Биография

Русский писатель и естествоиспытатель, один из основоположников отечественной агрономической науки. Труд «О разделении полей» (1771) — первое руководство по введению севооборотов и организации сельскохозяйственных территорий. Вывел сорта плодовых культур. Разработал принципы лесоразведения и лесоиспользования.

Сайт: ХРОНОС - Всемирная история в Интернете

Отец Болотова, полковник, участник многих военных походов, в т. ч. взятия Хотина, человек честный, способный, знавший языки, оказал на сына самое благотворное влияние, приохотив его к труду и чтению книг. На шестом году Болотова стали обучать грамоте. Его учителями были старик-малороссиянин, полковой писарь Красиков, прививший мальчику любовь к рисованию, и унтер-офицер Миллер. Немецкому языку обучался в доме курляндского дворянина Нетельгорста, французскому — в петербургском пансионе преподавателя Сухопутного шляхетского корпуса Ферре. Образование, полученное Болотовым, не было ни серьезным, ни систематическим, но оно породило отвращение к праздности и потребность в постоянном пополнении знаний.

Весной 1748 Болотов был записан в Архангелогородский пехотный полк; с 1750 числился сержантом; в марте 1755 прибыл в полк, стоявший в Лифляндии. Записывая Болотова в военную службу, отец прибавил к его летам лишний год. За эту невольную «просрочку» и «неявление» к полку Болотов был обойден чином при общем производстве и не сразу получил чин подпоручика. Военная служба тяготила Болотова, но он нес ее исправно, обучая солдат «без употребления строгости и всяких побой», «обходясь с ними ласково и дружелюбно, разделяя сам с ними труды». Участвовал в Семилетней войне (походы 1757 и 1758; Гросс-Егерсдорфское сражение). Постепенно Болотов пришел к мысли, что он «рожден» «не для войны, а для науки».

В 1758, когда Архангелогородский полк держал караулы в Кенигсберге, Болотов был назначен письмоводителем, а затем переводчиком при канцелярии генерал-губернатора Пруссии Н. К. Корфа. Он посещает лекции по философии, участвует в публичных университетских диспутах, знакомится с московскими студентами, приехавшими в Кенигсберг для продолжения обучения, не пропускает ни одного театрального представления и пробует сам играть в спектаклях любительского театра, организованного Г. Г. Орловым. Он собирает библиотеку, рисует (по его эскизу Кенигсбергский монетный двор чеканит новую монету), много читает, переводит, пробует писать.

В 1760 Болотов получил чин поручика; в янв. 1762 был назначен флигель-адъютантом Корфа, ставшего петербургским генерал-полицмейстером, и 24 марта 1762 прибыл в Петербург. Г. Г. Орлов попытался привлечь Болотова к готовящемуся заговору в пользу Екатерины II, однако, воспользовавшись указом о вольности дворян, 14 июня 1762 Болотов уходит в отставку.

3 сент. 1762 Болотов прибыл в Дворяниново. Занятый ведением хозяйства, он обращается к чтению иностранной экономической литературы, записывает и обобщает собственные «опыты хлебопашества». В марте 1766 Болотов отсылает в Петербург ответы на вопросы о формах земледелия, предложенные в «Трудах Вольного экономического общества», становится деятельным сотрудником журнала, ведет регулярную переписку с секретарем (потом президентом) общества А. А. Нартовым. 19 дек. 1766 Болотов избран членом общества. Сочинения Болотова трижды (в 1770, 1771 и 1777) удостоились наград общества (в частности, за «Наказ для управителя»).

В 1774 по рекомендации А. А. Нартова Болотов получил должность управителя собственных имений Екатерины II в Киясовской волости и поселился с семьей в Киясовке (женился в 1764 на А. М. Кавериной). В 1776 Болотов занял место управителя дворцовых имений в Богородицкой волости.

