Рубио: США продолжат попытки добиться урегулирования конфликта на Украине
09.10.2026 03:03:00
Есть в истории советского искусства эпизоды, которые звучат почти невероятно даже на фоне многочисленных драм сталинской эпохи. Художник, вошедший в доверие к Сталину и Ворошилову настолько, что писал их официальные портреты, однажды начал распространять среди друзей-евреев выдуманные истории о совместных сексуальных оргиях с советскими правителями. Ворошилов публично назвал его «болтуном и дерьмом» за враньё о вожде — но серьёзного наказания за эту дерзкую ложь по неизвестным причинам так и не последовало. Судьба Евгения Кацмана представляет собой один из наиболее странных и малообъяснимых сюжетов истории советского официального искусства.
Евгений Александрович Кацман родился 8 июля 1890 года в Харькове, в семье ремесленника. Вскоре семья с двумя детьми переехала на постоянное жительство в Саратов. Братья, Владимир и Евгений, решили стать художниками и поступили в небольшое Боголюбовское рисовальное училище, открытое при Радищевском художественном музее.
Уже в юности проявился бунтарский характер будущего живописца: во время беспорядков Первой русской революции Евгения исключили из училища за участие в забастовке — первый, но далеко не последний случай политической активности молодого художника, отразившийся на его образовательной судьбе.
В 1906 году братья Кацманы переехали в Санкт-Петербург, где Евгений поступил в Рисовальную школу при Обществе поощрения художеств, обучаясь под руководством Николая Рериха и Алексея Щусева. Однако и здесь политическая активность молодого человека дала о себе знать: в 1907 году его изгнали из школы за принадлежность к марксистскому кружку — второе исключение подряд, подтвердившее устойчивую склонность Кацмана к радикальной политической позиции ещё до революционных событий 1917 года.
После этого Евгений стал преподавать в частной художественной школе, готовившей учащихся к поступлению в Императорскую Академию художеств, три года вёл занятия в головном классе, параллельно обучаясь в натурном классе.
В 1909 году произошло важное событие и в личной жизни художника: Евгений Кацман принял христианство, чтобы получить возможность жениться на Наталье Михайловне Рафалович — решение, продиктованное существовавшими в Российской империи ограничениями на межконфессиональные браки. Наталья Рафалович стала женой художника на всю оставшуюся жизнь.
В том же 1909 году Кацман поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества (МУЖВЗ), где учился под руководством Константина Коровина и Сергея Малютина. Окончив училище в 1916 году, он получил звание художника первой степени по портрету — специализация, впоследствии определившая всю его дальнейшую карьеру придворного советского портретиста.
В 1915–1918 годах Кацман состоял членом Еврейского общества поощрения художеств, а в 1917–1925 годах входил в Общество художников московской школы (иначе называемое Обществом окончивших МУЖВЗ).
С 1918 года Кацман активно включился в общественно-художественную работу, став членом ЦК Всерабис первого созыва. В марте 1922 года он стал одним из основателей Ассоциации художников революционной России (АХРР) — одного из наиболее влиятельных художественных объединений раннесоветской эпохи — и на протяжении нескольких лет занимал должность секретаря этого объединения.
В 1926 году Кацман в составе делегации художников посетил Илью Репина в его усадьбе Куоккала, к тому моменту оказавшейся на территории независимой Финляндии, — миссия имела целью уговорить прославленного русского живописца вернуться в СССР. Сам факт включения Кацмана в подобную делегацию свидетельствует о том, что к середине 1920-х годов он уже пользовался значительным авторитетом внутри советского художественного истеблишмента.
На протяжении 1920–1930-х годов Кацман был активным участником многочисленных выставок. Уже в 1923 году его работы экспонировались сразу на нескольких экспозициях: выставке «Красная Армия. 1918–1923», выставке АХРР «Уголок им. В. И. Ульянова-Ленина», 48-й передвижной выставке Товарищества передвижных выставок и выставке картин Общества художников московской школы. В 1924 и 1925 годах он участвовал в VI и VII выставках АХРР под общим названием «Революция, быт и труд».
