Евгений Примаков. С кем дружить России?

«Серьезная политика — не стучать кулаком по столу»

Автор: Ирина Образцова

Сайт: sem40.ru

— Евгений Максимович, такое ощущение, что сейчас у России нет серьезной внешней политики. Все тонет в переговорах, а в итоге — сплошные уступки. Может, нам стоит вновь «развернуть самолет», решительнее заявить о себе как о великой державе?

— Я не согласен, что серьезная политика — это стучать кулаком по столу. Когда Хрущев на Генассамблее ООН стучал ботинком по столу и угрожал ракетами, это не было признаком нашего величия. Признак великой державы — когда твоя страна необходима, с ней хотят иметь дело. Россия — великая держава именно потому, что многие проблемы на международной арене без нее решаться не могут. Не согласен и с тем, что переговоры, в которых мы участвуем, заканчиваются уступками. Невозможно, конечно, обойтись без компромиссов — это нереально. Но по целому ряду вопросов мы успешно «пробиваем» свою позицию.

«Разворачивать самолет» допустимо тогда, когда другая сторона принимает решения, противоречащие нашим национальным интересам. Но даже в этих условиях никто не идет на разрыв отношений. Например, американцы проводят военную операцию в Ираке. Это абсолютно противоречит интересам России. Но это не означает, что мы должны сделать свою политику антиамериканской.

Вторгаясь в Ирак, США не прислушались к мнению России, Китая, Германии, Франции, Бельгии. Но мы и в той ситуации сделали все возможное. Я по указанию Владимира Путина за три недели до начала операции был у Саддама Хусейна и передал ему устное послание Президента России с предложением уйти с поста президента. Это была последняя попытка предотвратить военную акцию. Саддам отказался. И что мы должны были делать? Создать коалицию и начать войну с США?!

— Натовские базы скоро появятся в Румынии и Болгарии. «Вражеское кольцо» вокруг Родины сжимается.

— Это, безусловно, угрожает нашим интересам. Когда я был министром иностранных дел, мы понимали, что предотвратить расширение НАТО мы не можем. Обсуждали три гипотетических варианта: первый — не соглашаясь с расширением, вернуться к холодной войне; второй — молча согласиться с расширением НАТО; и третий — делать все, чтобы минимизировать негативные последствия этого расширения для нашей безопасности.

Тогда мы пошли по третьему варианту. Был самый настоящий дипломатический марафон, пока мы не пришли к подписанию Основополагающего акта Россия — НАТО в Париже. Это стоило огромных усилий. Но мы включили в документ пункты о запретах размещать ядерное оружие, создавать складские помещения для этого оружия на территории новых членов НАТО. А также о запрете на постоянное размещение (за исключением проведения маневров) вооруженных сил старых членов НАТО на территориях стран, вновь принятых в блок. Подписались президенты всех 19 стран — членов НАТО, включая США. И когда они говорят о своих базах в Румынии и Болгарии, то полностью нарушают эти договоренности!

Я удивляюсь: почему мы не требуем соблюдения Основополагающего акта?! Если натовцы не будут соглашаться, то пусть выглядят в глазах общественности нарушителями тех международных обязательств, которые подписали.

«Кто выиграет от того, что Украина пойдет в НАТО?»

— В современном мире надо дружить по расчету? Кто для нас самый выгодный партнер: Европа, США, Япония, Китай?..

— Было бы неправильно избрать только американское направление, хотя США сегодня — самое мощное государство. Неправильно выбирать только европейскую линию развития, хотя она определяющая для нас, поскольку мы — часть Европы. Неправильно форсировать отношения только с Китаем в ущерб связям с другими великими державами.

Логика как раз обратная. Если бы у нас не было хороших отношений с Китаем, нам было бы труднее иметь нормальные отношения с США и гораздо труднее маневрировать в отношениях с Японией.

— У России практически не осталось крупных союзников на Ближнем Востоке даже несмотря на то, что мы активно защищали Сирию в Совбезе ООН. Как восстановить прежний авторитет в этом регионе?

— Да, при СССР наши позиции там были намного сильнее. Наши корабли входили в порты Египта, а в кульминационные моменты в регионе находилось около 20 тыс. наших военных советников.

Сейчас этого нет и быть не может. Но о полной утрате влияния говорить тоже неправильно. Раньше США были единственным посредником в палестино-израильском конфликте, а сейчас урегулированием занимается квартет, включая Россию. И теперь США вынуждены разворачиваться, по ряду вопросов выступать против израильских экстремистов. Американцы понимают, что иначе могут окончательно утратить позиции в арабском мире.

— За это они нам «отомстили» на другом направлении — на территории СНГ.

— В политике не бывает таких «взаимозачетов». Для нас гораздо важнее другой вопрос: почему США, когда где-то качается режим, работают с оппозицией, а мы не работаем?

Нас подчас обвиняют в том, что в Грузии вовсю действовала наша разведка. А во время падения Шеварднадзе хоть одна пророссийская группа заявила о себе? Появился хоть один пророссийский лидер, который имел бы поддержку у населения?

Напротив, Штаты активно проявили себя на Украине и в Грузии. Причем в подготовке оппозиции участвовали не только фонды и неправительственные организации, но и непосредственно американские дипломаты. Но не думаю, что США преуспевают, нажимая на наши «нервные окончания».

Возьмите Украину. Конечно, перемены там, как и в Грузии, в основном имели местный характер. Но американцы поспособствовали смене власти. А каков результат? Если Украина пойдет в НАТО — будет раскол общества, нестабильность, кризис экономических связей с Россией. А кто выиграет от этого?

А как долго Грузия сможет находиться на иждивении у американцев? Содержать целую страну в течение длительного периода не позволит Конгресс США.

— Саакашвили с Ющенко времени не теряют: нацелились в НАТО, а пока не принимают, они вовсю «демократизируют» Европу. Каким должен быть наш адекватный ответ на «балтийско-каспийско-черноморское содружество»?

— Думаю, этот союз отомрет сам.

«Найти компромисс с Белоруссией»

— По отношению к Белоруссии и ее президенту Лукашенко у России тоже невнятная политика.

— Нужно ли нам Союзное государство? Очень нужно! Причем России не меньше, чем Белоруссии. Для нас это выход в Европу.

Что касается Лукашенко, давайте исходить из того, что его поддерживает преобладающее большинство населения Белоруссии.

— Там не самая благоприятная почва для разрастания оппозиции…

— У оппозиции есть возможность возвыситься только тогда, когда она опирается на значительную часть населения. То же самое, кстати, доказал Азербайджан. А у Лукашенко большая популярность. И далеко не все плохо в экономике.

Сейчас успешно налаживаются связи Белоруссии с российскими регионами. Но трудности есть, причем объективные, и на них нельзя закрывать глаза. С одной стороны, Белоруссия не может влиться в Россию в качестве двух-трех губерний. Белоруссия — ныне суверенное государство, с момента образования Организации Объединенных Наций — член ООН, и ее права необходимо уважать. С другой стороны, следует найти формулу, по которой могут быть обеспечены права и России, учитывая ее разные масштабы с Белоруссией. Найти компромисс в такой ситуации сложно, но перспективы есть.