Основной инстинкт Светланы Сорокиной

Год назад в судьбе Светланы произошло событие, заставившее всю страну на какое-то время забыть о криминальных новостях и сериалах. Она удочерила девочку из детского дома, назвав ее Тоней. Антониной Михайловной Сорокиной.

Автор: Алена МОЛОДЦОВА

Сайт: Аргументы И Факты

«Своему одиночеству я благодарна. Это и отдохновение, и возможность пообщаться самой с собой, что-то додумать». Так говорила телезвезда Светлана Сорокина в одном из интервью несколько лет назад. «Больше всего я, наверное, боюсь одиночества: абсолютно не умею его переносить» — это вновь Светлана, но уже в другом интервью. Если даже «хозяйка своего одиночества» постоянно взвешивала его ценность на весах жизни, то что говорить об обывателях, которые за много лет царствования теледивы на голубом экране, уже миллион раз перемыли косточки ее личного пространства, вопрошая: «Почему так долго живет одна? Почему нет детей?..»

Год назад в судьбе Светланы произошло событие, заставившее всю страну на какое-то время забыть о криминальных новостях и сериалах.

Она удочерила девочку из детского дома, назвав ее Тоней. Антониной Михайловной Сорокиной.

«РАЗ ЕСТЬ отчество, значит, есть претендент на звание отца? — немедленно последовал всеобщий вопрос. Оказалось все гораздо проще. Светлана долго перебирала в уме варианты отчества. Даже хотела дать дочке полное имя своей бабушки, которую звали Антонина Ивановна. Но остановилась. Не захотела, чтобы маленькая Тоня в будущем повторила нелегкую судьбу Антонины Ивановны, которая пережила много испытаний. В итоге все решила… детская футболочка. Ее Тоня носила, когда еще жила в приюте. На этой маечке красовался симпатичный медвежонок. Светлана, однажды взглянув на мишку, вдруг подумала: «Будешь Михайловной». Еще раз прислушалась к себе — да, это отчество ей нравилось. При оформлении документов так и записали. Светлана Иннокентьевна Сорокина стала настоящей мамой. А прежде…

А прежде был долгий и очень непростой период вынашивания решения о том, чтобы взять ребенка из детского дома. Еще ранее — годы, прожитые без того явления, которое именуют счастьем материнства. Невозможно угадать то, чего не дано знать. Особенно в такой тонкой материи, как личная жизнь. Как там складывалось у Светланы на самом деле — неизвестно, но со стороны многим казалось, что единственный бурный роман у нее — с работой. Быть, как многие женщины, женой и матерью ее не слишком привлекало.

Хотела усыновить мальчика

Впрочем, так ли это важно, рассуждать — было так или не было? Перед нами — уникальная личность, которая, как бы избито это уже ни звучало, сделала себя сама. И решать за нее, как она «должна была жить», каким правилам и стереотипам следовать, — дело весьма неблагодарное.

«Сделать себя» — это во всем и везде следовать зову своего сердца, быть честной с самой собой, не бояться перемен, знать, чего ты хочешь и как это совершить. В нашей стране уже немало бизнес-леди и иных известных женщин, которые многого добились сами. Но большинство из них не знают в лицо, не ждут от них веского мнения по важным политическим и общественным событиям. От Сорокиной ждут. 500 ежедневных эфиров «Героя дня» — шутка ли? Затем острые и злободневные ток-шоу «Глас народа» и «Основной инстинкт». Ведущими подобных передач привычнее видеть мужчин. Но зритель не был удивлен, что это — Светлана. Напротив, от нее уже с давних пор только такого выхода и ожидают. И ей доверяют.

А посему, сколь бы бурно ни обсуждалось порой, как, мол, там она живет вне эфира, с кем делит постель и прочее, ее профессионализм затмевал этот пылкий интерес. И тем более сенсационным оказалось удочерение Тони. Хотела ли сама Светлана такой рекламы этого события? Нет, конечно. Хотя со всей ответственностью за несколько месяцев до свершившегося она объявила о своем желании с экрана. И знала, как журналист, что вся пресса встанет на уши по факту. Такое не скроешь, если ты знаменит.

Интересно, что, когда Светлана заговорила вслух об идее усыновления, она в тот момент была уверена, что это будет мальчик. И уже считала вопрос почти решенным, поскольку существовал реальный малыш в одном из приютов…

Уже позже в интервью она призналась, что хотела усыновить исключительно мальчика, притом лет трех-пяти. Во-первых, ей казалось, что с «маленьким мужчиной» она войдет в бо?льший и лучший контакт, чем с девочкой. Потому что считает свой характер трудным и скверным. (Но кто соприкасался со Светланой близко, особенно вне работы, так о ней ни за что не сказал бы. Скорее, говорить так о себе — способ ее личной защиты, в крайнем случае — самоирония.) А что касается возраста мальчика, Светлана сочла, что с младенцем из-за отсутствия опыта общения с малютками она попросту не справится.

Заветная карта

В течение девяти месяцев она ездила в детские дома, где присматривалась к малышам. Подолгу навещала тех, кто западал в сердце. Это до поры были только мальчики. Светлане пришлось не раз задавать себе сложный и важный вопрос: «Это МОЙ ребенок?» И получать ответ: «Нет». По первым ощущениям — ответ разрушающий, когда могло казаться, что обрывается что-то очень трепетное. Тает, как воск, идея обрести покой в заботе о ком-то, пока крохотном и беспомощном, в помощи чьей-то, пока еще не окрепшей душе…

И уже когда думалось, что, возможно, идее усыновления сбыться не суждено, Светлане выпала заветная карта. Непредсказуемая, но очень счастливая. В лице, во-первых, девочки, во-вторых — годовалой малютки. О чем ее будущая приемная мама даже и не мечтала.

Долгая волокита с документами, всплытие сумасшедших псевдомамаш, много других проблем — поначалу пришлось пережить много суеты, негатива. Но вот малышка Тоня поселилась в доме Светланы, и началась совсем другая жизнь.

Уже сейчас, спустя год, Светлана говорит: «Я поняла, что главное в воспитании ребенка — терпение». Поначалу кажется невероятным, когда приходится по тысяче раз перечитывать одну и ту же сказку вслух. Потом привыкаешь… Теоретические советы черпаются из книги, вроде Спока, и иной литературы и журнальной прессы. Однако частенько теория ловко разбивается о практику. Каждый день — открытия. И чем дальше, тем, разумеется, больше.

Недавно Светлана на целых три недели ездила с дочкой отдыхать в пансионат недалеко от Алушты. Полное растворение друг в друге, купание, развлечения…

Иногда ей бывает страшно — что будет дальше? Как сложатся отношения с Тошкой? Какой она вырастет? Когда-то ей придется рассказать правду о рождении. Что тогда? Впрочем, к тому моменту между матерью и дочерью, вероятно, настанет такое доверие, которое позволит, Антонине понять и воспринять все правильно. Главное — что ее безмерно любят, а любовь и есть главное, что способно творить любые чудеса. Это и есть основной инстинкт. В лучшем и правильном его понимании.