Леонардо Ди Каприо жестко высмеяли за романы с молодыми женщинами
12.01.2026 21:33:31
Ночь на 17 июля 1914 года. Финский залив затянут туманом. Отряд минных заградителей под флагом контр-адмирала Канина — «Ладога», «Нарова», «Енисей», «Амур» и «Волга» — почти бесшумно скользит по темной воде. Их прикрывает весь наличный флот: линкоры «Император Павел I», «Цесаревич», «Слава», крейсера «Рюрик», «Громобой», «Адмирал Макаров»... Формально война еще не объявлена — телеграмма из Морского Генерального штаба с приказом «Ставьте минные заграждения» придет только через несколько часов. Но Канин уже выполняет то, что умеет делать лучше всего, — превращает море в смертельную ловушку для врага.
Центральное минное заграждение поперек залива, на линии Нарген — Поркалауд, станет первым камнем в стене, которая на всю войну закроет германскому флоту путь к Петрограду. Упреждающий ход российского командования окажется спасительным для империи, а имя Василия Канина войдет в историю как символ блестящих успехов и горьких разочарований.
Василий Александрович Канин родился 11 сентября 1862 года в Баку — городе, который в те годы только начинал превращаться в нефтяную столицу империи. Его отец, капитан-лейтенант Александр Васильевич Канин, принадлежал к потомственному дворянству и служил в Российском императорском флоте на Каспии. Море вошло в жизнь мальчика с младенчества — запах соленой воды, скрип снастей, рассказы отца о дальних походах.
В 1882 году двадцатилетний Василий окончил Морской кадетский корпус — кузницу офицерских кадров российского флота. Но он не остановился на базовом образовании. Уже через два года, в 1884-м, Канин завершил обучение в Минном офицерском классе в Кронштадте, где готовили специалистов по новейшему тогда виду морского оружия. Это решение определило всю его дальнейшую карьеру: минное дело стало призванием молодого офицера.
Служба Канина в последние десятилетия XIX века — типичный путь способного морского офицера империи. В 1896-1897 годах он находился в заграничном плавании на эскадренном броненосце «Император Николай I», изучая европейские воды и перенимая опыт иностранных флотов. Командовал миноносцами «Орел» и «Глухарь» — небольшими, но смертельно опасными кораблями, способными одной торпедой пустить на дно броненосец.
В 1900-1901 годах Канин участвовал в китайской кампании — подавлении боксерского восстания, когда объединенные силы европейских держав защищали свои интересы в Поднебесной. Затем — служба флагманским минером практической эскадры Черного моря. Старший офицер канонерской лодки «Черноморец», старший офицер эскадренного броненосца «Георгий Победоносец»...
С 1904 по 1907 год Канин заведовал торпедным складом и пристрелочной станцией Севастопольского порта — должность, требовавшая глубоких технических знаний и безупречной точности. Именно здесь он приобрел тот опыт работы с минно-торпедным оружием, который позднее сделает его незаменимым специалистом.
В 1907-1908 годах Канин командовал канонерской лодкой «Кубанец», а затем три года (1908-1911) — линейным кораблем «Синоп» на Черноморском флоте. Командование линкором — вершина карьеры для большинства морских офицеров. Но для Канина это была лишь ступень к чему-то большему.
В январе 1911 года капитана 1-го ранга Канина переводят на Балтийское море. Здесь он получает должность начальника 4-го дивизиона миноносцев и одновременно становится председателем Комиссии по наблюдению за постройкой кораблей — свидетельство того, что командование ценило не только его боевые, но и технические компетенции.
Балтика в эти годы — арена напряженного соперничества с германским флотом. Россия лихорадочно строит новые корабли после катастрофы Цусимы, но все равно уступает Германии в количестве и качестве линейных сил. Выход один — компенсировать слабость минной войной. И здесь опыт Канина оказывается бесценным.
С марта 1913 года он командует отрядом заградителей Балтийского моря. 6 декабря того же года производится в контр-адмиралы «за отличие» и официально назначается начальником отряда заградителей. Это назначение — признание того, что именно минное оружие станет главным козырем русского флота в грядущей войне.
Война застала Канина в полной готовности. Еще до официального объявления, понимая неизбежность столкновения, командование Балтийского флота во главе с адмиралом Николаем Оттовичем Эссеном приняло решение о превентивной постановке заграждений. Приказ был отдан 17 июля 1914 года — за несколько дней до формального начала войны.
