ВСУ расстреляли 130 мирных жителей в Селидово
12.01.2026 23:18:53
В 1963 году на сцене оперной студии Тбилисской консерватории прозвучала ария Виолетты из «Травиаты» Верди. Молодая выпускница Эльвира Узунян пела о любви и жертве с таким пронзительным чувством, что зал замер. Ректор консерватории, знаменитый композитор Отар Тактакишвили, вручая ей красный диплом, сказал: «Считаю за честь для консерватории иметь среди выпускников такую певицу».
Это был не просто комплимент. Тактакишвили знал толк в голосах — он слышал лучших певцов Советского Союза. Но лирико-колоратурное сопрано Эльвиры обладало редким качеством: оно было одновременно техничным и душевным, виртуозным и проникновенным. Голос жемчужного отлива, легко летящий, заполняющий зал без усилия.
Впереди были десятилетия триумфов — сцены Еревана и Тбилиси, гастроли по всему Союзу, роли в кино, дружба с Софико Чиаурели. А потом — переезд в Америку, где она создаст школу для талантливых детей армянской диаспоры и будет до последних дней пропагандировать армянскую культуру. 28 мая 2025 года её сердце остановилось в Бостоне. Ей было девяносто лет.
6 декабря 1934 года в Тбилиси родилась девочка, которую назвали Эльвирой. Её дом был наполнен музыкой с первых дней жизни. Патефон с пластинками, чёрная тарелка радиоприёмника, домашние музыкальные вечера стали естественной частью жизни.
Семья Узунян не принадлежала к богемной элите. Отец, Григорий Узунян, не был известным композитором или режиссёром. Но в доме ценили искусство, любили музыку, понимали её силу. Маленькая Эльвира росла под звуки классических арий, романсов, армянских народных песен.
Девочка училась в школе, участвовала в художественной самодеятельности. Пела в хоровой капелле, где впервые почувствовала, что голос — это не просто звук, а инструмент для выражения чувств. Этот опыт дал ей не только актёрские навыки, но и уверенность в себе.
Но профессиональное образование началось не с консерватории. В 1950 году шестнадцатилетняя Эльвира поступила на исторический факультет Тбилисского педагогического института имени Пушкина. Параллельно занималась на вокальном отделении музыкального училища — пыталась совместить «серьёзную» профессию с любовью к пению.
В 1956 году она окончила педагогический институт и стала преподавать в общеобразовательной школе. Молодая учительница истории, которая по вечерам пела арии в училище. Казалось, судьба определена — педагогика, стабильность, тихая жизнь. Но музыка звала слишком настойчиво.
В 1958 году Эльвира приняла решение, которое изменило её жизнь. Она поступила в Тбилисскую государственную консерваторию имени Вахтанга Сараджишвили. Преподавателем стала Нино Константиновна Бахуташвили-Шульгина — одна из признанных педагогов вокального искусства Грузии.
Учёба в консерватории — это не просто овладение техникой. Это погружение в мир оперы, понимание драматургии, работа над каждым звуком, каждой интонацией. Эльвира училась пять лет, совершенствовала голос, разучивала партии, выступала на сцене консерваторской студии.
Она восприняла главный принцип Станиславского: артист должен пропускать роль через себя, через свои живые чувствования, оправдать ее своим воображением, напитать личными эмоциями, воспоминаниями. Этот подход станет основой её исполнительской манеры. Узунян не просто пела — она проживала каждую роль, каждую арию.
Дебют состоялся на сцене оперной студии. Виолетта из «Травиаты» Верди — роль мечты для любого лирико-колоратурного сопрано. История куртизанки, которая полюбила по-настоящему и пожертвовала собой ради любимого. Роль требует не только виртуозной техники, но и глубокого понимания женской драмы.
Эльвира спела блестяще. Консерватория гудела несколько дней. Говорили о новой звезде, о редком таланте, о том, что такие голоса рождаются раз в поколение.
В 1962 году, ещё до окончания консерватории, Эльвира Узунян стала солисткой Ереванского театра оперы и балета имени Александра Спендиарова. Официально консерваторию она окончила в 1963-м, но приглашение получила раньше — театр не хотел упускать такую певицу.
Ереванская опера в те годы была одним из ведущих театров Советского Союза. Здесь работали выдающиеся режиссёры, дирижёры, певцы. Сюда приглашали лучших солистов из Москвы, Ленинграда, республиканских столиц. Попасть в труппу было честью.
Узунян начала с классического репертуара. Марфа из «Царской невесты» Римского-Корсакова — история боярышни, отравленной из ревности. Лючия из оперы Доницетти — безумная сцена, одна из труднейших в сопрановом репертуарте. Розина из «Севильского цирюльника» Россини — роль озорная, требующая лёгкости и юмора.
Виолетта из «Травиаты», Джильда из «Риголетто», Олимпия из «Сказок Гофмана» Оффенбаха, Церлина из «Дон Жуана» Моцарта — всё это были партии, где виртуозная колоратура сочеталась с драматической глубиной. Узунян владела обоими качествами в совершенстве.
Но особым успехом пользовалась армянская классика. Ануш в опере Армена Тиграняна «Ануш» — народная драма, история любви и трагедии на фоне армянского быта. Партия требовала не только вокального мастерства, но и понимания национального духа.
Именно партия Ануш, сцену безумия которой Узунян исполнила в свое время на Минском фестивале, сведя слушателей, как писали тогда газеты, с ума своим исполнением, и вывела молодую певицу на всесоюзную арену.
Эльвира Григорьевна вспоминала, что готовилась к этой партии долго. Нужно было пропитаться армянской народной музыкой, духом, которым наполнено произведение. Ей помогал легендарный тенор Авак Петросян, исполнитель партии Саро. Во время их первого совместного выступления знаменитый певец подбадривал её, повторяя по-армянски: «Апрес, апрес» — «Живи, живи».
Узунян выступала не только в Ереване. Она регулярно пела на сцене Тбилисской оперы, где её знали ещё со студенческих лет. Грузинская публика обожала её за искренность, за умение превращать оперу в живую драму, а не в концерт в костюмах.
Гастроли охватывали весь Советский Союз. Минск, Ташкент, Уфа, Москва — везде, где она появлялась, о ней писали восторженные рецензии. «Мне доводилось выступать перед самой разной аудиторией - людьми самых разных профессий, в Колонном зале Дома союзов и в скромном клубе села Хнаберд Арагацкого района Армении, — говорила певица.
Эта демократичность была частью советской идеологии, но Узунян относилась к ней искренне. Она не делила публику на «достойную» и «недостойную». Пела одинаково вдохновенно и в столичном зале, и в сельском клубе. Для неё важен был не статус слушателей, а их отклик, их эмоции.
Параллельно с оперой она вела активную концертную деятельность. Записывала для радио и телевидения оперные арии, произведения камерной музыки, народные армянские песни. Работала с Академическим оркестром русских народных инструментов Центрального телевидения и Всесоюзного радио.
Её голос звучал из радиоприёмников по всей стране. Пластинки с записями Узунян выпускались тысячными тиражами. В эпоху, когда далеко не все могли попасть в оперный театр, грампластинки и радио делали искусство доступным. И Эльвира Григорьевна была одним из тех голосов, которые формировали музыкальный вкус советских людей.
В 1966 году Эльвира сыграла первую роль в кино — Люсю в киноальманахе «Люди нашего города». Потом были ещё несколько фильмов: «Берег юности» (1969), «Вода наша насущная» (1975), «Ещё пять дней» (1978), «Частный случай» (1983). Роли небольшие, эпизодические, но каждая — с душой.
Узунян не стремилась к кинокарьере. Её стихия — театр, живое исполнение, контакт с публикой. Но когда предлагали роль, она не отказывалась. Относилась к кино как к ещё одной форме искусства, ещё одной возможности выразить себя.
Она была самой близкой подругой Софико Чиаурели — великой грузинской актрисы, звезды советского кино. Их связывала многолетняя дружба, начавшаяся в Тбилиси. Обе жили в мире искусства, обе понимали цену таланту и труду, обе умели любить и жертвовать.
Софико и Эльвира были очень разными. Чиаурели — дочь знаменитых родителей, выросшая в доме, где собирались Станиславский и Немирович-Данченко. Узунян — девушка из обычной семьи, пробившаяся наверх своим талантом. Но это не мешало дружбе. Они поддерживали друг друга, делились радостями и горестями, навещались в Тбилиси и Ереване.
Когда в марте 2008 года Софико умерла, Эльвира потеряла часть своей души. Подругу не стало, осталась лишь память о годах, проведённых вместе.
В 1978 году Эльвире Узунян было присвоено звание народной артистки Армянской ССР. Это была вершина советской артистической карьеры — высшее признание таланта и заслуг. В 1985 году она получила второе почётное звание — народная артистка Грузинской ССР.
Два народных звания от двух республик — редкий случай. Обычно артисты получали звание в своей республике. Но Узунян была по-настоящему интернациональна. Армянка по происхождению, она родилась и училась в Тбилиси, работала в Ереване, пела на грузинском и армянском, дружила с людьми разных национальностей.
