Кинозлодей

Уильям Кидд решительно не годился на роль человека, ставшего впоследствии героем десятка романов и дюжины голливудских боевиков.

Сайт: Знаменитости

Уильяму Леграну, Чудаковатому энтомологу с атлантического побережья, посчастливилось отыскать только один пропитанный двухлористой ртутью сундук из невообразимого числа тайников самого кровожадного и самого удачливого пирата Уильяма Кидда – и эта находка одарила ученого-любителя 10 миллионами американских долларов в ценах 1843 года.

Остальные сокровища легендарного капитана не найдены до сих пор.

Королевский суд, начавшийся над ним ровно 300 лет назад, шел так сумбурно, а казнь была совершена с такой поспешностью, что современники были убеждены: судейская публика выцарапала у капитана карту с координатами сокровищ в обмен на обещание жизни, но выполнять обещание никто не собирался, а потому побыстрее избавились от злодея. Но те, кто решал судьбу пирата, так и не разбогатели, и тогда появилась новая версия: Кидда торопились убрать, потому что он много бы мог рассказать о коррупции в самых что ни на есть верхах.

Это было не только похоже на правду – это и было правдой.

Но начать следует с того, что Уильям Кидд решительно не годился на роль человека, ставшего впоследствии героем десятка романов и дюжины голливудских боевиков. В кино Кидд – храбрый и жестокий красавец, не выпускавший из рук ни шпаги, ни бокала с вином. В действительности он выглядел иначе: обрюзгший 50-летний неудачливый моряк из Нью-Йорка, считавший главным призом своей жизни выгодную женитьбу на богатой вдове. Море он терпеть не мог и был счастлив, когда матримониальный случай дал ему возможность навсегда распрощаться с океаном.

Однако деньги его привлекали. И когда губернатор Массачусетса граф Белломонт предложил отставному капитану заняться разбоем в Индийском океане, на маршрутах торговых судов Ост-Индской компании, Кидд проявил некоторый интерес к предприятию. Но риск смущал его. Губернатор был настойчив. Он сказал, что официальная задача Кидда будет заключаться в охране торговых путей от французских пиратов, и на этот счет капитану Кидду будет выписана каперская грамота, подписанная самим английским королем Вильгельмом III. С Францией Англия в очередной раз воевала, и пощипать французов было не только выгодно, но и патриотично, – теперь Кидду идея графа стала нравиться больше. Окончательно он был сломлен, когда граф Белломонт намекнул, что сам король принимает участие в этом коммерческом предприятии – за 10 процентов от прибыли. Откат был не то что бы королевский – просто божеский.

Ударили по рукам, Кидд ступил на капитанский мостик "Приключения" и отбыл на юго – юго-восток.

Пожалуй, теперь самое время сказать, что Уильям Кидд был малость трусоват. Грабил он по мелочи и, как правило, нападал только тогда, когда был абсолютно уверен: отпора не будет. Его излюбленными жертвами были паломники ("Приключение" забралось в Красное море), не брезговал он и лодчонками аборигенов. Команда ворчала, провожая жадными взглядами мирных купцов – торговые корабли, осевшие под грузом по самые полупортики нижней батарейной палубы, но Кидд ни разу не произнес слов, которых заждались их алчные души: "На абордаж!" Какого-то зазевавшегося француза (оказавшегося, впрочем, голландцем) они потопили, сожгли несколько деревень и маленько позабавились с туземками.

Единственное доказанное убийство, которое капитан Кидд совершил, было чистой случайностью. Канонир Мур, его подельник и собутыльник, слишком уж досаждал Кидду упреками, слишком нудно настаивал, чтобы они немедля бросились в погоню за добычей, – Кидд отмахнулся тяжелой кружкой от назойливого собутыльника. Угодил в висок.

Тем временем Англия и Франция замирились. Королевская грамота, дававшая Кидду право грабить французские корабли, оставаясь в руках незадачливого пирата, была опасной. Капитан Кидд был объявлен вне закона.

Тот не поверил – вернулся из надоевшего плавания. И попал под суд.

Королевская грамота, предъявленная капитаном в качестве индульгенции, из материалов дела незамедлительно исчезла. С приговором и казнью следовало спешить, потому что к власти рвались тори, а деловыми партнерами Кидда оказались виги. Такие партии существовали тогда на английской политической сцене, и чтобы 300-летней давности чужой скандал, связанный с коррупцией, стал вам ближе, подставьте "коммунисты" вместо слова "тори" и "медведи" вместо "виги", – правда, за то, куда заведет вас при этом разыгравшееся воображение, автор ответственности не несет.

Повесили Кидда так суетливо и скучно, что английская публика, лишенная торжественности любимого зрелища, осталась очень недовольна.

Распродав конфискованное имущество казненного капитана, казна получила 6 с небольшим тысяч фунтов стерлингов – вот, собственно, и все.

Но где же нашел толику сокровищ английского пирата Кидда американский энтомолог Легран? Ответ прост: в рассказе Эдгара По "Золотой жук".