Операция прошла безупречно. Центральное минное заграждение перекрыло самый узкий участок Финского залива. Германский флот, многократно превосходивший русский по огневой мощи, оказался лишен возможности свободного маневра.
Но Канин не ограничился обороной. По его предложению 24 октября 1914 года эскадренный миноносец «Новик» и четыре миноносца типа «Сибирский стрелок» совершили дерзкий рейд к вражеским берегам. Первые поставили заграждение у Пиллау в Данцигской бухте, вторые — на фарватере Мемель — Малый Бельт. Условия были адскими: качка достигала 35 градусов, волны захлестывали палубу.
4 ноября 1914 года на этом заграждении взорвался и погиб германский броненосный крейсер «Фридрих-Карл». Это была первая крупная победа русского флота в войне — и она была одержана не в артиллерийской дуэли, а благодаря минам Канина.
За эту операцию контр-адмирал был награжден орденом Святого Станислава 1-й степени и мечами к нему.
В ночь на 1 января 1915 года крейсер «Россия» под флагом контр-адмирала Канина продолжил активные минные постановки. Успехи следовали один за другим. Об успешном ведении минной войны было доложено императору.
Николай II пожелал лично встретиться с Каниным, чтобы выразить благодарность. 9 февраля 1915 года Василий Александрович прибыл в Царское Село. Император пригласил его к обеду — честь исключительная для адмирала, не входившего в придворный круг. За столом Николай II объявил о присвоении Канину звания вице-адмирала «за отличие в делах против неприятеля».
Одновременно последовало новое назначение: начальник минной обороны Балтийского моря. На этой должности Канин сосредоточил под своим управлением все легкие силы флота и средства минно-позиционной обороны. Фактически он стал архитектором морской обороны столицы империи.
18 апреля 1915 года последовала новая награда — георгиевское оружие «в воздаяние доблести, проявленной при выполнении операции большого боевого значения в исключительно тяжелых условиях». На следующий день, 19 апреля, по приказу Канина был впервые загражден минами вход в Рижский залив через Ирбенский пролив.
7 мая 1915 года скоропостижно скончался командующий Балтийским флотом адмирал Николай Оттович Эссен — легендарный моряк, герой Порт-Артура, создатель системы обороны Финского залива. Его смерть от крупозного воспаления легких стала тяжелым ударом для флота.
Высочайшим повелением от 7 мая вице-адмирал Канин был назначен командующим флотом Балтийского моря. Выбор казался логичным: блестящий специалист по минному делу, прекрасный организатор, человек, доказавший свою эффективность. Но то, что было достоинством для начальника минной обороны, оказалось недостаточным для командующего целым флотом.
В 1915 году Канин продолжил укреплять оборону. Установил 10 новых береговых батарей на флангах Центральной минно-артиллерийской позиции, создал линию противолодочных сетей, сформировал Або-Аландскую укрепленную позицию, начал создание противовоздушной обороны.
10 апреля 1916 года Канин был произведен в полные адмиралы «за отличие по службе» — высшее морское звание империи.
Но именно на посту командующего проявились слабости Канина как военачальника. Морской министр адмирал Иван Константинович Григорович позднее признавал: «Назначение командующим Балтийским флотом вице-адмирала Василия Александровича Канина оказалось ошибкой. Это был офицер, который мог быть хорошим, когда над ним стояло начальство, а сам сделавшись им, распустился и чуть не распустил все то, что так крепко и хорошо было спаяно усопшим адмиралом Эссеном».
Контр-адмирал Сергей Николаевич Тимирев отмечал, что Канин «не отличался выдающимися способностями». Офицеры штаба были еще резче. Князь Михаил Борисович Черкасский, начальник оперативного отдела, говорил: «Канин хорош как техник минного дела, но стратег он никакой». Капитан 1-го ранга Иван Иванович Ренгартен саркастически замечал: «Канин академию кончил по первому разряду… А флот и ныне там…»
Основные претензии сводились к двум пунктам: бунт на линкоре «Гангут» в октябре 1915 года (первое крупное волнение на флоте, предвестник будущих революционных событий) и затяжка десантной операции в Рижском заливе, задуманной лично государем.
