Не боись, прорвемся!

«ПОДТЯНУТ и элегантен, внимателен и тактичен и вечно спешит» — так говорят о Федоре Ивановиче Цареве коллеги. «Это в 91-то год?» — удивилась я. «Надо знать этого человека!» — услышала в ответ.

Автор: Ольга Харламова

Сайт: Аргументы И Факты

Федор Иванович встретил меня радушной, приветливой улыбкой:

— Я и сам не заметил, как девятый десяток разменял. Что же касается спешки, то работа у меня такая хлопотная — все-таки председатель совета ветеранов Союза журналистов России. А свои годы я никогда не считал и о долгожительстве не помышлял.

Cбалансированное питание

ВРЯД ЛИ в детстве или в юности и тем более в войну моя пища отличалась особым разнообразием. Я родился в селе Соколово Навлинского района Брянской области в бедной крестьянской семье, где помимо меня было четверо детей. Сейчас принято хвалить царское время, но и тогда крестьянам было нелегко. Помню, как иногда соседка бабка Барма (ее так прозвали, потому что она все время бормотала) приносила нам кружку молока (своей коровы у нас не было), и для нас, детей, наступал настоящий праздник. Мать крошила туда кусочки хлеба — блюдо получалось отменное. Сначала на правах младшего кушал я, а сестры в это время стояли вокруг с ложками, ожидая своей очереди. Вот и все деликатесы…

Спорт

В ДЕРЕВНЕ всегда существовали особые виды спорта. С детских лет мы помогали родителям по хозяйству. К 12 годам я уже косил наравне с мужиками. Кроме того, с этого же возраста я стал ходить в школу, а расстояния были нешуточные. Так что до окончания десятого класса столько километров прошел, что и не сосчитать. А в войну вообще жили на пределе человеческих возможностей. Вот такие были физические упражнения.

Доброта и оптимизм

ВСЕГДА старался и стараюсь верить в лучшее. Помню, 18 февраля 1943 года под Матвеевым Курганом у хутора Круглик подразделение, в котором я был заместителем командира артдивизиона, попало в окружение. Шел интенсивный минометный обстрел. Мы заняли оборону. Пушки были разбиты, и действовали мы уже как пехота. Кругом рвались мины. Я лежал на земле рядом с заместителем командира нашего полка Ефимом Саенко. Сзади разорвалась мина. На наши спины посыпались комья грязи и снега. Ефим стал спрашивать: «Это конец, это уже конец?» «Не боись, прорвемся!» — ответил ему я.

И мы прорвались. Подразделение отразило двадцать атак противника, подбило 10 танков, несколько автомашин, уничтожило 2 батальона вражеской пехоты. При выходе из окружения я был ранен в ногу, Ефим же оказался цел и невредим. Уезжая на подводе в медсанбат, попросил завернуть в штаб полка, который размещался на хуторе: попрощаться с ребятами и с Саенко. Он расчувствовался, обрадовался и говорит: «Так просто я тебя не отпущу. Сейчас чайку организуем». Вышел, и тут же около домика разорвалась мина. Стекла вылетели, комната в дыму и… заходит Ефим, ругается: ранило беднягу в ногу. И поехали мы с ним на одной подводе в медсанбат. Но ведь прорвались же!

Семья

У МЕНЯ была прекрасная жена. Мы были знакомы с ней еще до войны по Смоленскому институту. А в 1946 году я, прогуливаясь по улице Горького, совершенно случайно встретил Наташу. С тех пор мы с ней не расставались. У нас родились двое сыновей Дмитрий и Александр. Есть внуки — Володя и Саша…

И на посошок

РУССКИЕ люди не привыкли жить наполовину. Поэтому если радуемся, то от души, если печалимся, то всем сердцем. До войны я работал в комсомоле и чуть было не попал под сталинский каток, но так как должность была небольшая, то просто отстранили от работы. Во время Великой Отечественной за чужие спины не прятался. И за десять лет работы редактором журнала «Советский воин» тоже всякое случалось. Цензура тогда зверствовала, поэтому многие материалы выходили под мою ответственность. Как тут себя беречь? Да и воспитывались мы так, что фраза «прежде думай о Родине, а потом о себе» не была для нас пустым звуком. И сейчас забот у меня хватает. Ведь работа председателем Объединенного совета ветеранов — тоже нелегкий труд, но мне она нравится. Это ведь прекрасно, когда ты нужен людям…

ОТ РЕДАКЦИИ. Федор Иванович по-прежнему бодр, полон сил и энергии. С утра едет в Союз журналистов, где его ждут коллеги-фронтовики. Их детище — серия книг о войне, объединенная общим названием «Живая память». Семь боевых орденов, десятки медалей и три ранения — таков послужной список полковника Федора Ивановича Царева, прошедшего с боями Перекоп, Евпаторию, Севастополь, Витебск, Литву, Восточную Пруссию и Кенигсберг… И ему, и его товарищам есть о чем рассказать.

Но не только прошлым живет Федор Иванович: многое в современной жизни огорчает, например положение, в котором оказались пенсионеры, влачащие жалкое существование. И все же Царев верит в то, что наступят иные времена, может быть, поэтому ему все чаще вспоминаются слова, сказанные в бою на хуторе Круглик Ефиму Саенко: «Не боись, прорвемся!»