выдвинутого Даву на помощь конно-егерям 85-го линейного полка с двумя орудиями, Сысоев приостановил преследование и отошел к д. Буйничи. Во время этого боя противник понес значительные потери убитыми. Русские захватили в плен 215 человек, включая командира 3-го конно-егерского полка полковника Сен-Марса.

Узнав о том, что войска Даву уже овладели Могилевом, Багратион в соответствии с ранее принятым планом решил провести силами 7-го пехотного корпуса разведку боем. Задача боя - выяснить состав войск противника в районе Могилева и в случае, если бы в этом районе оказались лишь передовые части корпуса Даву, овладеть Могилевом, обеспечив тем самым для 2-й Западной армии находившуюся там переправу через Днепр. Если же в районе Могилева окажутся главные силы корпуса Лаву, то Багратион рассчитывал использовать предстоявший бой с целью удержать противника на позиции у Могилева, а тем временем переправить 2-ю Западную армию через Днепр южнее Могилева и двинуть ее форсированным маршем к Смоленску. Багратион настойчиво требовал от Раевского ускорить атаку противника с тем, чтобы не дать ему усилиться, и одновременно принимал энергичные меры по отысканию переправы между Могилевом и Старым Быховом. Он писал Раевскому 11 (23) июля: 'Ежели бы бог дал нам сыскать способ найтить переправу между Вами и Старый Быхов, то мы бы и минуты не мешкали переправиться'.

К исходу 10 (22) июля войска его армии занимали следующее положение. 7-й пехотный корпус располагался у Дашковки, 8-й пехотный корпус - у Старого Быхова, в одном переходе от 7-го корпуса. Сюда же прибыл и корпус Платова с задачей переправиться в этом пункте через Днепр и направиться его левым берегом на соединение с 1-й Западной армией.

Багратион предполагал атаковать противника 12 (24) июля. К этому времени он намеревался сосредоточить в район южнее Могилева все свои войска. В связи с предстоящим боем Багратион просил Платова временно отложить переправу корпуса через Днепр.

Тем временем Даву, узнав о намерениях Багратиона, сразу же приступил к выбору позиции для сражения, чтобы задержать русскую армию. Учитывая наличие в составе ее значительных сил кавалерии и артиллерии, Даву избрал позицию у д. Салтановки на закрытой и пересеченной местности.

Позиция имела протяженность около двух километров и была ограничена с востока р. Днепр, а с запада - лесами. С фронта она прикрывалась ручьем Салтановка, который протекал с северо-запада на юго-восток в овраге и впадал в р. Днепр.

Противник занял оборону на указанной позиции, имея следующий боевой порядок. На правом фланге, у д. Фатова, располагалось пять батальонов 108-го и один батальон 85-го линейных полков. На левом фланге, у д. Салтановка, находились три батальона 85-го линейного полка и рота вольтижеров. За правым флангом, между деревнями Фатова и Селен, были расположены четыре батальона 61-го линейного полка, составлявшие частный резерв, а у деревни Солец находился общий резерв в составе 5-й кирасирской дивизии, остатков 3-го конно-егерского полка и двух батальонов 61-го и 85-го линейных полков.

Около 7 часов 11 (23) июля авангард 7-го корпуса русских войск в составе 6-го и 42-го егерских полков начал наступление в направлении д. Салтановка. Отбросив сторожевые посты противника, он к 8 часам достиг моста. Несмотря на сильный ружейный и артиллерийский огонь, который противник вел с левого берега, русские егеря под командованием полковника Глебова преодолели мост и продолжали продвигаться вперед, но вскоре, встреченные батальонами 85-го полка французов, они вынуждены были отойти назад.

Прибыв к месту завязавшегося боя и оценив обстановку, Раевский убедился в трудности проведения атаки на данном направлении, а также ясно увидел угрозу левому флангу своего корпуса со стороны войск противника, находившихся у д. Фатова. В связи с этим он принял решение атаковать французские войска одновременно и в направлении на Салтановку и в направлении на Фатову, причем для наступления на первом направлении предназначались войска главных сил корпуса, а на втором - части 26-й пехотной дивизии генерала Паскевича.