Её голос не имел национальности. Он был универсальным — одинаково органично звучал в итальянской опере, русском романсе и армянской народной песне. Техника позволяла петь любой репертуар, а душа помогала вкладывать в каждое произведение личное чувство.
К концу 1980-х Эльвира Узунян выступала уже около сорока лет. Её знали во многих странах по сольным концертам, записям на радио, телевидении, дисках. Она была примой Ереванской оперы, любимицей публики, признанным мастером.
Наступил 1988 год, пришлось прервать все выступления – события того времени захлестнули всех, стало не до концертов.
1988-й стал переломным для Армении и всего Закавказья. Карабахский конфликт, землетрясение в Спитаке, погромы в Сумгаите — цепь трагедий, которые перевернули жизнь миллионов людей. Концерты, оперные спектакли, творческие планы отступили на задний план. Было не до искусства — шла борьба за выживание.
Узунян замолчала. Не физически — голос был в порядке. Но морально петь было невозможно. Как исполнять весёлые арии, когда вокруг горе? Как выходить на сцену, когда люди хоронят близких?
Три года она почти не пела. Занималась благотворительностью, помогала пострадавшим, поддерживала земляков. Но сцена ждала. Театр ждал. Публика ждала.
В 1991 году певица уехала в США – ее пригласили на работу в Longy school of music, где действовал оперный класс, есть своя оперная студия.
Переезд в Америку не был бегством. Это было приглашение на работу — преподавать вокал в престижной музыкальной школе в Кембридже, пригороде Бостона. Longy School of Music — одно из старейших учебных заведений в США, основанное ещё в 1915 году. Здесь учились и преподавали выдающиеся музыканты.
Узунян было пятьдесят семь лет. Возраст, когда многие певицы уже завершают карьеру. Но её голос сохранился, техника оставалась безупречной. Она преподавала, передавала опыт молодым, параллельно выступала с концертами.
Параллельно с преподаванием выступала с концертной программой, составленной из армянской классики. Пропагандируя армянскую культуру, участвовала в музыкально-литературном фестивале, традиционно проходящем в Бостоне под открытым небом перед Домом-музеем Лонгфелло, в котором выступают представители разных национальностей.
Америка открыла новую главу. Здесь Эльвира Григорьевна стала не только певицей и педагогом, но и общественным деятелем. Она работала с армянской диаспорой, организовывала концерты, знакомила американцев с армянской музыкой.
Она основала и возглавила в Бостоне организацию «Help Young Talents», цель которой – помочь талантливой молодежи, развивая и обогащая культурные традиции.
Это был детский эстетический центр, где дети армянской диаспоры приобщались к искусству. Литература, музыка, живопись — всё то, что формирует культурную идентичность. Узунян понимала: если молодое поколение, выросшее в Америке, не будет знать родной культуры, связь с корнями прервётся.
Она организовывала лекции-концерты, выставки художников, выступления молодых артистов. Приглашала известных мастеров из Армении, устраивала встречи, создавала мосты между диаспорой и исторической родиной.
Она любит Бостон еще и за то, что его симфонический оркестр ежегодно дает концерт, посвященный армянской музыке. Это греет ей душу, — писали о ней.
Узунян делила жизнь между двумя мирами. Последние 20 лет Эльвира Григорьевна живет в холодное время года в Бостоне, а остальной период - в Ереване. У неё был дом в Ереване, близкие, друзья, без общения с которыми было трудно жить. Каждое лето она возвращалась на родину, встречалась с коллегами, навещала театр, где прошли лучшие годы.
В 2014 году в Ереванском театре оперы и балета отметили её восьмидесятилетие. Торжественный вечер, воспоминания, выступления молодых артистов, которых она когда-то учила. «Это будет диалог с театром, с которым мы однолетки», — говорила Эльвира Григорьевна.
В 2019 году ей исполнилось восемьдесят пять. Юбилей снова отмечали в Ереване, в родном театре. Певица всё ещё была полна энергии, планов, желания работать.
О личной жизни Эльвиры Узунян известно немного. Она была замужем, родила дочь, у неё была внучка. Но имена мужа и дочери не называются в публикациях. Узунян тщательно оберегала семью от публичности.
В советское время это было обычным делом. Артисты редко выставляли напоказ частную жизнь. О творчестве говорили охотно, о семье — почти никогда. Эльвира Григорьевна придерживалась этой традиции до конца.
Известно лишь, что семья поддерживала её выбор, не мешала карьере, разделяла любовь к музыке. Когда она переехала в Америку, близкие остались с ней — дочь и внучка тоже жили в Бостоне.
Современники описывали голос Узунян особыми словами. Лирико-колоратурное сопрано: от природы ясным, чистым, редкого жемчужного отлива, гибким на всём протяжении, легко летящим и заполняющим зал.
Жемчужный отлив — это не просто метафора. Это реальное качество тембра, когда голос звучит мягко, без резкости, с благородным блеском. Такие голоса редки. Их нельзя выработать одной техникой — это дар природы.
Но природный дар без техники бесполезен. Узунян владела виртуозной колоратурой — умением исполнять быстрые пассажи, трели, украшения. В ариях Джильды, Олимпии, Розины колоратура — не просто демонстрация мастерства. Это часть характеристики героини, способ передать её эмоции.
При этом она не была холодной виртуозкой. Каждая роль пропускалась через сердце, наполнялась личным чувством. Станиславский учил: актёр должен жить на сцене, а не изображать жизнь. Узунян следовала этому принципу всю карьеру.
В начале 2020-х Эльвира Григорьевна продолжала жить между Бостоном и Ереваном. Здоровье слабело, но дух оставался бодрым. Она общалась с молодыми артистами, давала советы, следила за культурной жизнью.
Влюбленность в жизнь, искусство, творческий подход ко всему, за что бы она ни бралась, - такова Эльвира Узунян, — писали о ней друзья.
Весной 2025 года она в последний раз побывала в Ереване. Встречалась с родными, гуляла по знакомым улицам, навещала театр. Потом вернулась в Бостон. 28 мая её не стало. Сердце остановилось тихо, без страданий. Ей было девяносто лет.
Новость о смерти облетела армянскую диаспору по всему миру. Прощание прошло в Бостоне, но память о ней хранят в Ереване и Тбилиси, в Москве и во всех городах, где когда-то звучал её голос.
Эльвира Узунян не написала мемуаров. Не оставила автобиографии. Не дала громких интервью о своей жизни. Её наследие — это записи, которые сохранились на пластинках и плёнках. Арии из опер, романсы, армянские народные песни — голос, который звучал полвека назад и продолжает звучать сегодня.
Это десятки учеников, которых она воспитала в Longy School of Music и в Ереванской консерватории. Молодые певцы, которые несут дальше традиции, которым она служила всю жизнь.
Это организация «Help Young Talents», которая продолжает работать и после её смерти. Дети армянской диаспоры по-прежнему приходят туда учиться музыке, живописи, литературе — знакомиться с культурой предков.
Это память тех, кто слышал её пение вживую. Кто сидел в зале Ереванского театра оперы и балета и плакал над сценой безумия Ануш. Кто слушал её концерты в Бостоне и понимал: перед ними не просто певица, а живая легенда.
Узунян принадлежала к поколению, для которого искусство было служением. Не карьерой, не способом заработать, не путём к славе — а именно служением. Каждый выход на сцену был жертвоприношением, отдачей себя публике без остатка.
Такие артисты уходят, и их невозможно заменить. Можно воспитать новых певцов с хорошими голосами и техникой. Но нельзя воспитать искренность, душевность, способность вкладывать в каждую ноту частицу собственной жизни. Это либо есть, либо нет.
У Эльвиры Узунян это было. И голос её, записанный на старых плёнках, продолжает звучать — напоминание о времени, когда оперу слушали в Колонном зале Дома союзов и в сельском клубе Араг ацкого района, когда певица могла быть одновременно примой и учительницей, звездой и человеком.
Сегодня имя Эльвиры Узунян произносят как имя человека, который внёс в культуру куда больше, чем просто красивый голос. Она стала символом эпохи, в которой искусство воспринималось как миссия, а сцена — как место служения. Её ученики продолжают петь, её школа в Бостоне работает, а записи — пусть и немногочисленные — живут в интернете, на радиофондаx, в архивах театров.
Для Армении она стала частью культурного кода, для Грузии — памятью о золотом времени тбилисской оперы, для США — связующим мостом между диаспорой и исторической родиной. Для слушателей — голосом, который умел лечить, вдохновлять, пробуждать чувства.
Эльвира Узунян прожила жизнь, в которой не было громких скандалов, шума, борьбы за внимание. Она выбрала путь мастера, для которого главное — не место в афише, а искренность эмоции. И этот путь оказался удивительно долговечным.
Голос жемчужного тембра, которому аплодировали в Ереване, Тбилиси, Бостоне. Голос женщины, которая никогда не забывала родину и всегда возвращалась к ней. Голос, которым любовалась эпоха — и который продолжит звучать, пока живы те, кто его слышал.
Эльвира Узунян - фотография из архивов сайта
Посмотреть фото
| Родилась: | 06.12.1934 (90) |
| Место: | Тбилиси (GE) |
| Умерла: | 28.05.2025 |
| Место: | Бостон (US) |
