Людибиографии, истории, факты, фотографии

Игорь Бутман

   /   

Igor Butman

   /
             
Фотография Игорь Бутман (photo Igor Butman)
   

День рождения: 27.10.1961 года
Место рождения: Санкт-Петербург, СССР
Возраст: 58 лет

Гражданство: США

Интервью

Джаз-музыкант, саксофонист.

Игорь Бутман выступает на самых престижных концертных площадках мира, играет в качестве приглашенного солиста с такими звездами как Джордж Бенсон и Рэй Чарльз. Игорь Бутман и Кевин Махогани - те редкие музыканты, которые не просто блестяще исполняют джаз и владеют искусством импровизации, но хотят слышать друг друга и мгновенно реагируют на смену настроений зала. Кажется, что они откликаются на каждую эмоцию, хотя на самом деле это они ведут слушателя за собой.

VK Facebook Mailru Odnoklassniki Twitter Twitter Print

09.11.2004

Игорь Бутман родился в 1961 году в Ленинграде. В 80-х годах выступал с оркестром Олега Лундстрема, записывался с известнейшими ленинградскими коллективами, в числе которых - группа «Аквариум». Затем эмигрировал в США, где поступил в ведущее джазовое заведение The Berklee College of Music. Играл с известнейшими музыкантами, среди которых Чик Кориа, Гари Бертон, Дэйв Брубек. В 1993 году выпустил первый сольный альбом Falling Out, следующий, «Ностальгия», увидел свет в 1997-м и до сих пор является самым продаваемым джазовым диском в России. Игорь Бутман играл для президентов России и США: в 1995 году выступил перед Борисом Ельциным и Биллом Клинтоном (известным своей любовью к саксофону), а в 2000-м - перед Клинтоном и Владимиром Путиным.

Игорь Бутман фотография
Игорь Бутман фотография

Игорь Бутман выступает на самых престижных концертных площадках мира, играет в качестве приглашенного солиста с такими звездами как Джордж Бенсон и Рэй Чарльз.

Реклама:

Ведет программу «Джазофрения» на канале «Культура», является арт-директором московского джаз-клуба Le Club, который, по оценке авторитетного журнала Down Beat, вошел в число ста лучших джазовых клубов мира. Журнал «Афиша» включил Игоря Бутмана в число двенадцати российских музыкантов, «которые определяют состояние музыки в стране».

В конце апреля концертная организация «Коллекция» представила в Ижевске единственный концерт признанных мастеров джаза - саксофониста Игоря Бутмана и Ко и вокалиста Кевина Махогани (выступление прошло в рамках российского тура музыкантов, организованного коньячным домом «Хеннесси»).

Нужно признать, нам посчастливилось услышать интереснейший дуэт. Игорь Бутман и Кевин Махогани - те редкие музыканты, которые не просто блестяще исполняют джаз и владеют искусством импровизации, но хотят слышать друг друга и мгновенно реагируют на смену настроений зала. Кажется, что они откликаются на каждую твою эмоцию (хотя на самом деле это они ведут тебя за собой). Совершенно особый тембр бутмановского сакса сложным рисунком вплетается в звучный, напоминающий горячий шоколад с острым перцем голос Махогани. Этот голос то терзает сдержанной блюзовой печалью, то разворачивается во всю необъятную мощь и окатывает волной мажора. Неспроста ведь маститые заокеанские критики называют его то «лучшим вокалистом своего поколения», а то и вовсе «джазовым вокалистом номер один».

Программа концерта была составлена так, что за три часа музыканты смогли продемонстрировать широкий диапазон своих пристрастий и возможностей: музыка собственного сочинения, джазовые стандарты и даже мелодии из русских мультфильмов (на саунд-чеке была сыграна колыбельная из «Умки», а на концерте - баллада Трубадура из «Бременских музыкантов»). И все это - с безупречным вкусом и бесконечным драйвом!

«Мы познакомились в маленьком городке Москва…»

- Бывают ли в жизни такие ситуации, о которых вы можете сказать: «Вот это джаз!»?

Лучшие дня


Иоанн Аргиропул
Посетило:274
Иоанн Аргиропул
Полина Виторган
Посетило:271
Полина Виторган
Последний русский император
Посетило:265
  Николай II

Игорь Бутман: - Да, бывают. Это такие моменты, когда приходится импровизировать. Но последнее время я не использую слово «джаз» для обозначения каких-то жизненных ситуаций. Для меня это понятие гораздо глубже, чем просто внешняя форма. Злоупотреблять этим словом могут только люди, которые не знают, что это такое на самом деле, как серьезно мы к нему относимся и для чего мы все это делаем: путешествуем, находимся вдали от родных и близких людей, зарабатываем на жизнь.

- У вас есть свое определение джаза?