Двадцатилетнее пребывание в Богородицке отмечено расцветом творческой деятельности Болотова. Он составляет проект застройки города, вызвавший восхищение петербургских архитекторов и императрицы, следит за отделочными работами в Богородицком дворце (построен И. Е. Старовым), разбивает пейзажный парк. С апр. 1778 по март 1779 Болотов издает (и выступает автором большинства статей) еженедельный журнал «Сельский житель» — первый русский частный сельскохозяйственный журнал, печатавшийся в типографии Московского университета на средства книгопродавца Х. Ридигера. Прекращение издания было вызвано его убыточностью: по подписке расходилось лишь 100 экземпляров. С некоторыми корреспондентами «Сельского жителя» — А. А. Владыкиным, А. А. Воейковым, известным промышленником Н. Демидовым — Болотов поддерживал дружеские связи и переписку.

В 1770-е Болотову предложили вступить в масонскую ложу и прельщали разными выгодами тайного «братства», он ответил: «Прошу покорно меня от него уволить. Все, что вы ни говорите в похвалу вашему обществу, мне уже давным-давно известно, и вы не первые, а меня уже многие и многие старались преклонить ко вступлению в масонский орден и в другие секты и общества… (не вступать в них) обязует нас… наш христианский закон, думаю, что нам и тех должностей и обязанностей довольно, какими он нас к исполнению обязует, и что нет никакой нужды обязывать себя какими-либо другими должностями, а нам дай Бог, чтоб и не только исполнить, которыми обязует нас христианская вера».

В 1779 в Москве (куда Болотов приезжал довольно часто) состоялось его знакомство с Н. И. Новиковым, переросшее в долголетнее сотрудничество и дружбу. Не принимая масонских взглядов Новикова, Болотов тем не менее отчетливо осознавал роль этого «всей России известного человека» в развитии литературы и всегда питал к нему, гонимому и опальному, самые добрые чувства. Судя по уцелевшим письмам Новикова к Болотову, относящимся к 1815, дружеские отношения между ними сохранялись до конца жизни Новикова. В течение 1780—89 Болотов редактировал журнал «Экономический магазин», своеобразное продолжение «Сельского жителя», печатавшийся на средства Новикова, в его типографии, в качестве приложения к «Московским ведомостям». Опубликованные в «Экономическом магазине» материалы, оригинальные и переводные, помогали распространению новейших сельскохозяйственных и естественно-научных знаний.

В 1790 Болотов возобновил свое участие в «Трудах Вольного экономического общества» (1790—1807); Саксонское королевское экономическое общество в Лейпциге избирает его в 1794 своим почетным членом.

После смерти Екатерины II, когда Богородицкая волость была пожалована А. Г. Бобринскому, Болотов, не пожелав состоять на службе у частного лица, вышел в отставку в чине коллежского асессора, который он получил в 1783, и в н. 1797 возвратился в Дворяниново. Самое значительное событие его «второй деревенской жизни» — поездка в Петербург с 19 янв. по 18 нояб. 1803. Занятый хлопотами в Межевом департаменте Сената по земельной тяжбе с Пашковым (за Болотова перед министром юстиции Г. Р. Державиным ходатайствовал Ф. В. Ростопчин), Болотов в то же время участвует в собраниях Вольного экономического общества. В 1822—30 Болотов активно сотрудничает в «Земледельческом журнале». Последняя прижизненная публикация Болотова в этом издании — статья «О фруктовых садах» (1830). В 1828 Болотов избирается почетным членом Московского общества сельского хозяйства. Потеряв зрение и слух, он сохранил до конца дней живой интерес к жизни, прекрасную память и чувство юмора.

Чуждый стремления к богатству, карьере и славе (все его сочинения и переводы печатались анонимно), имевший репутацию «человека достойного и справедливого» (Державин), Болотов видел смысл жизни в беспрерывной деятельности на пользу Отечества. Смелый экспериментатор, он был отцом русской помологии, занимался селекцией, лесоводством, огородничеством, различными ремеслами и медициной. С неутомимой энергией Болотов открывал школы (в частности, пансион для благородных детей, волостное училище для крестьян в Богородицке) и лечил крестьян, участвовал в любительских спектаклях, сочинял духовную музыку, рисовал маслом и писал акварели.