Согласно принятому решению 26-й пехотной дивизии надлежало совершить по узкой лесной тропинке маневр в сторону д. Фатова и атаковать находившиеся там французские войска. Начало этой атаки должно было служить сигналом для перехода в наступление главных сил 7-го пехотного корпуса.

Дивизия Паскевича выступила на выполнение поставленной задачи одной колонной. В голове ее находились два батальона Орловского и Нижегородского полков с 12 орудиями, далее следовал Полтавский полк, за ним 6 орудий. Ладожский полк, 1 батальон Нижегородского полка, 2 орудия и кавалерия, которая замыкала колонну. При подходе к Фатовой в лесу головные батальоны 20-й пехотной дивизии встретились с батальоном 85-го полка противника. Этот батальон, выдвинутый на правый берег ручья, предназначался для атаки во фланг русских войск, двигавшихся к Салтановке. Русские егеря дружной и меткой стрельбой задержали продвижение французского батальона и вытеснили его из леса.

На помощь батальону 85-го полка французское командование направило батальон 108-го полка. Оба батальона противника расположились на высоте к югу от д. Фатова в батальонных колоннах со стрелковой цепью впереди.

Паскевич, развернув на опушке леса батальоны Орловского и Нижегородского полков, приказал решительно атаковать противника. Русские батальоны с криком "ура" дружно пошли в атаку, опрокинули противника и, преследуя его, овладели д. Фатова. Выдвинутые на высоту к югу от Фатовой 12 орудий поддерживали огнем атаку пехотных батальонов.

По выходе из деревни русские батальоны были внезапно атакованы скрытно лежавшими во ржи четырьмя батальонами 108-го полка. Завязался ожесточенный рукопашный бой, в котором русские войска проявив исключительное мужество и героизм, русские вынуждены были начать отход т.к. силы были неравными.

Почти одновременно с переходом в наступление батальонов Орловского и Нижегородского полков начал наступать Полтавский полк. Атака полка сначала развивалась успешно. Полк перешел ручей у моста и атаковал стоявший западнее Фатовой батальон 108-го полка французов. Однако вскоре противник ввел в бой два батальона 61-го полка из частного резерва, которые нанесли Полтавскому полку удар во фланг и принудили его отступить.

Тем временем Паскевич выдвинул на высоту еще 6 орудий, на высоте западнее дороги развернул Ладожский полк, а далее к западу, в лесу (еще левее) - стрелков. Эти войска сорвали все попытки противника переправиться через ручей на левом фланге и в центре.

На правом фланге дивизии Паскевича двум батальонам противника, которые преследовали отходившие с левого берега батальоны Орловского и Нижегородского полков, удалось перейти ручей и охватить правый фланг дивизии.

С целью ликвидировать угрозу, нависшую над войсками правого фланга, Паскевич выдвинул против французских батальонов Полтавский полк, позади которого поставил четырех-орудийную батарею.

Французы решительно атаковали Полтавский полк. Последний медленно стал отступать на батарею. Когда он подошел к батарее, то быстро расступился в обе стороны, и наступавшие колонны противника оказались перед русской батареей. Русские артиллеристы встретили врага губительным картечным огнем. Вслед за тем пехотинцы Полтавского пехотного полка стремительно атаковали французские батальоны и отбросили их на левый берег ручья.

В то время, как происходили эти события, на направлении действий главных сил 7-го корпуса складывалась следующая обстановка. Для наступления на Салтановку генерал Раевский сформировал колонну из Смоленского пехотного полка, который являлся одним из лучших полков корпуса, и расположил ее на дороге. Колонна должна была стремительной штыковой атакой овладеть плотиной и обеспечить наступление остальных сил корпуса. Наступление колонны обеспечивалось егерями 6-го и 42-го егерских полков, выдвинутыми к плотине в рассыпном строю, а также артиллерией, расположенной на высоте по обе стороны дороги.

Вследствие разных причин, наступление на Салтановку началось не одновременно с наступлением на Фатову, как предусматривалось планом, а значительно позднее.

Наступление Смоленского полка в направлении Салтановки было встречено сильным огнем со стороны противника. Русские войска не дрогнули и продолжали мужественно продвигаться вперед.