«У него нет оперативной воли, — говорил Черкасский. — Не зрит дальше минных полей и сетевых заграждений… Нынче война умов. А не титулованных дипломов. Кто кого передумал, тот и победил».
Флот при Канине перешел к позиционной обороне. Основные силы фактически бездействовали в течение всей кампании 1916 года. Крейсера и миноносцы совершили лишь три кратковременных набега на коммуникации противника. При этом после Ютландского сражения немцы не могли предпринимать крупных операций на Балтике — момент для активных действий был упущен.
6 сентября 1916 года адмирал Канин был освобожден от должности командующего и назначен членом Государственного совета — почетная отставка для человека, не оправдавшего ожиданий. Его сменил вице-адмирал Адриан Иванович Непенин, которого рекомендовали те самые офицеры штаба — Черкасский, Ренгартен, Довконт.
После Февральской революции Канин ненадолго вернулся к активной деятельности: в апреле-июне 1917 года занимал пост 2-го помощника морского министра Временного правительства, затем до декабря — члена Адмиралтейств-совета. 13 декабря 1917 года, уже при большевиках, был уволен от службы.
Казалось, карьера закончена. Но Гражданская война вернула старого адмирала на мостик. После увольнения Канин переехал из Петрограда в Севастополь. Когда в ноябре 1918 года эскадра союзников — английские, французские, греческие и итальянские корабли — вошла на рейд Севастополя, ситуация на юге России начала меняться.
26 ноября 1918 года генерал Антон Иванович Деникин приказом назначил Канина командующим Черноморским флотом в составе Вооруженных сил Юга России. С 21 декабря адмирал также занял пост морского министра Второго Крымского краевого правительства Соломона Самойловича Крыма.
Но флота как такового не существовало. Корабли, оставшиеся после ухода немцев, требовали ремонта. Крымское правительство противилось их переводу в Новороссийск. Рабочие судоремонтного завода бастовали. Канин, по свидетельствам современников, сформировал многочисленный штаб, но «не принимал никаких мер для восстановления кораблей».
По словам главнокомандующего ВСЮР Деникина, адмирал «не отличался качествами боевого вождя». 25 марта 1919 года должность командующего несуществующим флотом была упразднена, Канин уволен по болезни, его штаб расформирован.
В апреле 1919 года адмирал с семьей покинул Россию. Во Францию он уехал кавалером Большого офицерского креста ордена Почетного легиона (награжден 21 марта 1916 года) — признание союзниками его заслуг в минной войне.
Последние годы жизни Василий Александрович провел во Франции. Он не оставил мемуаров, не участвовал в бурной общественной жизни русской эмиграции. Шестеро детей, которых он вырастил, — вот что осталось от прежней жизни.
17 июня 1927 года адмирал Василий Александрович Канин скончался в Марселе. Его похоронили на кладбище Сен-Пьер, вдали от морей, которым он посвятил жизнь.
История Василия Канина — это история человека, который достиг вершин благодаря техническому мастерству, но оказался неспособен удержаться на них из-за отсутствия стратегического мышления.
Его минные заграждения спасли Петроград от германского флота. Гибель «Фридрих-Карла» и других немецких кораблей на русских минах вошла в учебники морской войны. Система обороны Финского залива, созданная при его участии, продержалась всю войну.
Но тот же Канин, став командующим, не смог выйти за рамки привычного. Он видел море как шахматную доску, где главное — расставить фигуры (мины) и ждать. Активные действия, риск, инициатива — все это было ему чуждо.
Возможно, трагедия Канина — это трагедия целого поколения русских военных специалистов: блестящих техников, но посредственных лидеров. Людей, которые умели исполнять, но не умели вдохновлять. Строить оборону, но не вести наступление.
Его минные поля пережили его самого. Еще много лет после окончания Первой мировой войны траление Балтики оставалось опасным занятием. Безмолвные стражи, выставленные под командованием Канина, продолжали нести свою смертельную вахту — память о человеке, который знал, как превратить море в крепость, но не знал, как эту крепость покинуть.
Василий Канин - фотография из архивов сайта
Посмотреть фото
| Родился: | 11.09.1862 (64) |
| Место: | Баку (RE) |
| Умер: | 17.06.1927 |
| Место: | Марсель (FR) |