И. Б.: - Для меня, для Кевина и для других людей это будут совершенно разные понятия. Было бы слишком просто сказать, что джаз - это та часть музыкального искусства, которая предполагает своей основной частью импровизацию, определенные ритмические и гармонические аспекты. Джаз - это и мышление человека, его стремление к полной свободе… На самом деле «джаз» - это слишком обобщенное понятие, относящееся к слишком большой области жизни и музыки, поэтому дать ему точное определение невозможно. Это гораздо больше, нежели то, чем мы занимаемся.

- Кевин начинал как саксофонист и лишь со временем стал петь. Вам не хотелось отложить инструмент и запеть?

И. Б.: - Саксофон - это мой голос. У меня, в отличие от Кевина, своего голоса нет, и поэтому приходится использовать инструмент.

Кевин Махогани: - А для меня инструмент - голос. Единственная разница между инструменталистом и вокалистом в джазе для меня состоит в том, что вокалист может передавать не только чувства и эмоции, но, и с помощью слов, - точный смысл. Но я люблю петь и те мелодии, в которых слов нет.

- Из каких событий и впечатлений вырос ваш дуэт с Кевином?

И. Б.: - Мы познакомились на джазовом фестивале четыре или пять лет назад. Услышали друг друга… Очень мне понравился Кевин - он замечательный вокалист, музыкант. Мы много общались, успели узнать друг друга поближе (этот фестиваль длится несколько дней, проходит в глубинке - в маленьком городке Москва штата Айдахо). Потом мы встретились еще раз, и я пригласил его приехать к нам на фестиваль «Триумф джаза» 2002 года. Он выступал с нашим оркестром, это было замечательно. Это был его первый опыт выступления в России. Ему очень понравился оркестр, поэтому через год он приехал снова… Тогда мы подружились уже по-настоящему, и я понял, что пора брать Кевина с собой на гастроли по стране.

- Кевин, в России долгое время бытовало утверждение, что джаз - это музыка черных. Вы согласны?

К. М. : - Джаз действительно был создан черными музыкантами, но это неправда, что его могут играть только черные. В Европе тоже до сих пор существует этот стереотип, считается, что на обложке джазовой пластинки должно быть черное лицо. Но это то же самое, что утверждать, будто европейцы лучше всех играют классику.

- И все-таки комплиментом европейскому джазовому вокалисту будут слова, что у него «черный» голос…

К. М: - А я вот не знаю, что такое «черный вокал». То есть слышал, что так говорят, но не вижу стоящих причин для таких определений. Мне вообще не очень нравится, когда наклеиваются ярлыки, да еще и расистского толка. Как будто черные могут хорошо делать только одно, например, петь джаз и играть в баскетбол, а белые - другое. Поверьте, европейцы поют джаз ничуть не хуже, чем американцы!

- Вас привлекает идея исполнять в джазовой манере композиции, которые были созданы совсем в другом жанре?

К. М. : - В этом-то и есть вся прелесть джаза - взять совершенно не джазовую мелодию и превратить ее в джаз!

И. Б.: - Мы цитируем и классическую музыку, и мелодии из фильмов, не имеющие к джазу никакого отношения, - и делаем из них джаз.

«Я успешен, потому что хочу этого…»

- Игорь, несколько лет назад вы вместе с Михаилом Козаковым сделали очень сильный поэтическо-музыкальный спектакль на стихи Иосифа Бродского. Как по-вашему, еще чья-то поэзия могла бы так же органично соединиться с джазовой музыкой?

- Бродский, бесспорно, очень музыкальный поэт. И Пушкин очень музыкален. Да мне кажется, это относится ко всем поэтам, на чьи стихи написаны песни. Есенин, Ахматова… В самой поэзии есть музыка, поэтому, я думаю, к любым стихам можно сделать джазовую аранжировку, только нужно найти талантливого джазиста.

- Что для вас, музыканта, было самым интересным и новым в этом проекте?

- Поэзия Бродского. Поэзия и то, как читал Михаил Козаков, как расставлял акценты и доносил весь смысл стихов до зрителей. Он делал это очень музыкально и очень джазово.

- Вы никогда не думали об участии в театральном спектакле в актерском качестве?

- Это очень сложная профессия, и одного желания здесь мало: чтобы добиться в ней заметного результата, надо очень серьезно трудиться. Мне кажется, я мог бы это сделать, но пока мне никто не предлагал такой проект. Хотя я уже снялся как актер в двух кинофильмах, все-таки считаю, что сначала актерскому мастерству надо учиться. Я очень хотел бы сделать что-то как актер, но время - лучший возраст - уже уходит. Думаю, в кино должен начинать сниматься человек помоложе. Да и нельзя этим потрясающим искусством заниматься между делом, а я слишком занят музыкой. Чем начинать что-то новое, лучше заниматься тем, что у тебя хорошо получается.

- Как возник ваш дуэт с Ларисой Долиной и как на него отреагировали в джазовой среде?