Французское командование, стремясь сорвать атаку русской колонны, бросило против нее батальон 85-го полка. Этот батальон перешел ручей ниже моста, намереваясь нанести удар в правый фланг русской колонны.

Раевский обнаружил угрозу внезапного удара противника с правого фланга лишь тогда, когда возглавляемая им колонна подходила к плотине. Эта угроза была столь опасной, что Раевский вынужден был повернуть колонну от плотины в сторону неприятельского батальона. Завязался упорный бой, в результате которого Смоленский полк разгромил батальон французов и отбросил его остатки за ручей.

От пленных, захваченных во время боя, Раевский узнал, что на направлении действий 7-го пехотного корпуса французское командование сосредотачивало основные силы группы войск Даву в составе до пяти дивизий. В виду явного превосходства сил противника, а также считая, что боевые действия частей 7-го пехотного корпуса под Салтановкой сковали войска Даву и тем самым выполнили стоявшую перед ними задачу, Раевский решил не возобновлять атаки и отдал приказ на отход. Багратион утвердил это решение. По приказу Раевского войска 7-го пехотного корпуса под прикрытием сильных арьергардов в ночь на 12 (24) июля отошли к Дашковке.

Бой под Салтановкой характеризовался большим напряжением. Потери корпуса Раевского составляли 2548 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести. Корпус Даву потерял 4134 человека.

Русские войска проявили в этом бою исключительный героизм и мужество. Генерал Раевский докладывал Багратиону: 'Единая храбрость и усердие российских войск могла избавить меня от истребления противо толика превосходного неприятеля и в толика невыгодном для меня месте; я сам свидетель, как многие штаб-, обер- и унтер-офицеры, падуча по две раны, перевязав оные, возвращались в сражение, как на пир. Не могу довольно не похвалить храбрость и искусство артиллеристов: в сей день все были герои...'.

К числу отличившихся в бою под Салтановкой относились сам генерал Раевский и его оба сына - Александр и Николай, генералы Васильчиков, Колюбакин и Паскевич, полковники Савоини, Ладыженский и Кадышев, подполковник Саблин и многие другие. В приказе войскам 2-й Западной армии от 13 (25) июля 1812 г. Багратион объявил благодарность генералам, офицерам и всем войскам, участвовавшим в бою под Салтановкой. За оказанные боевые отличия 409 человек получили награды.

С целью ввести противника в заблуждение относительно дальнейших действий русских войск Багратион приказал 7-му корпусу в течение 12 (24) июля находиться у Дашковки, а Платова просил направить вверенный ему казачий корпус на соединение с 1-й Западной армией по левому берегу Днепра мимо Могилева. По мнению Багратиона, это должно было уверить французское командование в том, что русские намерены возобновить атаку на Могилев как с востока, так и с юга, со стороны Дашковки.

12 (24) июля казачий корпус переправился через Днепр у Ворколабова и двинулся по направлению, указанному Багратионом. В тот же день 7-й пехотный корпус оставался у Дашковки. Противник, ожидая атак русских, находился у Могилева, не предпринимая никаких движений. Позиция у Салтановки усиленно укреплялась.

Тем временем у Нового Быхова было закончено наведение моста, и 13 (25) июля по нему началась переправа частей 8-го пехотного и 4-го кавалерийского корпусов 2-й Западной армии. На следующий день 7-й пехотный корпус отошел от Дашковки, произвел переправу через Днепр и начал движение вслед за главными силами армии.

Фланговый марш 2-й Западной армии от Нового Быхова к Смоленску прикрывался со стороны Могилева прочной завесой из армейских казачьих полков. Армия двигалась по маршруту Пропойск, Чериков, Кричев, Мстиславль, Хиславичи, Смоленск. Противник не оказывал на русские войска какого-либо воздействия.

22 июля (3 августа) 2-я Западная армия вышла к Смоленску, где с 20 июля (1 августа) уже находилась 1-я Западная армия. Соединение обеих армий произошло. Замысел Наполеона, рассчитанный на уничтожение русской армии, был сорван.

