Людибиографии, истории, факты, фотографии

Римас Туминас

   /   

Rimas Tuminas

   /
             
Фотография Римас Туминас (photo Rimas Tuminas)
   

День рождения: 20.01.1952 года
Место рождения: Кельме, СССР
Возраст: 68 лет

Гражданство: Литва

Театр учит терпению

Литовский режиссер

Театр учит терпению. В этом слове – все. Терпение создает тебя самого. Терпение – это такая химическая реакция, длительная, в которой отбрасываются, отщепляются какие-то мои личные недостатки, отходит моя человеческая пыль, грязь. Начинаешь слушать и слышать другого, видеть его. Когда есть терпение, открывается мир: даже не мир автора, которого ставишь, а мир истории, мир века, открывается мир в небесах, когда есть терпение. Еще результат терпения – это сочувствие и благодарность.

VK Facebook Mailru Odnoklassniki Twitter Twitter Print

29.03.2010

Театр Вахтангова с приходом в него знаменитого литовца Римаса Туминаса стал похож на пчелиный рой, в котором премьера выходит за премьерой, и эти спектакли, как в старые времена, возмущают, покоряют, влюбляют в себя, тревожат, привлекают в театр новых людей.

Римас Туминас фотография
Римас Туминас фотография

Вам в таком насыщенном графике существовать комфортно или сложно?

Реклама:

– Довольно сложно, но в этой сложности есть нечто праздничное. Я не в самом празднике нахожусь, но рядом с ним. Рядом праздник. И это ощущение, хоть и тяжело, но приятно. И потом, когда праздник рядом, то – ничего, справимся!

Вам не обидно, что когда премьера, то про вас немножко все забывают? Цветы, поклоны, все переключаются на артистов – вам не обидно?

– Нет, не обидно. Потому что я со спектаклем чуть раньше попрощался, чем случилась премьера. Я заранее готовлюсь. Начинаю репетиции рядом с артистами, на сцене. Потом спускаюсь на первый ряд, потом отхожу на седьмой, а потом и на пятнадцатый – и поближе к двери, к выходу. И ухожу еще до премьеры, так что тяжелого прощального момента у меня нет. Наоборот, я на премьере на артистов смотрю с гордостью, что они оставили меня на земле и полетели, и я рад их полету.

Я знаю, что некоторые режиссеры начинают новую работу еще до того, как состоится премьера предыдущей. А у вас как?

– В дни премьеры хочется все перепоставить, сделать по-другому, остановить и начать заново то, что делал, кажется, что все не так, что можно было иначе, интереснее. И параллельно есть другая мысль, что вот в следующий раз я все сделаю иначе! И вот тут немедленно надо начинать что-то делать, эта мысль – это уже начало новой работы. Надо успеть подхватить живой нерв этой работы. Нельзя обрывать, откладывать. Надо продолжать по-живому. Потому что черт сидит внутри и подталкивает: «Давай дальше, давай дальше». Так что через неделю после премьеры точно начинаются репетиции нового спектакля. Это же болезнь!

Вы говорили о том, что это удовольствие – репетировать.

Лучшие дня


Иоанн Аргиропул
Посетило:274
Иоанн Аргиропул
Полина Виторган
Посетило:271
Полина Виторган
Последний русский император
Посетило:265
  Николай II

– Да, и с каждым годом мне становится все радостнее репетировать, потому что тебя все меньше волнует результат, попадание в зрителя, что скажут, как оценят. Это становится третьестепенным. Раньше я был моложе, эгоистичнее, заносчивее, а жизнь учит, что то, что происходит сегодня, – это и есть самое интересное. И репетиция на сегодняшний день – это самый интересный и радостный процесс для меня.

Вы можете сформулировать, чему в человеческом смысле вас научили репетиции, театр, ведь вы им занимаетесь уже несколько десятков лет.

– Терпению. Театр учит терпению. В этом слове – все. Терпение создает тебя самого. Терпение – это такая химическая реакция, длительная, в которой отбрасываются, отщепляются какие-то мои личные недостатки, отходит моя человеческая пыль, грязь. Начинаешь слушать и слышать другого, видеть его. Когда есть терпение, открывается мир: даже не мир автора, которого ставишь, а мир истории, мир века, открывается мир в небесах, когда есть терпение. Еще результат терпения – это сочувствие и благодарность.

И прощение?

– Да, и прощение. И это самое ценное, к чему мы приходим через терпение. Через терпение мы приходим к христианству, для которого прощение – одна из самых важных составляющих.

Много говорят о том, что в театре, как в организации, сбиты понятия морали и существует некая странная для не-театрального мира система координат. Это так? Для вас что первично: хороший артист или хороший человек?

– Хороший человек. Это уже половина профессии. Раньше говорили и сейчас говорят, что хороший человек – это не профессия. Но в театре наоборот: хороший человек – это уже половина театра, это уже половина успешной актерской работы над персонажем, над человеком, которого ты создаешь. Второе – про то, что сбита мораль в театре, – нет. Это не так. В театрах моральные критерии существуют. Они могут быть не такими открытыми, явными, но это ценность, которую каждый театр бережет. Так же, как в жизни, в театре есть понятие предательства и верности. Так же, как в жизни, в театре совершаются иногда необдуманные поступки, и так же за них просят прощения и прощают.

То есть человеческие качества так же необходимы для того, чтобы попасть в вашу команду, как и профессиональные?

– Конечно. Только я бы сказал, не команда, а ансамбль, даже при том, что имею в виду административную сторону театра, а не труппу. Сейчас я чувствую, что мой ансамбль в Вахтанговском театре расширяется, и мне это очень приятно, что появились люди, которые хотят быть частью моего ансамбля именно в театре Вахтангова.

Когда я училась в институте, нам много рассказывали про мхатовские и вахтанговские традиции, а когда мы ходили во МХАТ или в Театр Вахтангова, мы видели только или плохие или хорошие спектакли, которые ни к каким традициям отношения не имели. А возможно ли вообще, в принципе в живом театре продолжать традиции, возникшие больше пятидесяти лет назад?

– Знаете, как говорят: человека еще никто не отменял. Интересно и глубоко существовать на сцене всегда, в любые времена важно, и это ни к каким традициям не имеет отношения. То есть, как говорил Эфрос: хороший спектакль – это и есть традиция. Вот что традиция: исповедовать, верить и самому быть творцом, чувствовать себя созидателем. Еще нужна вера в Третьего. Служить не зрителю, не режиссеру, а этому Третьему. Может быть, этому глазу Всевышнего. Как служить? Быть профессиональным, быть верующим, быть человеком. Вот – традиция. Это никак и никем не может быть отменено. Все остальное – веяния времени, все остальное несущественно.

Три года назад вы говорили о том, что немножко устали – ваш театр в Вильнюсе уже был успешным и мог существовать без вас, и вам стало немножко скучно. И вот вы взвалили на себя Театр Вахтангова. Есть ли у вас некий образ того, что вы хотите сделать? Некий план действий?

– У меня действительно тогда был некий период, когда казалось, что жизнь прожита – как у Чехова, и что дальше ничего не будет. И я тогда хотел уехать в хутор, я же до восемнадцати лет жил на хуторе, безвыездно, и вот хотел туда вернуться. Но вместо того чтобы поехать на хутор, чтобы убить в себе сомнения, я поехал в Театр Вахтангова, в котором я продолжаю существовать, как на хуторе: я хочу, чтобы были разные растения, чтобы они радовали, я мастерить хочу, где-то беседку сделать, где-то пруд, где-то камни навалить. Как Астров – сделать такую усадьбу, в которой будет приятно не только мне, сделать какой-то гармоничный мир. Вот мой план. И, как на хуторе, я борюсь с сорняками. Я пытаюсь на вверенном мне гектаре что-то сделать, а не получается, потому что вокруг поля заражены, и чтобы сделать свое, надо весь мир сделать чистым. Но так сделать невозможно. Но именно это предстоит сделать.

Но когда вы приходите на хутор, то здесь можно сделать беседку, тут можно навалить камни, а вот тут течет ручей, и будет глупо пытаться мешать ему течь или хотеть, чтобы он не тек…

– Да, вы совершенно правы, значит, надо помогать ему течь, если он уже есть.

