пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ: Андрей Пуминов [19.09.2006]

Недоступная Пьеха

+— ВЫ ВСЕГДА прекрасно выглядите, наверное, в вашей жизни было много мужчин?

— Нет. Я влюблялась редко и надолго. И никогда не коллекционировала мужчин. Хотя у меня были предложения руки и сердца от слесаря до генерала и далее. Я была недоступной. У меня в ансамбле по-прежнему все друг друга на «вы» называют, хотя мы работаем вместе с 76-го года.

+— И вы никогда не позволяли себе даже легкий флирт?

— Никогда. Я же ка-то-лич-ка-а. В нашей семье на стороне никто никогда не крутил романы. Я всегда была человеком на большую дистанцию, и мне временные флирты были не нужны. Человека, который мне нравился, пыталась прочувствовать и понять. С нынешним моим супругом Володей Поляковым мы два года по телефону разговаривали, и только на «вы». Потом вдруг выяснилось, что я ему нравлюсь. Моя шахтерская прямолинейность не выдержала двух лет ухаживаний, и я сказала: «Давай поженимся».

+— И, даже выходя на сцену, никогда не пытались мужскую половину возбудить, извините за формулировку.

— Никогда не работала на публику.

+— Очень странно слышать это от певицы.

— Вы поймите, на сцену когда-то вышла 18-летняя девочка, которая не думала о том, что можно кому-то нравиться. Я была довольно некрасивой и полной: отъедалась в Москве после голодной Франции и весила 75 кило. Впервые в жизни наелась досыта, приехав в Советский Союз в 55-м году. Я была ГОЛОДНАЯ и всю свою стипендию (900 рублей) проедала. Ела все подряд: два первых, два вторых, пирожные, печенье, сгущенка. И поправилась на 15 кило. Юбка у меня была старомодной, туфельки поношенные. К сожалению, целая глава в ненаписанной книге о моей жизни могла быть посвящена патологической ревности покойного супруга Александра Броневицкого. Что только он не вытворял! Я была на гастролях в Каннах. И он ночью по гладкой стене пробрался ко мне в номер через открытое окно и стал кричать: «Где Магомаев?» Оформил себе визу и приехал меня проверить. И это после 20 лет совместной жизни. Так что о каких романах вы говорите?

— НАВЕРНОЕ, мне не хватало в жизни ласки, внимания, эрудиции. Я была простой сермяжной девчонкой из шахтерской семьи, вышедшей на сцену не завоевывать плотью, а просто спеть от души, выразить голосом, как поют деревья, птицы. В свое время мне приписали роман с директором парижского театра «Олимпия» Бруно Кокатриксом. Я его действительно расположила к себе, но это было не сексуальное влечение, а человеческое. Как-то пришла к нему с просьбой: «Месье Кокатрикс, хочу купить гриль-печку. Она стоит 1000 франков, и мне не хватает денег. Вы часто приезжаете в Советский Союз. Я бы у вас заняла сейчас, а в Москве отдала бы в рублях». Он хохотал примерно так же, как вы сейчас. А потом спрашивает: «Вы что, смеетесь надо мной? Я плачу за вас почти так же, как за Марлен Дитрих. У вас что, тысячи франков нет?» А я получала 100 франков суточные, и все. Сколько на мне зарабатывал Госконцерт, для меня до сих пор тайна. Представляете, какое безумие было в советские времена? И когда я сказала Кокатриксу, сколько получаю, он даже заматерился. Тут же вызвал свою помощницу и приказал: «Поезжай в галерею «Лафайет» и купи Пьехе за наш счет гриль».

+— ВЫ БЫЛИ закомплексованным человеком?

— Да, меня же били. Такой был метод воспитания во французской школе: за любое незнание — линейкой по руке, в угол ставили. Папа ремнем поддавал. В педагогическом лицее в Польше тоже очень строго спрашивали, и я носила от мамы записки. Мамочка моя (царствие ей небесное) страдала белокровием. Тогда я не знала, что у нее такая страшная болезнь, но видела, что она плохо себя чувствует, и пользовалась этим. «Мама, напишите, что вы плохо себя чувствуете, и я в школу не пойду». А мама отвечала: «Напиши сама, доченька, а я распишусь». И я прогуливала учебу. А потом подготовлюсь и приношу записку от мамы. В результате закончила отличницей. Все это было так унизительно…

Tags: #никогда #жизни #сцену #франков #всегда #наверное #мужчин #человеком #сказала #очень #москве #советский #гриль #сколько #плохо

пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