Светлана Савицкая не признает косметики

Светлане Савицкой часто говорили, что она занимается \"не женским\" делом. Сначала она испытывала самолеты (на ее счету 18 парашютных и самолетных мировых рекордов). Затем ее потянуло еще выше - в космос, где она прожила почти 20 суток, а 3 часа 35 минут из них находилась вне космического корабля. Теперь Светлана Савицкая устанавливает новый рекорд - 6 лет работает депутатом, не изменяет Компартии с \"медведями\" и не ходит \"направо\". Накануне Дня космонавтики мы встретились со Светланой Савицкой в коттеджном комплексе недалеко от ВВЦ, где живут многие космонавты, в том числе и Светлана Евгеньевна с супругом и 16-летним сыном Костей.

Автор: Татьяна Богданова

Сайт: Аргументы И Факты

Приятная невесомость

- Говорят, когда у Георгия Берегового спросили, что он чувствовал во время полета, космонавт закрыл микрофон ладонью и тихо сказал: "Примерно то же, что чувствуешь после хор-р-рошей пьянки!"

- Я не знаю про ощущения после хорошей пьянки, потому что ни разу не сподобилась их прочувствовать... (Смеется.) Кажется, после пьянки бывает нехорошо? Но в космосе это очень индивидуально. Возможно, Береговой мог так сказать, а другой бы не сказал. Он же летал только четыре дня, а это самый острый период, когда организм только начинает перестраиваться. В первые дни у 40-60% космонавтов проявляется морская болезнь, начинают болеть спина, голова. Это же понятно - кровь в невесомости распределяется не так, как на Земле. Посмотрите на фотографии космонавтов: мордочки у всех разглажены, глазки сужены. Лично я нормально себя чувствовала, невесомость для меня была приятной. Но при этом я знала, как надо поберечь себя. Например, меньше крутила головой в первые дни.

- Светлана Евгеньевна, а женский скафандр отличается от мужского?

- А зачем ему отличаться? В туалет в скафандре не ходят. Его надевают перед пуском (это 6-7 часов), на пару часов на стыковку и на выход в открытый космос (максимум 5-6 часов). Это время потерпеть можно. А когда скафандр снимают, сразу в туалет бегут.

- Когда по телевизору показывали "космическую" еду в тюбиках, мне страшно хотелось ее попробовать. Она хоть вкусная?

- Когда я летала, еда была уже не только в тюбиках. В тюбиках оставались творог и соки, остальное - так называемые сублиматы. Доливаешь воды и ешь хоть мясо, хоть пюре. Совершенно нормальная вкусная еда плюс еще есть гарантия, что ты ею не отравишься в отличие от той, которую покупаешь на Земле. Но, знаете, тем не менее даже после коротких полетов по возвращении хочется обычной пищи, радуешься любому куску хлеба и соленому огурчику.

"Я ем все"

- Вы разборчивы в еде?

- Это не моя проблема. Я ем все. Как обычно бывает: ребенок то одно не ест, то другое. Мне наоборот в детстве говорили: "Не ешь!" Помню, приходили знакомые и спрашивали: "Ну, как аппетит?" Выходил такой колобок, то есть я, и говорил: "Не жалуюсь!" Сейчас я стараюсь не переедать. Это не значит, что высчитываю каждую калорию, но излишеств себе не позволяю. Вся наша семья не ест острого, жирного, соленого. Это вредно для здоровья. Я и мой муж - летчики, каждый год мы проходили комиссию, и поэтому надо было всегда находиться в форме.

- Кстати, как вы встретились с будущим мужем?

- Мы познакомились в сборной СССР по высшему пилотажу. В то время я уже прыгала с парашютом, была мастером спорта по парашютному и самолетному спорту, он работал летчиком-инструктором в Минске. Мне было где-то около 20 лет, он на четыре года постарше. Но больше вы из меня ничего не выпытаете. Я не рассказываю в интервью о личных делах.

- Расскажите хотя бы о сыне. Вы в его возрасте уже стали рекордсменкой мира, совершив парашютный прыжок из стратосферы, и находились в свободном падении почти 14 км. Костя тоже готовится летать?

- Это надо у него спрашивать. Я не хочу говорить во всеуслышание о его личных планах. Сейчас он учится в 10-м классе, впереди еще один год в школе. Как и все мальчишки, учится средне, любит спорт, занимается стрельбой, в теннис играет. Недавно вот коленку на теннисе вывихнул, ковыляет по дому. Естественно, как и вся молодежь, "болеет" компьютером и Интернетом. С одной стороны, вроде бы это полезно, без знания компьютера сегодня не обойтись, но с другой стороны, компьютер заменил этому поколению общение с книгами.

Машина не заменит полеты

- Светлана Евгеньевна, машину вы водите с такой же страстью, как в свое время управляли самолетом?

- Глаза бы мои не видели эту машину, если бы работа была под боком! Для меня она просто средство передвижения. Мы с мужем работали в Жуковском, а жили на Комсомольском проспекте в Москве. На дорогу в метро и электричках уходило бы два с половиной часа, а ведь после этого надо было еще летать, проводить испытания. Так что когда мы смогли купить машину в 1976 году, это стало большим облегчением. Сейчас у нас в семье несколько машин: у меня, у мужа, есть запасная. Конечно, вождение - это тоже работа с техникой, но полеты машина не заменяет. Я с ужасом смотрю, как сейчас за счастье считается, когда летчик отлетает 20 часов в год - мы в месяц больше летали. Это гибельно, навыки теряются. Вот почему падают самолеты? Половина - это человеческий фактор, ошибка летчика. Если балерина не будет каждый день заниматься, она начнет безобразно бить копытом и ее выгонят, а летчик в случае ошибки сам убьется и убьет других.

- Напоследок два чисто женских вопроса. Почему вы всю жизнь ходите с одной прической? Вы не любите меняться?

- Ну почему же? Раньше у меня были длинные волосы, а когда перестала летать, я их отрезала. Но у меня всю жизнь была прическа по принципу "меньше возиться". Встала, расчесалась и пошла.

- А косметику почему не признаете?

- Я никогда не красилась и не буду краситься. Зачем? Я пользуюсь кремами, а делать макияж, что-то себе подводить, выделять не хочу. Для меня главное, чтобы самой было приятно.