Биография

Видный политический деятель времен Великой Французской революции XVIII века, был ближайшим соратником Робеспьера и одним из идейных вдохновителей якобинцев.

Автор: Светлана Башлова

Сайт: Знаменитости

Видный политический деятель времен Великой Французской революции XVIII века, был ближайшим соратником Робеспьера и одним из идейных вдохновителей якобинцев.

Луи Антуан Леон Флорель Сен-Жюст родился 25 августа 1767 года в Десизе, провинция Ниверне, в семье капитана кавалерии в отставке Луи Жана де Сен-Жюста де Ришбура и его жены Мари Анн, урожденной Робино. Несмотря на аристократическое звучание имени, отец семейства не принадлежал по рождению к дворянскому сословию, а происходил из семьи землевладельцев, служивших управляющими у знатных господ. Он был пятым сыном в семье, не мог рассчитывать на наследство, поэтому избрал военную службу, по прошествии тридцати лет которой вышел в отставку и смог обзавести семьей. На военной службе им и был получен дворянский титул. Вскоре после рождения сына он унаследовал должность управляющего имением и переехал с семьей в Пикардию.

В 1776 году семья приобрела дом в пикардийском Блеранкуре, но глава семьи прожил там лишь около года, скончавшись в сентябре 1777. В том же году Луи Антуана определили в коллеж Сен-Никола в Суассоне. Как и в любом коллеже Франции того времени, основное внимание там уделялось изучению античной истории и древних языков, а также изучались математика, география, риторика и изящные искусства. Сен-Жюст слыл одаренным учеником, но он с трудом подчинялся суровой дисциплине, предпочитал литературу, сочетающую свободомыслие с фривольностью, и проявлял интерес к истории своего края.

По окончании коллежа, когда Луи Антуану исполнилось девятнадцать, он, тайком взяв серебро, бежит в Париж, на службу в королевской гвардии. По просьбе матери его, как несовершеннолетнего (совершеннолетие во Франции тогда наступало в 25 лет), подвергают аресту и на полгода помещают в исправительный пансион. Размышления, для которых у него теперь было достаточно времени, привели его к тому, что он счел мир далеким от совершенства, а себя - жертвой социальной несправедливости. К тому у него, действительно, был повод. Новоприобретенное дворянство его отца поставило его в определенную сословную изоляцию. Предложение руки, которое он сделал своей избраннице Терезе Желе, было отвергнуто ее отцом, блеранкурским нотариусом, который спешно выдал свою дочь за человека своего круга. Все эти переживания оставили свой отпечаток на поэме, которую он писал, и в ней появились сатирические строки, направленные против церкви, короля и властей. Кроме того, Луи Антуан решил посвятить себя юриспруденции. Выйдя на свободу, он стал работать клерком у суассонского прокурора, а в октябре 1787 года поступил на юридический факультет Реймсского университета.

Свою поэму он анонимно опубликовал в мае 1789 года. Она не имела никаких литературных достоинств, но содержала нападки на существующий порядок и множество фривольных сцен. Последние две особенности повлекли за собой изъятие поэмы, а ее автор был объявлен в розыск. Но взятие Бастилии 14го июля спасло его от ареста.

Летом 1789 года в Париже он вел активную жизнь, посещал заседания Национального собрания и Якобинского клуба, познакомился с некоторыми политическими деятелями, в частности, с получившим широкую известность в день падения Бастилии Камиллом Демуленом. Осенью 1789 года он вернулся в Блеранкур, вдохновленный новыми идеями, и принял участие в общественной жизни города. Он был делегирован на департаментское собрание, потом стал инициатором патриотической манифестации, даже принял участие в сожжении памфлета, держа руку над пламенем и произнося клятву умереть за отечество, что, без сомнения, произвело впечатление. Он был назначен заместителем командира Национальной гвардии Блеранкура, а потом избран почетным командиром отряда Национальной гвардии кантона, который отправился в Париж на национальный праздник, состоявшийся 14 июля 1790 года. Осенью-зимой 1790 года Сен-Жюст пишет политический трактат «Дух Революции и Конституции во Франции», который в известной степени был вдохновлен «Духом законов» Ш.Л.Монтескье. Этот трактат был политически умеренным, не содержал революционных идей, ставил своей целью признать необходимость существования конституционной монархии во Франции и цензовой системы избирательного права. Изданная книга имела успех и прибавила Сен-Жюсту популярности. На выборах в Законодательное собрание он первоначально был избран депутатом, но впоследствии, в сентябре 1791 года, мандат был аннулирован из-за того, что Луи Антуан еще не достиг необходимых 25ти лет. Эта неудача сильно расстроила его, но он продолжал заниматься делами Блеранкурской коммуны, анализировать существующее законодательство и формулировать в новом политическом трактате более совершенные с его точки зрения принципы общественного устройства.