Отступательный марш-маневр 2-й Западной армии от Волковыска к Смоленску в период Отечественной войны 1812 г. принадлежит к числу замечательных событий в истории русского военного искусства. Багратион показал выдающийся образец стратегического руководства войсками в сложных условиях боевой обстановки. За 35 дней войска Багратиона, постоянно имея в тылу и на фланге неприятеля, прошли более 750 км. Суточные переходы достигали порой 35-40 км.

'...Быстроте маршей 2-й армии - отмечал Багратион, - во все время делаемых по самым песчаным дорогам и болотистым местам с теми тягостями, которые на себе ныне люди имеют, и великий Суворов удивился бы'.

Искусно маневрируя на театре военных действий и ведя упорные арьергардные бои, русские войска, руководимые Багратионом, сумели расстроить замыслы Наполеона и выйти из-под удара превосходящих сил врага.

Марш-маневр 2-й Западной армии, завершившийся ее соединением в Смоленске с 1-й Западной армией, высоко оценивался современниками. Так, военный писатель первой половины XIX в. Н. А. Окунев указывал:

'Смотря на карту и взявши в руки для проверки циркуль, легко убедиться, даже при поверхностном взгляде, как мало было оставлено шансов кн. Багратиону для достижения этого соединения. Я сужу, ведь, человека по его поступкам, а кн. Багратиона по его действиям, и потому, да будет мне разрешено задать один вопрос: был ли когда-либо какой-нибудь генерал поставлен в более критическое положение и вышел ли какой-либо военный из подобного положения с большею честью ?'.

Н. В. Голицын, один из адъютантов Багратиона, также справедливо заметил: 'Быстрое и искусное движение, которому мы обязаны соединением русских армий под Смоленском, ставит его в число избавителей России в 1812 году'.

Французское командование, которому не удалось воспрепятствовать соединению 2-й Западной армии с 1-й Западной армией, отдавало должное умелым действиям русских войск. По словам Багратиона, марш-маневру 2-й Западной армии 'сам искусный Наполеон удивился'.

После соединения 1-й и 2-й Западных армий в Смоленске создались благоприятные условия для перехода к наступательным действиям. Войска Наполеона были разбросаны, его передовые части вышли в район Рудни, а остальные находились на марше. Это позволяло нанести поражение противнику по частям, чем и решило воспользоваться русское командование. В этих целях оно 26 июля (7 августа) предприняло наступление. Главный удар наносился на Рудню, где в это время располагались части 3-го кавалерийского корпуса Мюрата.

Решение русского командования вполне отвечало обстановке. При быстрых и решительных действиях можно было рассчитывать на разгром корпуса Мюрата. Однако Барклай де Толли не проявил необходимой решительности. Вскоре направление главного удара было перенесено на Поречье, а 1 (13) августа вновь на Рудню.

Французское командование воспользовалось медлительностью действий русского командования и сумело сосредоточить к Смоленску основную массу своих войск. 1 (13) августа французские войска переправились через Днепр (в 70-80 км западнее Смоленска) и повели наступление на Смоленск, через Ляды и Красный, имея задачей выйти в тыл русским армиям и отрезать им пути отступления на Москву.

Русские армии вынуждены были прекратить наступление и начали сосредоточиваться в Смоленске. Против наступавших французских войск к Красному был выдвинут отряд Неверовского, а затем 7-й пехотный корпус Раевского, которые до исхода 4 (16) августа сдерживали настойчивые атаки противника, стремившегося прорваться в Смоленск.

5 (17) августа Наполеон предполагал дать русской армии под Смоленском генеральное сражение. В виду неблагоприятного соотношения сил и опасности обхода Смоленска войсками противника, русская армия в ночь на 5 (17) августа оставила Смоленск и двинулась на восток по московской дороге.

Оборона Смоленска была возложена на 6-й пехотный корпус Дохтурова с дивизиями Неверовского и Коновницына. В начавшемся 5 (17) августа упорном сражении русские войска отразили все атаки французских войск и удержали город. Успешно выполнив поставленную задачу, войска Дохтурова в ночь на 6 (18) августа оставили Смоленск и присоединились к главным силам русской армии.

