Людибиографии, истории, факты, фотографии

Борис Хмельницкий

   /   

Boris Hmelnitsky

   /
             
Фотография Борис Хмельницкий (photo Boris Hmelnitsky)
   

День рождения: 26.06.1940 года
Место рождения: Уссурийск, СССР
Дата смерти: 16.02.2008 года
Место смерти: Москва, Россия
Возраст: 67 лет

Гражданство: Россия

Эффект присутствия

Актер, автор музыки к спектаклям театра на Таганке

За глаза его с завистью называют “вечно молодой, вечно пьяный”. Не в том смысле, что упившийся и нетрезвый, хотя ничто человеческое Борису не чуждо. Он пьян от восторга перед жизнью. Степень опьянения такова, что многим молодым только мечтать. 26 июня Борису Хмельницкому исполняется 65 лет.

VK Facebook Mailru Odnoklassniki Twitter Twitter Print

26.06.2005

Автопортрет-65

— Теперь дни рождения мне можно отмечать не раз в год, а раз в пять лет. В этом преимущество возраста. В детстве ты же не думаешь — ну, жизнь и жизнь, пойду во двор мячик погоняю... А с возрастом ты понимаешь — у-у-у, вот это дар, который тебе дан. Каждый день, минуту, секунду ты ценишь. Жизнь — это божий дар. Поэтому я и не унываю никогда. Мы с дочкой по парку идем. И вдруг она: “Папа, ну-ка распрямись”. Как будто ничего не значащие слова, но я всегда это помню и всегда распрямленный, всегда энергичный, никогда не позволяю себе шаркать ногами. Дочка меня одевает в духе молодежной моды. Многие молодые меня очень понимают, говорят: “Дядя Борь, а где вы так одеваетесь?” Я, конечно, не самовлюбленный идиот, не Нарцисс. Просто эта одежда и удобна, и подтягивает меня. Вчера вот были в компании, я как начал плясать... Еще неизвестно, кто кого переплясал. Там и девушки были 30-летние. Были и постарше. Молодые ребята... лет под 40. Разница, впрочем, небольшая — что 40, что 65. Ведь главное — как себя ощущаешь. Не дай Бог, быть немощным. Не дождетесь! До последнего буду юморить! Мой папа, кстати, умирая, рассказывал анекдоты. Врачи были в шоке. Нет, я не собираюсь спешить с последним анекдотом. Я постоянно влюблен в кого-то. Но большая любовь — это редкость. Я люблю, конечно, сестру свою родную, детей. А любви сейчас нет. Так что — намекаю. Я в свободном полете.

Реклама:

Жизнь после театра

В кино почти не играет, а все его знают. На сцену Таганки 23 года как не выходит, а все его считают актером Таганки. Что за феномен такой?

— Из театра я ушел сам. Что неожиданно было и для моего учителя — Любимова, и для театра. И до сих пор висит там мой портрет. Я очень уважаю свой театр. И очень люблю моего учителя и никогда не позволяю в моем присутствии говорить о нем плохо. Я всегда желанный гость в театре, прихожу на все премьеры, потому что я их не обманул, не предавал учителя, как некоторые сделали и потом говорили о нем бог знает чего. Ушел в никуда.

Борис Хмельницкий фотография
Борис Хмельницкий фотография

Был конфликт из-за театра, из-за роли. Я играл, много играл. И главных, и не главных. Был востребован. И в кино в тот период были роли. Но просто наступает период, когда нужно что-то попробовать, нужно самому. Самое поразительное — меня действительно все знают и помнят. Знакомые режиссеры тоже говорили о феномене моей популярности, хотя я не так часто снимаюсь в кино. Видимо, я такой запоминающийся. Давно заметил этот феномен — когда из толпы актеров выделяешь кого-то, кто притягивает. Первый раз я это понял, когда приехал театр им. Шота Руставели со спектаклем “Кавказский меловой круг”. На сцене застолье, мужики сидят, женщины стоят. И вдруг обращаю внимание, что смотрю только на одну женщину. Она стояла и молчала. Оказалось, главная героиня. Она та-а-к молчала. Можно потрясающе технично играть, но незапоминаемо. Сейчас про многих говорят — очень известный молодой актер или актриса. А я не помню. Вспоминаю только, что смотрел фильм, где они играли главные роли. А бывает, один раз увидел человека в кино — и на всю жизнь. Что это такое? Эффект присутствия. Не хочу показаться нескромным, но мне кажется, я таким запоминаемым родился.