Первые литературные опыты писателя относятся к периоду его пребывания в Кенигсберге (1760—61) и являются результатом перелома, происшедшего в сознании Болотова под влиянием нравоучительной и философской литературы. Возникшие на грани литературы и быта письма Болотова к Н. Е. Тулубьеву (1760) и «Памятная книжка, или Собрание различных нравоучительных правил…» (1761) интересны не только как частный документ, «памятник тогдашним <…> чувствованиям» автора и его «тогдашней способности к писанию», но и как наиболее раннее проявление сентиментальных тенденций в русской литературе.

Первое опубликованное произведение Болотова — «Детская философия, или Нравоучительные разговоры между одною госпожою и ее детьми…» (1776—79, ч. 1—2) — создано под влиянием «Детского училища» М. Лепренс до Бомон и представляет собой популярное изложение учения И.-Г. Зульцера об устройстве Вселенной. Написанная понятно и живо, книга знакомила детей с основными положениями системы Коперника, учила узнавать и любить природу. В рукописи остались ч. 3—8 «Детской философии…», посвященные физике, минералогии и ботанике. Болотов пользовался этой книгой в своих педагогических занятиях. Нравоучительные сочинения Болотова: «Чувствования христианина, при начале и конце каждого дня в неделе…» (1781) и «Путеводитель к истинному человеческому счастию…» (1—3 ч. 1784), проникнутые идеей нравственного усовершенствования.

Драматические произведения «Честохвал» (1779), «Несчастные сироты» (1780; изд. 1781), «Награжденная добродетель» (1781) предназначались для домашнего детского театра, созданного Болотовым в Богородицке. Одно из них, «Несчастные сироты», интересно многочисленными совпадениями с «Недорослем» Д. И. Фонвизина, к тому времени еще не оконченным. Сведений о постановке пьес Болотова на профессиональной сцене нет; они ставились только на домашнем театре Болотова.

В 1790-е Болотов сочиняет множество стихотворений духовного и натурфилософского содержания, в основном белым стихом (частично опубл. в изд.: С. Венгеров. Русская поэзия. Т. 1. Вып. 5. 1895). «Песнь к Вездесущему», «Утреннее расположение духа» и прозаический этюд «Оканчивающаяся зима» появились в журнале «Приятное и полезное» (1796—97). Стихотворения Болотова чаще всего писались на музыку известных песен, романсов, духовных стихов; он называл их «сельскими песнями». По собственному признанию Болотова, «природного дара и способности» к поэзии он «не имел».

Самое значительное произведение Болотова — «Жизнь и приключения Андрея Болотова, описанные самим им для своих потомков» (Ч. 1—4. СПб., 1870—73; Сокращ. изд.: М., 1986). Работа над записками началась в 1789 и продолжалась в течение нескольких десятилетий. Повествование в них, по свидетельству М. П. Болотова, внука Болотова, было доведено до 1812, в сохранившейся же и опубликованной части — до 1795. Мемуары Болотова не предназначались для печати и создавались как история одной человеческой жизни. Однако они стали не только ценнейшим источником сведений по истории русского общества XVIII в., но и совершенно органичным выражением тех тенденций в литературном процессе к. XVIII в., которые были связаны с усилением роли личного, биографического начала. Л. Н. Толстой назвал записки Болотова «драгоценными». Из неопубликованных произведений Болотова особого внимания заслуживает относящаяся к 1819 попытка описания собственного характера («Краткие записки о значительнейших происшествиях со мною в 82 год моей жизни <…> и некоторые общие замечания, касающиеся до моей жизни и характера»), предпринятая с точки зрения привычных для Болотова рационалистических представлений о психологии человека и являющаяся своеобразным итогом мемуаров.

В рукописи остались многочисленные и обширные исторические сочинения Болотова, посвященные событиям, современником которых он был, — русско-турецкой войне 1768, французской революции 1789, Отечественной войне 1812 и др. Опубликованный в 1875 «Памятник претекших времян…» (Ч. 1—2) интересен тем, что, наряду со сведениями, почерпнутыми из печатных источников, в нем зафиксированы бытовавшие в народе слухи.

Дата публикации: