Людибиографии, истории, факты, фотографии

Клаудия Кардинале

   /   

Claudia Cardinale

   /
             
Фотография Клаудия Кардинале (photo Claudia Cardinale)
   

День рождения: 15.04.1938 года
Возраст: 81 год
Место рождения: Тунис, Тунис

Гражданство: Италия

КЛАУДИА КАРДИНАЛЕ: МЕЖДУ ПОЛИТИКОЙ И ЛЮБОВЬЮ

Итальянская актриса.

Первое впечатление, которое оставляет Клаудиа Кардинале, – будто говорит всем своим видом: да, теперь я такая, постарела, как и вы все, и обхожусь без косметики, которая призвана помочь остановить время, но я не ощущаю боли от потери той невероятной красоты, которая достаётся избранным. Это подтверждается её признанием, произнесённым низким чувственным голосом, который десятилетия владел воображением миллионов зрителей: «Я наслаждаюсь моим возрастом, который кажется мне не менее достойным, чем юность». Новое, совершенно особенное ощущение производит появление в комнате Паскуале Скуитьери, заставляющее вспыхивать её взгляд. И теперь, тридцать лет спустя, лицо женщины, преображающейся при виде своего возлюбленного, – поражает как свидетельство необычности этой ищущей уединения дивы.

VK Facebook Mailru Odnoklassniki Twitter Twitter Twitter Print

04.04.2006

Её карьера складывалась с такими режиссёрами, как Висконти, Феллини, Болоньини, а появление на экранах было настолько запоминающимся, что образ её слился с образами литературных героинь, таких, как Анжелика в «Леопарде» или Барбара в «Красавчик Антонио». Ей предсказывали большое будущее в Голливуде, но неожиданно её жизнь повернулась иначе, и встреча со Скуитьери опрокинула привычный порядок вещей, выхватила её из системы звёзд, чтобы вовлечь в новую страсть. Этот воинственный ревизионист мог рассчитывать лишь на периферийное положение среди итальянских режиссёров, и Клаудиа стала среди прочего убедительной Клареттой Петаччи в спорном фильме о последних днях жизни Муссолини, а также мятежной крестьянкой в прекрасном фильме «Разбойники», рассказывающем о временах объединения Италии, который, впрочем, почти никто не видел. И она всегда с материнской заботой готова подставить плечо своему неистовому другу, как и на этот раз, когда он оказался вовлечённым в дискуссию о влиянии расистских законов, принятых во времена фашизма.

Клаудия Кардинале фотография
Клаудия Кардинале фотография

– Итак, синьора Кардинале, Скуитьери прав и на этот раз?

Реклама:

– Конечно. Паскуале всегда в центре полемики, потому что говорит то, что думает, не придавая значения политическим играм.

– Но это не всегда добродетель...

– В его случае добродетель. Без такой свободы он не был бы самим собой. Что он сказал такого страшного? Опроверг мнение еврейской писательницы Ханны Арендт, которая полагала, что расистские законы в Италии были менее жестокими, чем в других странах. Он человек по-настоящему независимый. Даже когда он был сенатором от партии «Национальный альянс» (правая партия в Италии. – И.Б.), он мыслил по-революционному. Паскуале Скуитьери – это человек, который вернул мне мою жизнь. До встречи с ним я жила бессознательно, автоматически. С ним я вновь обрела молодость. Почти в сорок лет почувствовала себя девочкой, какой никогда не была прежде.

– В общем, вы испытали второе рождение. И всё таки живёте в разных странах: вы в Париже, он в Риме.

– А что в этом странного? Я приехала в Париж из-за нашей дочери, которая прежде была англоманкой, а затем получила и франкофонское образование. Потом я осталась в Париже. Мы оба с Паскуале любим ежедневное одиночество, но мы часто видимся и созваниваемся иногда по десять раз на дню.

– Неужели вы никогда не пожалели о своём решении уйти со славного пути в итальянском кино?

Лучшие дня


Дмитрий Блохин
Посетило:72
Дмитрий Блохин
Северия Янушаускайте
Посетило:57
Северия Янушаускайте
Маргарита Адаева
Посетило:53
Маргарита Адаева

– Это не было настолько радикальным решением: я продолжала сниматься в известных фильмах во всём мире. И потом о какой славе вы говорите? Вполне возможно, о величайших режиссёрах, как Висконти и Феллини, но, конечно, не о «славе» в той среде, которая меня окружала. Я появлялась на всех экранах, со мной обращались, как со звездой, но я чувствовала себя служащей, стипендианткой моего продюсера Франко Кристальди, человека, целиком занятого бизнесом, который был заодно и моим холодным приятелем. По сути же я была одинокой.

– У вас был сын...