— Трудно так долго быть волком-одиночкой?

— Очень. Первые два года вообще ни одного звонка. Звали в театры, но хотели, чтобы я сам пришел. Была такая история с Наташей Гундаревой, покойной. Мы летели из Кишинева, она говорит: “Боря, я узнала, что ты ушел из театра. Как?! Знаешь, тебя очень ждет наш главный режиссер Гончаров”. Я говорю: “Не могу, я еще не пережил уход из театра”. Все-таки это как расставание с любовью. Прийти в другой театр, не в свою команду, не мое это. Не мог переключиться и сейчас не могу. Спасибо всем, кто меня звал. Сейчас занимаюсь сам собой. Придумываю что-то в творческом плане. Снимаюсь мало, но, говорят, довольно удачно. Иногда даже Даша довольна.

Лучшие дня


Иоанн Аргиропул
Посетило:274
Иоанн Аргиропул
Полина Виторган
Посетило:271
Полина Виторган
Последний русский император
Посетило:265
  Николай II

— На кого похожа ваша с Марианной Вертинской дочь Даша?

— Характер в маму! Я не говорю, хорошо это или плохо. Я вообще никогда не говорю ничего плохого о женщинах. Так мне легче и им тоже. Терпеть не могу мужиков, которые бравируют: я ушел от жены! Ну какой ты мужик? Дерьмо! Ты скажи — она меня оставила, ей-то легче будет. Ушла и ушла, значит, что-то не так сделал. Не удержал, сил не хватило. Не влюбил так, чтоб она других не видела. Я, кстати, дважды был женат. Но у меня никогда мысли не было, чтобы я изменил жене. Если я изменяю жене, значит, она хуже, чем эта, что ли? Значит, я выбрал не самую лучшую женщину в мире?!

— Последнее актерское звание вы получили где-то в конце 90-х?

— Последнее и единственное. Спасибо Владимиру Путину. Я до этого постоянно отказывался от получения звания. В “Современнике” и на Таганке был договор не получать звания. Как определить звание артиста? В спорте все ясно: поднял штангу больше всех — ты чемпион. А как здесь? Сколько из-за этого трагедий, конфликтов в театре. К какому-то моему юбилею мне решили дать звание. А тогда и машины были по разнарядке. Я обратился в Союз кинематографистов — можно сделать так: вы мне машину вне очереди, а я от звания отказываюсь. И я один из последних получил “Жигули”.

В званиях есть что-то безнравственное. Нигде в мире нет званий, только в Монголии и у нас. Вы слышали про звание в США? Представляете, народный артист штата Мичиган Джек Николсон! Смешно...

Короче, мои 60 лет отгуляли в Анапе. Утром подходит ко мне Инна Макарова и говорит: “Боречка, я тебя поздравляю. Ты получил звание народного артиста России”. Как я могу получить звание народного, если у меня даже заслуженного нет? Таких случаев было два в истории советского кино. Бондарчуку Сталин дал сразу народного СССР за фильм “Тарас Шевченко”. И еще кто-то перескочил.

Я не подавал никаких заявлений. Это наша актерская гильдия решила. Говорят, что Путин посмотрел на мою фамилию “Хмельницкий” и говорит: “Что-то к Борису долго звание народного шло”. Ну, а я указ президента отменить не вправе, поэтому я согласен. Спасибо.

— И все же, почему вы так мало снимались в кино?