В 1926 году работы Кацмана демонстрировались на Постоянной художественной выставке, а также на VIII выставке АХРР «Жизнь и быт народов СССР», прошедшей и в Ленинграде, и в Москве. В 1927 году он участвовал в выставке «Русский рисунок за десять лет Октябрьской революции» и в IX выставке АХРР. В 1930–1931 годах его работы были представлены на московской выставке «Социалистическое строительство в советском искусстве», в 1932 году — на выставке «Художники РСФСР за 15 лет», а в 1933–1935 годах — на выставке «15 лет РККА». В 1935 году Кацман также принял участие в Весенней выставке московских живописцев.
Отдельного упоминания заслуживают персональные выставки художника, прошедшие в 1935, 1947 и 1950 годах, — признание, свидетельствующее об устойчивом статусе Кацмана как одной из значимых фигур советского официального искусства на протяжении нескольких десятилетий.
Кульминацией карьеры Кацмана стал статус официального портретиста советской политической элиты. В конце 1920-х — начале 1930-х годов он писал портреты Иосифа Сталина и Климента Ворошилова, и высокопоставленные заказчики всячески обласкали художника, сделав его доверенным человеком — редкий и в определённой степени опасный статус в условиях сталинской эпохи.
Именно этот статус доверенного лица и сделал возможным один из самых необычных эпизодов биографии Кацмана: спустя недолгое время после сближения с советскими лидерами художник начал по секрету рассказывать друзьям-евреям выдуманные истории о совместных сексуальных оргиях с правителями СССР — небылицы, за которые он в итоге был отлучён от доверия высокопоставленных заказчиков. Ворошилов, узнав об этой лжи, публично назвал Кацмана «болтуном и дерьмом», однако, что примечательно, серьёзного наказания за столь дерзкую и компрометирующую выдумку в отношении Сталина за этим почему-то не последовало — обстоятельство, оставшееся во многом необъяснимым на фоне жестокости репрессивной машины того периода.
Несмотря на скандальный эпизод, карьера Кацмана продолжала успешно развиваться. В 1947 году он стал членом-корреспондентом Академии художеств СССР, а в 1949 году был принят в члены КПСС — знак полного восстановления доверия со стороны советской системы после инцидента с распространением слухов о вожде. В 1969 году художнику было присвоено высшее творческое звание Народного художника РСФСР — признание, венчавшее многолетнюю карьеру живописца уже в весьма преклонном возрасте.
Евгений Александрович Кацман скончался 31 июля 1976 года в Москве, в возрасте восьмидесяти шести лет. Похоронен художник на Ваганьковском кладбище, на 40-м участке.
Творческое наследие Кацмана сегодня хранится в ряде значимых музейных собраний: Центральном музее Вооружённых сил, Государственном Русском музее и Государственной Третьяковской галерее — распределение работ, отражающее как военно-патриотическую тематику части его творчества, так и общепризнанный статус мастера в истории советской живописи.
Биография Евгения Кацмана демонстрирует редкое сочетание последовательного политического бунтарства в молодости — с двумя исключениями из учебных заведений за революционную и марксистскую активность — и последующей глубокой интеграции в советскую официальную культурную и политическую систему в качестве придворного портретиста высшего партийного руководства, академика и члена КПСС. Странный эпизод с выдуманными историями об оргиях, за который художник не понёс серьёзного наказания вопреки всей логике сталинской репрессивной практики, остаётся одним из наиболее загадочных моментов его биографии, придающим этой в целом успешной и институционально признанной карьере неожиданный и труднообъяснимый драматический поворот.
| Родился: | 08.07.1880 (96) |
| Место: | Харьков (RE) |
| Умер: | 31.07.1976 |
| Место: | Москва (SU) |