– Да, Патрик моё большое утешение. Он родился после изнасилования, когда мне было 17 лет, в Тунисе. Это оставило отпечаток в моей жизни, но я отчаянно хотела этого ребёнка. Однако по решению Кристальди я должна была его скрывать, ведь у звезды не должно было быть незаконнорожденных детей. И публика в течение многих лет верила, что это мой младший брат. Верил в это и сам Патрик. И вы называете это «славным путём»?

– Не следует поддаваться прошлым терзаниям. Поговорим о сегодняшнем дне и о ваших 65 годах. Вы переживаете из-за того, что ваша красота уходит?

– Я об этом никогда не заботилась. Никогда в жизни не делала подтяжек. Мне нравятся настоящие лица, как и настоящие жизни. Что не часто встретишь в мире кино. Я вспоминаю одно мгновение, которое я подсмотрела у Риты Хейвурд. Сидя перед зеркалом, она повторяла: «Когда-то я была красива». Это было ужасно, но со мной такого случиться не может.

– Почему?

– Потому что я никогда не ощущала себя красавицей, даже в молодости, когда мужчины следовали за мной толпами по улицам Туниса. Но мне повторяли об этом столько раз, что в конце концов я должна была в это поверить, хотя и без внутреннего убеждения. Напротив, я ощущала внутри себя какую-то агрессивность, порождаемую беспокойством. И это заставляло меня идти вперёд.

– Во что теперь трансформировалась эта агрессия?

– Она стала позитивной силой, которая мне помогает в кино, в театре и даже в политике. Уже два года я посол ЮНЕСКО – поручение, которое я восприняла очень серьёзно, даже если другие не очень серьёзно восприняли меня.

– Что вы хотите этим сказать?

– Я хочу сказать, что часто красота – это проклятие. Я расскажу вам один эпизод. Некоторое время назад мне предложили в ООН выступить по проблеме детства в бедных странах. Представим себе, что было бы, если бы я отказалась! Я не спала ночи напролёт, чтобы подготовить выступление, и вдохновенно прочла его в присутствии послов всего мира. В конце все кинулись ко мне, аплодируя.

– Следовательно, вы имели большой успех. На что же вы жалуетесь?

– На абсолютную бесчувственность этих людей, ответственных за международную политику. Большая часть из них приблизилась ко мне лишь затем, чтобы сказать: «Синьора, я всегда был влюблён в вас». И ни одного слова о детях Африки. К счастью, не все люди такие. В Москве, например, я почувствовала, что известность может быть полезной, чтобы заинтересовать других своими идеями и сдвинуть с места ту или иную проблему. Если это так, я готова к сотрудничеству.

– Говорят, что вы придерживаетесь правых взглядов. Так ли это на самом деле?

– Я думаю, на меня падает отблеск того, что говорят о Паскуале, ведь это он научил меня свободе мнений. Я выбираю людей, а не партии. Во Франции у меня дружеские отношения с министром культуры Эллаго, который находится справа, и с мэром Парижа Делано, который – слева и который очень хорошо говорит о Вельтрони (социалист, мэр Рима. – И.Б.).

– А в Италии?

– В последнее время я голосовала за левых, хотя итальянская политика, увиденная из Парижа, по-настоящему раздражает. Сюда доходят в основном крики и шум, но содержание споров и ссор уловить невозможно. Мои друзья, французские интеллектуалы, часто развлекаются, подшучивая при мне над нашей политикой.

– Что же они говорят?

– Насмехаются над политическим хаосом и особенно над нашим телевидением, в котором преобладают «сиськи, задницы и инструкции». Я не смотрю эти программы, но всё равно мне становится плохо. Мне кажется ужасным выставлять напоказ собственное тело как товар. Я снялась более чем в ста фильмах и никогда не соглашалась раздеваться.

– Неужели во Франции дела в этом плане обстоят так благополучно?

– Французы более сдержанны. Здесь оператор не станет показывать крупным планом голую попу, которая крутится перед вами. Но, может быть, телевизионный язык будет развиваться в том же направлении и здесь? Я держусь от этого на расстоянии и решила посвятить себя театру, ощутить дыхание публики.

– Считается, что на подмостках не стареют?

– То же самое говорит и Паскуале, который убедил меня попробовать свои силы в театре. Однако проблема моего старения кажется больше проблемой других, чем моей. Я сказала бы, что это проблема тех людей, которые хотели бы меня видеть всегда такой, как в «Леопарде», чтобы, в свою очередь, также чувствовать себя молодыми.

Generic placeholder image
Ирина Баранчеева
Люблю исследовать биографии интересных людей




Ваш комментарий (*):
Я не робот...

Лучшие недели


Констанций II
Посетило:691
  Констанций II
Маршал Сталина
Посетило:308
Родион Малиновский
Рапирист, чемпион и призер
Посетило:304
Roger Ducret

Добавьте свою новость

Здесь
Администрация проекта admin @ peoples.ru
history