А в театре в должности худрука театра вы чувствуете себя свободным?

– В репетициях, в замыслах – да. А в повседневной административной жизни я пленник. И мне трудно не потому, что я художник, но потому, что очень много завязано судеб в театре. А, возвращаясь к хутору, скажу, что не надо только заборов строить! Надо жить без заборов и надо распространять свою гармонию как только можешь далеко, иначе ты не почувствуешь общей гармонии, если построишь у себя забор и за своим забором все будет чисто, но не будет у тебя покоя и не будет счастья, потому что из-за забора не увидеть гармонии мира. Но тут мы приближаемся к фразе Чехова из «Трех сестер», которую, мне кажется, я понимаю: «Мы не можем быть счастливы, счастья нам не дано». То же самое: не могу я назвать себя счастливым, когда рядом кто-то несчастен. Когда все мы будем счастливы, я скажу, что и я счастлив. Но это утопия. Это красивая легенда. Но ею надо жить и к ней надо стремиться.

Вы стали из гостя Москвы ее жителем. Как вам тут живется?

– Москва меня давит. Мне тут трудновато. Меня и Вильнюс давил, и мне хотелось обратно на свой хутор. Вообще всегда хочется куда-то уехать. Но всегда надо куда-то хотеть уехать.

Вам бывает скучно?

– Да, и это не зависит от того, где я нахожусь.

Состояние скуки, как вы думаете, это из серии хороших наших черт или плохих?

– Хороших, это хорошее состояние. Скучать – это полезно, это лечит от излишней суеты и дерготни. Скука – это неплохая психотерапия, ей не надо сопротивляться.

А чему надо сопротивляться в себе?

– Чтобы это состояние «скучно и грустно» не превратилось в сарказм, в злость, в месть, в ненависть.

Сейчас, когда вы столько лет на репетициях занимаетесь изучением человека, вы его знаете?

– Иногда мне так кажется. Иногда через удивление понимаю, что вижу, но тут же все улетучивается, и поэтому всегда себе в этом не доверяешь. Этих проблесков хватает. Не надо думать, что ты вообще видишь или понимаешь что-то. Нет. Проблесками.

Вы любите людей?

– Да! Это самое интересное и забавное создание, из-за которого мы все и занимаемся театром!

10 фактов о Римасе Туминасе

1. Родился 20 января 1952 в г. Кельме (Литва).

2. В 1970 – 1974 гг. учился в Литовской консерватории.

3. В 1978 г. окончил режиссерский факультет ГИТИСа (курс Иосифа Туманова).

4. С 1979 г. по 1990 г. режиссер работает в Государственном академическом драматическом театре Литвы, а с 1994 г. – его главный режиссер (в 1998-м театр обретает статус национального).

5. В 1990 г. Туминас основывает Малый театр Вильнюса. Здесь им были поставлены: «Вишневый сад», «Галилей», «Три сестры», «Ромео и Джульетта», «Улыбнись нам, Господи», «Маскарад», «Мадагаскар».

6. Первая постановка в Москве: в 2000 г. выпустил в «Современнике» спектакль «Играем...Шиллера!» по пьесе Фр. Шиллера «Мария Стюарт» с Мариной Нееловой и Еленой Яковлевой в главных ролях.

7. Первая постановка в Театре Вахтангова: 2002 год, спектакль «Ревизор».

8. В 2007 г. Римас Туминас назначен художественным руководителем Театра имени Евг. Вахтангова.

9. Второй спектакль Римаса Туминаса в «Современнике» «Горе от ума» известен тем, что на премьере побывал Владимир Путин и выразил свое несогласие с трактовкой образа Чацкого.

10. В Театре им. Евг. Вахтангова Р.Туминас поставил спектакли: «Троил и Крессида», «Последние луны», «Дядя Ваня», «Маскарад».




Ваш комментарий (*):
Я не робот...

Лучшие недели


Богат и знаменит
Посетило:996
Джон Ву
Украшает мужика борода
Посетило:1064
Антанас Контримас
Маргарита Дуглас
Посетило:1005
Маргарита Дуглас

Добавьте свою информацию

Здесь
Администрация проекта admin @ peoples.ru
history