Две жизни Владимира Лешковцева

В 1961 году жизнь известного физика и журналиста Владимира Лешковцева разделилась как бы на две части. В первой жизни он любил поесть, попить, погулять в компании друзей. Играл в футбол, интересовался литературой, физикой, астрономией — всем, кроме здоровья, а во второй… Впрочем, все по порядку.

Автор: Екатерина Игнатьева

Сайт: Аргументы И Факты

Роковая цифра

ВОЛОДЯ Лешковцев родился в простой рабочей семье. В 8 лет он лишился отца, который умер от перитонита в возрасте 37 лет. Совсем маленьким в результате несчастного случая потерял правую руку. Однако это не помешало ему окончить с отличием одну из лучших московских школ на Малой Бронной. Потом он одновременно учился на физическом факультете МГУ и философском факультете ИФЛИ. Кстати, он так и не смог сделать окончательный выбор между естественными и гуманитарными науками и стал физиком-гуманитарием. Пока его бывшие однокашники создавали атомные и водородные бомбы, он создал журнал «Квант», на котором выросло не одно поколение одаренных ребят.

Увы, жизнь не баловала Владимира Алексеевича Лешковцева. В возрасте 37 лет умирает от рака его красавица жена. В 37 лет — опять 37 — роковая для Лешковцева цифра — погибает в автомобильной аварии сын, которого он после смерти жены воспитывал один.

Ему не было сорока, когда после гриппа, перенесенного на ногах, у него развился тяжелый деформирующий полиартрит. Полностью отказала единственная рука. Лешковцев был тогда ученым секретарем отделения физики и астрономии АН СССР, и его консультировали лучшие медики. И все они в один голос говорили: в данном случае медицина бессильна, больной обречен: впереди его не ждало ничего, кроме надвигающейся неподвижности, мучительных болей и тяжелого конца…

— Чем только меня не пытались лечить: от физиотерапии до гормонов, а мне становилось все хуже и хуже. А сколько рецептов народной медицины перепробовал! Мне даже из Китая прислали какое-то целебное снадобье — настойку на костях тигра: жуткая густая маслянистая 96-градусная отрава. Может, хроническим артритникам она и помогает, но я выпил полтора литра без всякого результата. При этом все врачи твердили, что необходимо усиленное питание: считается ведь, что, если не есть, не будет сил для борьбы с болезнью. А у меня, как у всякого тяжелого больного, вообще не было аппетита. За два месяца обычного лечения я похудел на 10 килограммов, хотя ежедневно заставлял себя есть.

За несколько лет до болезни Лешковцев случайно попал на лекцию доктора Николая Павловича Нарбекова «Лечение голодом», имевшего маленькое отделение на 25 коек на чердаке Института курортологии. Запомнилось, что доктор привел с собой вылечившихся благодаря голоданию от тяжелейшей астмы народных артистов СССР Рубена Симонова и Сурена Качаряна.

— Когда припекло меня самого, я решил разыскать Нарбекова. И тут выяснилось, что его отделение разогнали еще в 1953 году, а сам доктор умер в 1956 году в Харькове. Мне удалось узнать, что в Москве осталась одна из его учениц — диетолог Архипова. Выслушав меня, Таисия Григорьевна сказала, что мою болезнь голодом никогда не лечили. Но она вспомнила, что из 226 лечившихся в их отделении пожилых хроников ни один во время голодания не жаловался на боли в суставах. Так почему бы нам не попробовать — все равно ведь терять нечего.

9 января 1961 года Владимир Лешковцев поужинал в последний раз.

— Самым трудным был 20-й день — открылась рвота. Я даже готов был бросить голодание, но Архипова сказала: все нормально, возьми теплой воды с содой и выпей сколько сможешь. Влезло 12 стаканов. После этого из меня вышло огромное количество зеленой тягучей массы, многие годы «жившей» в желудке, и я почувствовал ни с чем не сравнимую легкость.

На 21-й день голодания впервые разогнулась и стала действовать рука. А до финиша оставалось еще 24 дня, но тогда Лешковцев об этом не знал: никаких сроков он не намечал.

— Незадолго до болезни я заключил с издательством «Советская Энциклопедия» договор на написание двух томов Кубинской народной энциклопедии, заказанных Фиделем Кастро, — «Космос» и «Атомная энергия». Работа продвигалась очень тяжело: напишу несколько страниц — выкину, снова напишу, снова выкину. А когда заболел, вообще решил, что отработался и теперь эти книги будет писать кто-то другой. Но на двадцатые сутки голодания, когда произошел кризис и у меня разогнулась рука, я начал работать и написал эти два тома буквально за три недели. Писал сразу набело. Всю жизнь по многу раз правил и переписывал свои работы, а тут ни одной поправки. Никогда прежде не было у меня такой фантастической умственной работоспособности.

В общей сложности он голодал 45 дней. На 46-е сутки ему впервые приснился сон: он сидит в своем любимом ресторане на площади Маяковского, перед ним заливная осетрина с хреном, сборная мясная солянка, свиная отбивная…

— Наш организм — потрясающий умница. Съев все обратимое и лишнее, он дал сигнал, что пора прекращать голодание, вернув аппетит и исчезнувшую в первые дни голодания слюну. К этому времени я похудел на 22 килограмма.

Голод

— За 45 дней голодания вы избавились от неизлечимого паралича суставов (инфекционно-обменного деформирующего полиартрита). Почти фантастика! Не менее фантастично, что все это время вы провели на одной только воде.

— Ни грамма никакой пищи. Только вода. Лучше всего — щелочная. Я пил боржоми.

— Тяжело, наверное, было? Особенно первое время?

— Первое время аппетит лихо напоминал о себе. Но продолжалось это недолго, примерно неделю. Выходя на улицу, я не мог спокойно пройти мимо самой занюханной продуктовой палатки. Подолгу все осматривал и обнюхивал — совершенно собачий нюх выработался. Сыр, колбаса, рыба — какие божественные запахи! Я нюхал и думал, что, если выкарабкаюсь, все-все-все перепробую.

— Голодать можно всем или есть какие-то противопоказания?

— Во-первых, и это я хочу подчеркнуть особо, голодать можно только под наблюдением врача, причем врача, владеющего этим методом. Таких специалистов в нашей стране совсем немного — примерно человек 200. В основном это ученики умершего два года назад профессора Юрия Сергеевича Николаева, написавшего замечательную книгу «Голодание ради здоровья». Во-вторых, нельзя голодать людям, страдающим заболеваниями крови, эндокринной системы, некоторыми психическими заболеваниями, онкологическим больным.

— Сколько вам сейчас?

— Восемьдесят второй год.

— За 43 года, прошедшие со времени вашего выздоровления, рецидивов не было?

— Болезнь очень многому меня научила. В первую очередь я понял, что наш организм имеет гигантские резервы, о которых не только мы, но и большинство наших медиков ничего не знают. Справившись с болезнью, я занялся поисками и изучением этих резервов. В итоге создал свою систему оздоровления, которая спасает меня на протяжении всех этих лет.