— Да меня мало здесь снимали. Но думаю, что таких предложений сняться на Западе, как у меня, мало у кого было. В Югославии на фестивале я познакомился с Кирком Дугласом, он наполовину русский, мама из Смоленской губернии. И он пригласил меня сняться в Голливуде. В фильме “Скалолаз”. Он устроил по этому поводу фуршет, собрал нашу делегацию, сделал официальное заявление. Я спросил тогда: “Кирк, хау мач мани?” Он назвал сумму (а это был 82-й или 84-й год) — полмиллиона долларов. Я от изумления и сказать ничего не могу. Он: ну, 800, ладно — миллион. Я нашему представителю Госкино говорю — если отпустите меня, я согласен все “бабки” отдать. Я за суточные снимусь. И началось. Бумажки оттуда — сюда, отсюда — туда. Так и не отпустили. Через два года приехал на Московский фестиваль Кирк Дуглас с женой. Я все ему объяснил.

А второй раз не отпустил наш Любимов, но я не в обиде и воспринимаю это как комплимент. Хотя мы обижались, естественно. И обиды большие были и у того же Володи Высоцкого, который последние два года не в штате был. А сейчас думаю, вот как бы сложилась моя актерская судьба. Если бы снялся в Голливуде — были б и деньги, и все такое. Это уже другая ставка на всю жизнь...

— Зачем вы даете очень откровенные интервью о своей любви к алкоголю? Это же вредит имиджу.

— Это полная подстава! Ханга, которую я знаю с пеленок, полностью была не права. Моя сестра Луиза была в передаче об алкоголизме, они вырезали самую главную мысль, не дали ей договорить, и закончилось все фразой Ханги: “Боря почти алкоголик, что ли?” Вам любой режиссер скажет, и Любимов тоже: за исключением одного раза, когда перепутал спектакль, — Хмельницкий никогда не был на сцене пьяным. Никогда я не подводил. Выпить я люблю, но чтобы считать меня алкоголиком... Актера все видят. Микки Рурк сколько лет не снимался… Бартон приехал в Москву на фестиваль. Заперся в номере, поставил охрану и пил. Есть алкоголизм — неизлечимая болезнь. А есть распущенность, когда могут не пить, но пьют.

Пить — это натура такая актерская. Можете себе представить непьющий театр? Пьют еще как. Легенды ходили о пьянстве Ливанова. Когда он запил, его вызвал Станиславский, эстет, интеллигент. Ливанов плюхнулся ему в ноги, в слезах: “Отец родной, прости меня, дурня, старого идиота”. Тот испугался: “Что вы, батенька, так себя казните! Скажите — больше не будем”. Ливанов встает, вытирает слезы: “Больше никогда не будем!” Подходит к двери: “Но и меньше тоже!” Легенда!

— Такая же легенда, как ваше заикание? Как вы вообще пошли в актеры, ведь считается, что дефект речи и актерство несовместимы?

— Я из-за заикания артистом и стал. На сопротивлении. Спасибо всем: логопедам, психоаналитикам. Начиная с Вольфа Мессинга, друга нашей семьи. Он посадил меня рядом с собой, положил мою руку на свою шею и сказал: “Ничего не бойся, Вольф Мессинг всегда с тобой”. После этого я спокойно поступил в театральный институт. Он заставил меня поверить, будто внушил всей приемной комиссии, что меня надо взять.

Но в театре приходилось несладко. Я до слез благодарен Любимову за поддержку. Играю спектакль — Маяковского — где-то заикаешься ровно, а иногда просто ступор. Любимов тогда сказал — пусть думают, это я так поставил, я так придумал. Это очень помогало. И второй такой момент — Высоцкий лег в больницу. Любимов попросил сыграть меня Галилея, а я не играл этот спектакль. Я говорю — да ладно, в очередной раз уволили Высоцкого, потом же опять возьмете. Он: “Нет, забудь о нем”. (Любимов, кстати, диктатор так называемый, ни разу ни одного актера не уволил из театра, если даже было за что.) Пришел к Володе: “Что делать? Твоя роль”. Он: “Боря, о чем думаешь? Играй!” Я репетирую, все в порядке. Утром последняя репетиция, и вдруг дико начинаю заикаться. В перерыве подхожу к Любимову: “Что делать?” Он: “Что ты мне голову морочишь, заикайся на здоровье, Галилей тоже был заикой”. На спектакле выхожу и играю почти не заикаясь. Я был счастлив... А Любимов: “Чего ты радуешься, как раз когда ты не заикаешься, играешь хуже!”