Восстание, произошедшее 10 августа 1792 года, свергло монархию во Франции. 5 сентября, достигнув положенных законом 25 лет, Сен-Жюст был избран, наконец, депутатом от департамента Эна в Национальный Конвент, где занял место рядом с Робеспьером. А 13 ноября Конвент уже приступил к обсуждению вопроса о дальнейшей судьбе бывшего короля Франции. В отличие от умеренных жирондистов, утверждавших об отсутствии у народа права судить короля, взявший слово Сен-Жюст уверенно и хладнокровно заявил, что короля следует не только судить, но и покарать. Он оперировал юридическими и политическими понятиями, а также предпосылками из «Теории общественного договора» Руссо и был выслушан депутатами с неослабевающим вниманием. Дополнительным поводом к тому был явный контраст между его внешностью и тем, что и как он говорил. Достаточно юный и внешне привлекательный, Сен-Жюст удивлял своей убежденностью и политической грамотностью. Через несколько дней его имя стало широко известно. Его политическая карьера стала стремительно развиваться.

Его речь «О продовольствии» от 29 ноября 1792 года удостоилась высокой оценки и создала ему репутацию одного из самых активных государственных деятелей. 19 декабря он был избран председателем Якобинского клуба, а в январе 1793 уже принимал участие в работе Конституционной комиссии клуба. 24 апреля он произносит речь «О Конституции» и излагает в ней принципы, положенные в основу собственного проекта конституции. Комитет общественного спасения поручил ему в июне обвинительный доклад против жирондистов.

Осенью-зимой 1793 года Сен-Жюст вместе с Филиппом Леба был направлен с миссией в Рейнскую и Северную армии, противостоящие внешним врагам революционной Франции. Его непримиримость, принципиальность, храбрость, стремительность в принятии решений послужили поводом к тому, что его имя стало легендарным. Сен-Жюст зачастую лично бросался в бой, чтобы вдохновить своим примером солдат.

Революция продолжала развиваться, и в начале 1794 года борьба между политическими фракциями усилилась. В результате это привело к казни эбертистов, следующим же шагом был арест и казнь депутатов-дантонистов. Террор нарастал. Сен-Жюст сыграл в нем зловещую роль - он прочел 4 обвинительных доклада и фактически взял на себя ответственность за 3 политических процесса над ведущими революционными деятелями – в том числе и над Жоржем Дантоном, который, разбогатев за годы революции, теперь стремился сохранить status quo и затормозить преобразования. Сен-Жюст был уверен, что цель скоро будет достигнута и идеалы восторжествуют, но разгром фракций не оправдал ожиданий. Протест нарастал, зажиточная часть населения Франции сопротивлялась переменам. Некоторые меры, предложенные Сен-Жюстом в интересах имущих слоев, трудно сочетались с проводимыми социальными программами.

Сен-Жюст начал испытывать определенное разочарование и сомнение в успехе революции. В июне 1794 года он был отправлен с миссией в войска к северным и восточным границам и вернулся оттуда с победой, но отказался даже доложить о ней Конвенту.

Новый заговор объединил политические фракции. 9 термидора во время заседания Конвента Тальен прервал речь Сен-Жюста и при шумной поддержке большинства выдвинул обвинения в тирании. По неизвестной никому причине Сен-Жюст хранил гордое молчание и не пытался взять инициативу в свои руки. Впоследствии, когда еще можно было организовать вооруженное сопротивление Коммуны, он – человек действия, имеющий серьезный военный опыт – также не принял участия в активных действиях. Он не оказал никакого сопротивления при аресте и вечером 10 термидора молча взошел на эшафот.

Дата публикации: