Мьсе Евсей

Евсея Михайловича поволокли на Лубянку со страшным обвинением: террористический акт, попытка отравить вождей парами ртути.

Автор: Фарида Садыкова

Сайт: Знаменитости

Евсей Михайлович Голдовский был в своей области гением: никто лучше него не понимал тонкостей кинематографической техники, оптики, механики, проекции. Но любили его не только за умения и знания. Он был талантлив по-человечески. Как личность. Имел свой взгляд на вещи.

Многие ещё помнят старую учрежденческую шутку: до обеда сотрудник борется с голодом, после обеда – со сном. Казалось бы, фольклор. Но у анекдота есть автор. Первым это сказал как раз Евсей Михайлович. От советской рутины, от глупости в её начальственной форме он отторгался всю жизнь. За что и страдал.

Под руководством Голдовского шло оборудование маленького кремлёвского просмотрового кинозала, где изволили смотреть фильмы Сталин и его подручные. И произошло заурядное, в общем, событие: лопнула какая-то ртутная лампа. Евсея Михайловича поволокли на Лубянку со страшным обвинением: террористический акт, попытка отравить вождей парами ртути. Весь лубянский ад он выдержал героически. Никого не предал, ничего на себя не наклепал. И вышел на волю в короткую "оттепель" после снятия палача-наркома Н.И. Ежова. Повезло.

Рассказывать об этом не любил. Когда спрашивали, как оно там было, отмахивался:

– Ничего общего с санаторием не имеет.

Почти полвека Голдовский преподавал во ВГИКе. Старшее поколение киношников едва ли не поголовно у него училось. А дочь Марина – сегодня известный документалист – режиссёр, оператор. Она хранит фотографию Луи Люмьера с автографом изобретателя кино: "Мьсе Голдовскому с выражением глубокой симпатии".