— Сколько лет вы ходите с бородой или, как сейчас говорят, не меняете имидж?

— Это произошло после летних съемок фильма-оперы “Князь Игорь”. Я приехал в Москву, пришел в театр, и меня увидел Любимов. Первые его слова были: “Сбреешь — уволю!” С тех пор хожу с бородой. Мне некоторые советовали ее сбрить, мол, тогда у меня будет больше предложений сниматься.

— Зато во многом благодаря бороде и мужественному облику вам всегда предлагают в кино роли “настоящих мужчин”.

— Может быть. Вот сейчас буду играть хана в восточной сказке. Ее снимает режиссер из Ашхабада, это какой-то совместный проект — Сирия, Египет... Обожаю сказки. Сейчас выходит фильм Булата Мансурова «Легенда о княгине Ольге», где я играю супернастоящего мужчину — Князя Святослава.

Общественная жизнь

— Ваши высказывания, вроде того, что Америка завоевывает Россию антикультурой, — это брюзжание пожилого человека или мудрость?

— Это не брюзжание. Это факт. ЦРУ еще в 60-е годы пришло к выводу — войной нас не возьмешь, только насаждением антикультуры. Вопрос сейчас стоит о выживании нации. И не надо говорить о национализме. Это чушь. Мы раньше играли в Чапаевых, Мересьевых, Робин Гудов. Дети должны расти на добре, а они во что играют? Каждая передача на телевидении напичкана кровью, смертью, дьявольщиной в чистом виде. Поколение воспитывается на войне и злобе. Нужна цензура в хорошем смысле слова. Ни в коем случае не прежние худсоветы. Тех, кто входил в них, я называл вшивой интеллигенцией. Они решали: пущать или не пущать. И кто? Мои же коллеги — художники, писатели, композиторы.

— А вы ведь сами коммунистом были и того же Высоцкого на ковер вызывали и пропесочивали, когда он опаздывал на спектакли!?

— Ничего в этом плохого не вижу. Пусть придумывают все что угодно. Как вы себе представляете это было: сидим мы, члены партии — Коля Губенко, Толя Васильев, Любимов, — и вызываем Володю на партсобрание. Так, что ли?! Он же не член партии! Было собрание. Володя сам переживал из-за того, что был неработоспособен. Мучился, что подвел театр. Высоцкий никогда бы не позволил сказать, что над ним здесь издевались. Он благодарен был театру, но срывал спектакли много раз. Что поделаешь — больной человек. И болезнь неизлечимая.

— И с разрешения режиссера он приходил, как звезда, не за час до спектакля, а за пять минут, на зависть всем актерам?

— Это я приходил за пять минут! Любимов ругался. А я ему отвечал: “Сейчас выйдем на сцену и посмотрим, кто как сыграет”. А что касается Высоцкого, то полную чушь несут. Он умер даже не потому, что пил. Другие пьют и живут до ста лет. В человеке столько заложено жизненных сил, сколько Богом ему отпущено.

— Актеры всегда недовольны властью, а вы?

— Посмотри сначала, каков ты сам. Если я веду себя нормально, мне не страшна никакая власть, я от нее не завишу и никогда не лебезю.

— Вы ведь никогда не были диссидентом?

— Что за понятие “диссидент”? Я живу у себя дома и диссидент? Это мой дом, моя земля. Нормальные люди не могут быть диссидентами. Я всю эту власть очень хорошо знаю. Ведь из наших же некоторые стали чинушами, культурой теперь занимаются. И вот они у власти. Это ж похлеще, чем райком партии. А тут замешаны еще и большие деньги. Разбазарили так культуру, что дальше некуда. Так что не будем говорить, кто из нас диссидент.

Жизнь как песня

— Вы прожили 64 года. У “Битлз” есть песня “Когда мне 64”. Там есть такой вопрос: “Буду ли я вам все еще нужен в 64?”

— Хотелось бы, чтобы этот спектакль под названием “жизнь” имел хорошо срежиссированный финал, после которого тебя помнили, чтобы не стыдно было уйти. Но абсолютно уверен, что моим близким я все еще нужен: и дочери, и сестре, племянникам и племянницам и, может быть, моему сыну, с которым я очень редко вижусь. Алексей — мой внебрачный сын. Он закончил финансовый колледж в Лондоне. У него известный приемный отец, хороший мужик. Дай бог, чтоб у них все было. Но давайте не будем эту тему сейчас мусолить. Даша не любит, и мама моего сына тоже не любит. Как-то позвонила после моего интервью и говорит: “Чего ты всем рассказываешь, что Алеша — твой сын?” А я ей: “А что, это можно отменить?”

— Театр на Таганке, где вы играли, можно было назвать музыкальным. А вы много пели в театре и в кино?

— Я всегда пел, и сейчас вот записал компакт-диск благодаря “МК”. Ваш замглавного редактора Петр Спектор заставил меня его записать. В Сочи на фестивале сидели, ему улетать, а на пляже ансамбль играет. Я говорю: сейчас я спою песню на слова Юрия Визбора. Подошел к музыкантам — мелодия такая-то, тональность такая-то. Спел — еще просят. Кончилось тем, что он меня заставлял петь и сам опоздал на самолет. Потом я приехал в Москву и записал компакт-диск. Сейчас мы записываем новый диск на музыку моей сестры Луизы Хмельницкой.

— Кем бы вы стали без театра? Ведь вы окончили Львовское музыкальное училище?

— Да, играл на баяне, по специальности я — дирижер оркестра народных инструментов. Был бы дирижером.

— Вы были женаты на дочери Вертинского — Марианне. Пели песни ее отца?

— Я вырос на них. Папа вернулся с фронта, привез пластинки Вертинского и Петра Лещенко. Мне было 5 лет, и я запомнил песни “Желтый ангел”, “Дорога длинная”.

— Вас раздражает, когда говорят, что ваш голос похож на голос Высоцкого?

— Да ничего подобного, он у нас просто одинаковый по тембру.

— Вы ведь проводите вечера памяти Высоцкого?

— Да, 25 июля ровно 25 лет со дня смерти Володи. В свое время мне очень помог Юрий Михайлович Лужков, когда нужно было поставить памятник Высоцкому. Я пришел к мэру, а он говорит: “Меня не надо убеждать”. Вызвал кого надо. Все подключились. Володя написал стихотворение “Не поставят мне памятник в сквере, где-нибудь у Петровских ворот”, а мы поставили. Первый раз поэт ошибся.

Календарь жизни

— Вы редко шутите в своих интервью. А между тем все, кто с вами неформально общался, говорят, что у вас фантастическое чувство юмора. Можете пошутить по своему поводу, например, каким вы были в 25 и стали в 65?

— Как мужчина я стал много лучше. Как я однажды сказал — в книге жалоб были одни благодарности. Вот, дай бог, чтобы в 65 лет и дальше в этой книге были одни благодарности.




Ваш комментарий (*):
Я не робот...

Лучшие недели


Богат и знаменит
Посетило:996
Джон Ву
Украшает мужика борода
Посетило:1064
Антанас Контримас
Маргарита Дуглас
Посетило:1005
Маргарита Дуглас

Добавьте свою информацию

Здесь
Администрация проекта admin @ peoples.ru
history