- Как джазовые музыканты отреагировали, я не знаю. Мой оркестр отреагировал очень хорошо. У нас с Ларисой были замечательные гастроли в Израиле, были поездки в Америку, в Европу; мы выступали в Санкт-Петербурге, в Ижевске, если помните. Лариса сама предложила мне сделать эту программу, и я отнесся к этому очень хорошо. К тому времени, когда мы встретились, она уже приняла решение сделать джазовую программу, помимо своей популярной музыки. И я рад, что она предложила сотрудничество именно мне. Мы сделали очень хороший концерт, и он живет до сих пор. Мы планируем делать и другие совместные вещи - аранжировки новых композиций. Для меня это очень почетно: я хочу работать с профессионалами высшего класса и в нашей стране, и за рубежом, такими, как Кевин и Лариса. А что касается вопроса, нравится наша работа другим джазменам или не нравится, то, может быть, кому-то и не нравится. Но, если бы Долина сделала это предложение им, они бы все с удовольствием согласились.

- Но не теряется ли значимость этой программы, если, отработав ее, на следующий день Лариса Долина выходит и поет «Погоду в доме» или «Две розы»? Мне приходилось слышать мнение, что Долина «заигрывает с джазом». Насколько искренним был ее интерес к этой музыке, на ваш взгляд?

- То, что она делала, было серьезно. В этой программе она не заигрывала с джазом, с джазовой публикой. Она выходила и пела с полной отдачей, понимая, что она делает. А потом она также очень серьезно делала попсу… Это просто две разные вещи, абсолютно не пересекающиеся. Она пришла в джаз, показала, как она может петь, сделала прекрасную программу на очень хорошем уровне. Она может делать разные стили, и никакого негатива я в этом не вижу. А позитив есть: она привлекла многих людей, которые хотели послушать «Две розы» к тому, чтобы они послушали и джаз.

- Не так давно Лариса Долина входила в жюри телевизионного конкурса «Народный артист». От ее мнения во многом зависело, кто из участников окажется на профессиональной эстрадной сцене. Одному из конкурсантов она обеспечила особое внимание публики, записав с ним дуэт. А вы принимаете какое-то участие в судьбе молодых джазовых музыкантов?

- Я не сижу в жюри и надеюсь, что от меня ничего не зависит. Но я что-то подсказываю или показываю на собственном примере. Музыканты из моего оркестра имеют свои собственные группы, и я всегда рекомендую их на всевозможные фестивали. Роли судьи на каких-либо конкурсах я вообще избегаю. Это опасно: вдруг потом скажут, что я чью-то судьбу сломал.

- Игорь, вы один из немногих джазовых музыкантов в России, добившихся коммерческого успеха. Почему «один из немногих»? Почему джаз так и остался музыкой для узкого круга слушателей?

- Здесь очень много разных проблем. Во-первых, я считаю, что сам подход джазовых музыкантов и критиков, которые декларируют, что джаз - это музыка для избранных, мешает им сделать джаз более популярным. Многие музыканты сознательно не идут на какие-то вещи: не выходят на новый уровень, не делают продуманные концертные программы, как у популярных артистов, со сценарием, с балетом... У джазовых музыкантов отсутствует понятие «шоу»; они думают, что их музыка и импровизация сами по себе являются центром Вселенной. Но, к сожалению, это оказывается не так. Надо заботиться как о звуке, так и о внешней стороне тоже. Алексей Козлов, например, всегда заботился о звуке, но при этом всегда был коммерчески успешен даже в советские годы. И я с ним в этом согласен. Потом, надо заботиться и о репертуаре. Как заинтересовать людей, понимая, что джаз - действительно слишком непростая музыка, чтобы быть популярной безо всяких усилий? Это ведь не тот случай, когда три минуты тебе по голове долбит одна и та же мелодия, и ты, хочешь - не хочешь, сам начинаешь ее напевать. Ко мне недавно привязалась песня профессора Преображенского: и не нравится она мне, а выкинуть из головы не могу. Вот это эффект популярной музыки. Но это не плохо, у меня к популярной музыке никаких претензий нет. Другое дело, мы должны сделать так, чтобы наши мелодии, наши импровизации доходили до людей. Я лично успешен потому, что я хочу этого: я выступаю с лучшими музыкантами, у меня есть квартет, с которым мы все время ищем что-то новое. Я всегда очень переживаю, если у меня что-то не идет, если публика не очень хорошо реагирует. Сразу начинаю думать: что я сделал не так. Это не значит, что я иду на поводу у публики или завоевываю ее какими-то эффектами. Но я пытаюсь понять, что мы не сделали музыкально, если сегодня публика не аплодирует нам так, как вчера или позавчера. Если каждый джазовый музыкант так задумается и потом еще позанимается побольше, чем обычно, чтобы инструмент звучал лучше, чтобы все было здорово, - тогда и джаз станет популярным.




Ваш комментарий (*):
Я не робот...

Лучшие недели


Богат и знаменит
Посетило:996
Джон Ву
Украшает мужика борода
Посетило:1064
Антанас Контримас
Маргарита Дуглас
Посетило:1005
Маргарита Дуглас

Добавьте свою информацию

Здесь
Администрация проекта admin @ peoples.ru
history