Людибиографии, истории, факты, фотографии

Хавьер Бардем

   /   

Javier Bardem

   /
             
Фотография Хавьер Бардем (photo Javier Bardem)
   

День рождения: 01.03.1969 года
Возраст: 49 лет
Место рождения: Лас-Пальмас-де-Гран-Канария, Канарские острова, Испания

Гражданство: Испания

Противник Бонда — ангел смерти, лощеный модник, только гнилой внутри

Актер

Хавьер Бардем — о том, что злодей в кино должен быть «с прибабахом».

VK Facebook Mailru Odnoklassniki Twitter Twitter Twitter Print

26.10.2012

Хавьер Бардем — актер-хамелеон: он вживается в роли-маски с такой физиологической полнотой, что сдирает их потом с кожей. Режиссер выходящего на российский экран 23-го по счету бондовского фильма «Координаты: Скайфолл» Сэм Мендес назвал персонаж Бардема мегазлодея Рауля Сильву «павлином, не похожим ни на что, что он играл прежде, умным и игривым, вызывающим высочайшую степень тревоги».

Фото: REUTERS/Andrew Winning
Фото: REUTERS/Andrew Winning

Его не зря сравнивают с «Минотавром» кисти Пикассо. Яростный, угловатый, с раздувающимися от страсти ноздрями, голос низкий, трубный, глаза бездонные и одновременно навыкате, взор магнетический, завораживающий. Да, этот неистовый 43-летний испанец по крови, космополит по духу продолжает удивлять и шокировать. Казалось бы, тему злодейства он веско закрыл своим сумрачным киллером в кровавой саге «Старикам здесь не место» братьев Коэн. Как закрыл, так и открыл. Бардем сыграл Немезиду Бонда так нестандартно, так бравурно, на грани китча, что хоть стой, хоть падай.

Реклама:

Появившись в дверях бутик-отеля на улице Кросби в Сохо, он с энтузиазмом жмет руку корреспонденту «Известий» и, видимо, полагая, что лучшая защита — атака, весело бросает вопрос-мяч: «Что вы хотите, чтобы я вам рассказал, что я еще никому не рассказывал?».

— Во-первых, добро пожаловать в клуб врагов Бонда. Уверен, ваш Сильва займет в нем особое место. Кто придумал сделать из вас такого яркого блондина?

— Я сам. Вернее, мы вместе с Сэмом (Мендесом. — «Известия»). Долго думали, каким должен быть Сильва. Я принес фотографии разных известных людей, не буду называть их имена, чтобы они не обиделись. Ведь я искал образ очень нехорошего человека. Выбелили мне волосы, зачесали назад. Я посмотрел в зеркало и чуть не рухнул. Такая жуть! Хохотал и плакал.

— Если вы хотели напугать зрителей и одновременно позабавить, вам это удалось.

— Да?! Спасибо.

— Вы изучали ваших предшественников, злодеев бондианы?

Лучшие дня


Человек, который ест кирпичи
Посетило:140
Паккираппа Хунаганди
Лики таланта
Посетило:117
Жан Марэ
Музыкальный писатель периода романтизма
Посетило:115
Гектор Берлиоз

— Нет, специально ничего не пересматривал. Но на всю жизнь запомнил жуткого типа, который зубищами всё перегрызал. Где же это? Ну да, в «Лунном гонщике», Челюсти его звали. Классный образ!

— Как вы попали в бондовский фильм?

—На вечеринке в Голливуде ко мне подошел Дэниел Крейг (исполнитель роли Бонда — «Известия»), с которым мы не были знакомы. Сказал: «Здравствуйте! Я — Дэниел». Смешно, будто я не знал, кто он. И я так делаю, подхожу и говорю: Я — Хавьер, будем знакомы. Смехота! Крейг спросил, не хочу ли я сыграть в новом Бонде, который ставит Сэм Мендес. Я согласился сразу, наверное, даже слишком быстро. Потом ходил весь день и думал, не примерещилось ли. Сэм и Барбара с Майклом (Барбара Брокколи и Майкл Уилсон, нынешние продюсеры бондианы — «Известия»). позвали на разговор. Сценарий еще не был готов. Сэм мне вкратце рассказал сюжет. Я заслушался и понял для себя, что злодей должен быть с большим прибабахом. Не простой убийца: пиф-паф и до свидания. Нужна предыстория, нужна бездна.

— Ваш Сильва — бывший агент, бывший соратник Бонда.

— Только давайте не выдавать сюжетные линии, хорошо? А то людям будет неинтересно смотреть. Да, он бывший во всех смыслах, страшно обиженный, вынашивающий месть своей бывшей работодательнице М. Он ангел смерти, лощеный модник, только гнилой внутри.

— На Бонда ваш герой смотрит с повышенным интересом, в котором ряд критиков углядели мотивы гомоэротики.

— Сексуальная экстравертность Сильвы — часть чудовищной игры, которую он затеял. Он создает Бонду крайне неуютные ситуации. А в рамках этой концепции вы можете вычитать любой смысл, какой вам заблагорассудится.

— Вы сами делали трюки?

— Что-то делал сам. Прыгал, махал руками (показывает, обнажая зубы в зловещей гримасе).

— Опыт регбиста помог?

— Вспомнили! Я последний раз всерьез играл в регби лет 15 назад. А знаете, почему меня считали неплохим игроком? Меня с места не сдвинешь! (Смеется.)

— В спортзал ходите?

— Я непоследовательный спортсмен. Иногда берусь за себя. А часто лень заедает.

— Пример мускулистого Крейга не вдохновил?

— Дэниел — машина. Зверь! С ним тягаться невозможно. Я смотрел, как он выполняет сложные трюки, и думал: «Боже праведный, я бы так не смог»!

— Зато вы смогли вести сложную психологическую игру с самой начальницей Бонда.

— Такой подарок — работать с Джуди Денч. В образе М. она фантастична. Много лет я поклонялся ей издалека. Она умна, остра на язык, обаятельна, на съемочной площадке всегда серьезна, безупречна. Признаюсь, я жутко нервничал. Ведь главный барьер для меня — английский язык. Я говорю по-английски, но напряжение остается. Я же не двуязычен. А тут мне пришлось говорить на английском в присутствии самой Джуди Денч. Мука, страшный экзамен. Ведь она говорит по-английски как ангел, спустившийся с небес. А тут я со своим корявым языком. «Что, что ты сказал, Хавьер?» Черт, а что я действительно сказал?

— Языковой барьер — единственное, что отличает для вас съемки в Америке и Европе?

— Да-да, в остальном все то же самое, всегда и везде. Передать эмоции, фобии, состояние души моего героя. Мотор! Снято! Кино есть кино, где бы его ни снимали.

— В России еще не были?

— В прошлом году на два дня приезжал в Москву. Сопровождал жену, она представляла «Пиратов Карибского моря» (супруга Бардема — Пенелопа Крус. — «Известия»).

— «Скайфолл» она уже видела?

— Нет пока. Надеюсь, ей понравится.

— В свое время вы отказались сниматься у Спилберга в «Особом мнении», мотивировав тем, что не представляете себя скачущим по крышам. По каким критериям вы сегодня выбираете роли?

— Не знаю. И дело не в том, что я будто бы сознательно балансирую между мэйджорами и артхаусом, между хорошими и плохими парнями, как пишут иногда. Скажем, отказать Малику просто невозможно (Бардем сыграл священника в последнем фильме Теренса Малика «К чуду» — «Известия»). Хотя после месяца съемок у него в Оклахоме я не имел понятия, что за история, что за герой и сколько от меня останется кадров после финального монтажа. В «Бьютифул» меня заинтересовала динамика болезни моего героя. Нужно было передать процесс его угасания, не давя на чувства, как бы изнутри. А потом я решил подарить себе торт — поехал на Бали сниматься в романтической сказке «Ешь, молись, люби». Но как человека, не как актера, меня привлекает нечто другое.

— Что же именно?

— Как продюсер, я снял документальный фильм «Сыновья облаков» — о Западной Сахаре. Слышали о такой стране? Там 200 тыс. жителей-сахарави живут в палатках беженцев, ужасно бедствуют. Эта земля была много лет испанской колонией. Сейчас ее раздирают соседи, Марокко захватило самые лучшие территории. Жителей терроризируют, сгоняют с родных мест. Но из-за разногласий ведущих держав в ООН ничего невозможно сделать. Четыре года я работал. Это то, что по-настоящему важно для меня.

— В вашей родной Испании сейчас реальность тоже не самая радужная. Как вы воспринимаете экономический кризис?

— У меня есть работа, значит, я нахожусь в привилегированном положении. У всего происходящего есть очень неприятный привкус грандиозного мошенничества. За безответственные действия политиков и финансовых институтов отвечают миллионы ни в чем не повинных людей. Четверть испанцев — безработные. У многих школьников нет учебников, они слишком дороги. Сегодня учиться — непозволительная роскошь. Что это? Кошмар! Узаконенное безумие.

— Кто оказал влияние на вас в детстве? Ваш кумир?

— Моя мать. Она актриса, как и многие мои родственники. Я видел ее на театральной сцене и впервые почувствовал всю силу лицедейства. В кино сильнейшие впечатления детских лет — «Звездные войны» и «Инопланетянин». Но самый сильный удар по мозгам я получил от «Бегущего по лезвию бритвы». Я об этом на днях рассказал Ридли Скотту, у которого сейчас снимаюсь в «Советнике». Мне было лет 13–14. И у меня был такой же длинный плащ, как у героя Харрисона Форда. Я вышел после сеанса на Гран Виа, главную улицу Мадрида. Стемнело, шел сильный дождь, все вокруг мерцало огнями. Я не шел, летел по улице, полы плаща развевались. В голове у меня продолжал крутиться фильм. И я впервые понял, что фантазия сильнее реальности.

Generic placeholder image
Олег Сулькин
Люблю исследовать биографии интересных людей




Ваш комментарий (*):
Я не робот...

Лучшие недели


Человек, который вырыл туннель в никуда
Посетило:654
Уильям Шмидт
Прима-балерина Мариинского театра
Посетило:420
Матильда Кшесинская
Летчик группы «свободных охотников»
Посетило:423
Екатерина Буданова

Добавьте свою новость

Здесь
Администрация проекта admin @ peoples.ru
history