После оставления Смоленска продолжение отхода русских армий уже вызывало решительные протесты, полные патриотических чувств русских людей. Причиной этого была бездеятельность и нерешительность царского правительства и Барклая де Толли, как командующего 1-й армией и военного министра, который не принимал энергичных мер для подготовки сил к отпору врагу. Будучи сторонником решительных действий, Багратион настаивал на ведении активной борьбы против наполеоновской армии. Его особенно возмущало отсутствие руководства войсками со стороны Барклая де Толли. Багратион не раз обращался к последнему с просьбой сообщить ему относительно плана дальнейших действий обеих армий, но все его просьбы оставались без ответа.

'Я к вам писал два раза, нету ответа - сообщал он начальнику штаба 1-й армии генералу Ермолову - прошу доложить министру, куда он делает направление армии ? Я писал к нему, нету ответа. Я не понимаю, что значит, зачем вы бежите так, и куда вы спешите ?... Что с вами делается, за что вы мною пренебрегаете ? Право, шутить не время. Ежели я пишу, надо отвечать'.

В другом письме к Ермолову, характеризуя хаос, царивший в руководстве войсками, Багратион заявлял: 'Ей-богу, с ума надо сойти от бестолковщины'.

П. И. Багратион резко критиковал Барклая де Толли за его бездеятельность. Натянутые отношения между обоими командующими армиями достигли высшей точки.

'Я никак вместе с министром не могу - заявлял Багратион, - Ради бога пошлите меня куда угодно, хотя полком командовать в Молдавию, или на Кавказ, а здесь быть не могу; и вся главная квартира немцами наполнена так, что русскому жить невозможно и толку никакого нет'.

Все это оказывало крайне отрицательное влияние на боевые действия войск. Для спасения положения необходимо было объединить командование армиями в руках одного полководца, способного мобилизовать экономические и моральные силы страны и разгромить врага.

Багратион хорошо понимал важность проведения такого мероприятия и в своих донесениях царю настаивал на введении единоначалия. В этом отношении он отражал настроение всей русской армии, которая требовал назначения единого главнокомандующего, пользующегося доверием армии.

'Порядок и связь, приличные благоустроенному войску - писал Багратион Александру, - требуют всегда единоначалие, а и более в настоящем времени, когда дело идет о спасении отечества, я ни в какую меру не отклонюсь от точного повиновения тому, кому благоугодно подчинить меня'.

Под давлением общественного мнения Александр I вынужден был назначить великого русского полководца М. И. Кутузова главнокомандующим всеми действующими армиями и вновь формировавшимися войсками. Назначение Кутузова встретило горячее одобрение армии и народа. Все знали его как замечательного полководца, деятельность которого была ознаменована блестящими победами руководимых им войск. В Кутузова верили, ему доверяли. 'Приехал Кутузов бить французов' - говорили тогда.

18 (30) августа Кутузов принял командование армией и с этого дня энергично принялся за разработку стратегического плана войны. Учитывая стремление Наполеона добиться исхода войны генеральным сражением, он решил противопоставить ему свой более соответствующий условиям применения массовых армий способ решения исхода войны системой последовательных сражений.

Большое значение в деле успешного ведения войны Кутузов придавал резервам. Поэтому сразу после своего назначения он заинтересовался вопросом о наличных резервах. Узнав, что резервов фактически нет, Кутузов принял решение на отвод армии, чтобы в оборонительных боях измотать силы противника, усилить армию резервами, изменить соотношение сил в свою пользу, а затем перейти в контрнаступление и разгромить армию Наполеона.

В то время, когда в соответствии с планом Кутузова русская армия продолжала отступление на восток, на территории, захваченной французскими войсками, стихийно возникло и разгоралось все более пламя партизанской борьбы. Багратион с самого начала войны правильно понял её особенности, ее народный характер. Он указывал:




Ваш комментарий (*):
Я не робот...

Лучшие недели

Николай Черкасов: Актер милостью божьей
Посетило:9405
Николай Черкасов
Микки Рурк: Легенда 80-х годов
Посетило:5688
Микки Рурк
Гаспар-Гюстав Кориолис. Биография
Посетило:4972
Гаспар-Гюстав Кориолис

Добавьте свою информацию

Здесь
Администрация проекта admin @ peoples.ru
history